Генри Чинаски

— Два санитара выносили тело. Ножевое ранение.
— Он был жив?
— Наверное, да. Он курил сигарету.

— Вы действительно умеете писать. Почему вы живёте как бродяга?
— Я и есть бродяга. О чём вы хотите, чтобы я писал? О страданиях? О высшем обществе?
— Может, это новость — но они тоже страдают.
— Никто не страдает так, как бедные.

— Почему вы не бросите пить? Любой человек может быть пьяницей.
— Любой человек может быть не-пьяницей. Быть пьяницей — особый талант. Это требует упорства. Упорство важнее правды.

— Я не хочу влюбляться. Я не хочу пройти через это снова.
— Не беспокойся. Никто ещё не смог меня полюбить.

Ненависть — это единственное, что длится долго.

— Ты ненавидишь людей?
— Нет. Но мне легче, когда их рядом нет.

— В гостевом доме ты можешь спокойно писать.
— Талли, детка, спокойно не напишешь ничего стоящего.

Некоторые люди никогда не сходят с ума. Какая же ужасная у них жизнь.

— Может пойдём выпьем по стаканчику?
— У тебя же нет ни цента!
— Именно в такие дни и хочется выпить.