Нил

— Нил.
— Вероника.
— Нил. Какой-то ты бледный.
— Какая-то ты беременная.
— Ты что, провёл ночь в сортире ночлежки?
— А ты что, искупалась в мусорном баке у клиники абортов?
— А ты не тот, кому подарили рак на Рождество?
— А ты не озабоченная баба из «Золотых девочек»?
— Дороти?
— Бланш.
— Что ты сказал?! Ах ты сукин сын! А ну заткнись!
— Я хочу целовать тебя. Я хочу целовать тебя, пока не зарыдаешь.
— Как твой кислотный рефлюкс?
— Как твоя папиллома?
— Это твоя папиллома, я лишь ношу её.
— Не будем спорить, что было раньше, курица или яйцо.
— Давай. Хотя нет. Курица.
— Яйцо.
— Курица!
— Яйцо!
— Курица!
— Яйцо!
— Курица!
— Яйцо!
— Твоя плоть, лоснящаяся маслом какао, она снится мне.
— Как Вероника?
— Вероника в порядке, Вероника.
— Кошмар — называть свою собаку Вероникой.
— А отсосать у того бомжа за волшебные бобы?
— Он сказал, что он волшебник!
— Я хочу всю тебя. Тебя... Хочу испачкать веееесь твой подбородок. Ты ещё любишь крем-брюле?
— А ты ещё любишь гладить мою спину?
— Ты же знаешь: ответ «да».
— О, Нил.
— Вероника.
— Нил.
— Вероника.
— Я хочу забыть тебя.
— А я хочу быть с тобой всегда.
— Да будет так, Нил. Да будет так. До встречи у алтаря.
— Да я тебя видал!...