Цитаты про ночь

В общем, я знаю, какие ощущения у человека раздавленного и абсолютно уничтоженного, и до чего ужасно чувствовать боль там, где прежде не болело. И совершенно не важны новые причёски, и подвиги в тренажёрном зале, и весёлые буйства с подружками в баре. И всё равно каждую ночь ты будешь вспоминать мельчайшие детали и мучить себя вопросом: «Отчего ты всё понимала неверно? И как, чёрт подери, могло показаться, что ты ужасно счастлива?» А порой тебе удается убедить себя в том, что он прозреет и вернётся к тебе. Но потом, как бы долго твои переживания ни длились, ты всё равно идёшь дальше, и новые люди дают тебе понять, что ты чего-то стоишь, и осколки души снова собираются вместе, и твоё наваждение, все эти годы, которые ты потратила впустую, уходят в прошлое и забываются.

— Послушай, сынок, ты не в курсе, что создал себе огромную проблему.
— Будь спокоен, это не беда, она каждую ночь на моей груди.
— Но твоя жена не слушается. Смотри, сынок, некоторые женщины не могут быть присвоены, быть в подчинении. Надо давить, делать больно, причем не глядя на слезы. Я тебе говорил, что знаю эту девушку. Она не похожа на тех, с которыми ты возишься. Ты не сможешь её преклонить. Ферхат, человеческой силы хватает не на все, причем на человеческую волю. Судьба повернется обратно, когда ты не сможешь поменять одного человека. Запомни это: эта девушка тебя изменит!
— Я не ради того, чтобы измениться пережил столько горя. Понял? Ты давно убил ребенка внутри меня, дядя. Я не мальчик, которого посылают туда-сюда. Ты занимайся своими делами.

О всевышний, если бы я знала цель этой любви, она отрезала мне пути к отступлению, забрала мое сердце, мою волю и исчезла. О всевышний, это все, что у меня есть. Почему он стал таким безжалостным, почему его сердце превратилось в камень? О всевышний, этот дым, этот плачь, эти воззвания к тебе, сможет ли все это услышать мой любимый? Услышит ли он? Если бы я знала! О всевышний, что это за волнения, что это за пелена перед моими глазами? Все это потому, что ты для меня все. Все есть ты для меня. Когда я молчу, когда говорю, у меня перед глазами твоя любовь, твой образ. Мое время и мой хлеб — это ты. О всевышний, где место телу, созданному из глины, где пристанище души и сердца? О всевышний, земная ночь с черным ликом, не может она сравниться с твоим днем, не может прийти за моей весной осень с каменным сердцем. О губы, что скрывают чувства и правду, пришло время замолчать.

— Я вытащил её в сети из воды.
— В сети?
— В моей рыбацкой сети.
— Ты, конечно, шутишь?
— Нет, не шучу. Может, это мне и приснилось, но когда утром я вернулся к лодке, она была там.
— Она провела ночь на лодке?
— Нет.
— Нет?
— Так где же девушка провела ночь?
— Я Вам не скажу.
— И я не могу тебя заставить?
— Нет. И Вы не можете никому рассказать.
— Нет, на моих устах печать. Но ты будешь держать меня в курсе, Сиракуз?
— Разумеется, Отец.
— Так я увижу тебя в воскресенье на мессе?
— Вы же знаете, что нет, Отец.
— Полагаю, да. Ты приходишь только на исповедь. Потому что в нашем захудалом городишке нет общества анонимных алкоголиков. Хотя бы прочти пару раз «Аве Мария» по пути домой.

— Мой первый раз был таким. Мы пошли в поход воскресной школой с ночевкой. Я говорю о сыне нашего пастора. До этого я в жизни ничего такого не делала, а он просто забрался в мой спальный мешок. Он меня так напугал, к тому же его отец — пастор спал всего в трех метрах от нас.
— Ну и как?
— Тихо. Но очень здорово! Просто классно. Мой первый оргазм.
— А у меня один раз был оргазм, но я была одна.
— Однажды с моим первым мужем я дошла до оргазма. Это было потрясно. Я как будто летала. Но знаете, за пять лет это получилось всего раз. А замужем я была два раза, первый брак был шесть недель, а второй шесть часов. Только шесть. Мой муж умер в нашу первую брачную ночь от сердечного приступа. Когда мы занимались любовью. Вернее, только начали заниматься...
— Ну и ну. Срань господня. Невероятно, что ж ты сделала после такого кошмара?
— Завербовалась в армию.