Цитаты из фильма Быстрый и мертвый (1995)

— Моему другу нужно оружие.
— Вот это «Миротворец», рукоять из цельной слоновой кости, мексиканская эмблема. Их было сделано всего тридцать. А вот это сделанный на заказ «Ремингтон». Новая модель, армейский сорок четвёртый, пожалуй, стреляет точнее любого «Кольта». По моему заказу дерево рукояти заменили на чистое серебро с насечкой. Покойным владельцем успешно использовался в тридцати шести... Нет, тридцати пяти ограблениях банков. Ух! Божественно! [легкие щелчки прокручивающегося барабана] А это самый лучший помощник человека — Смит энд Вессон сорок пять. Основа основ. Я считаю его лучшим револьвером в мире. Я снял с него кольцо спускового крючка, так он быстрее вытаскивается из кобуры. Вот за этот Кольт мне предлагали сто двадцать. Хочешь попробовать?
— Когда ты последний раз держал в руках оружие, Корт? Хотя знаю... У тебя есть сто двадцать долларов Корт?
— У меня вообще денег нет. Господь даёт мне всё, что мне необходимо. Не волнуйся, я не буду стрелять.
— Конечно, будешь. Я знаю тебя Корт. Когда дойдет срок до дела, ты нажмешь спуск.

— Перестрелка у индийских колодцев действительно имела место? И вы застрелили парня?...
— Разумеется. Двоих правой и двоих левой рукой. Я одинаково хорошо действую обеими руками.
— Должно быть, вы самый быстрый стрелок на западе... Либо самый отъявленный лжец.
— Очень жаль, что вас там не было...
— Хэ. Но я ведь был там, Туз. На самом деле, это я убил братьев Теренс. И я сомневаюсь, что такой лживый кусок дерьма, как ты, был в том же штате. Бах! А как же левая рука? [Ирод выстрелив правой, убрал револьвер и чиркнул спичкой, чтобы прикурить сигару] — Покажи, как ты стреляешь с левой руки. [Туз решил стрелять, видя, что Джон прикуривает, и Ирод выстрелил с левой в левую ладонь, выбив револьвер и при этом не погасив спички]
— О чёрт! А! Боже! А!
— Мистер Туз Хевлан. Лысый с Полыне, гроза Сосшкона, фальшивка, циркач. Мочевой пузырь...

— Вы когда-нибудь убивали?
— Конечно.
— А я так не думаю. Понимаете, всё сводится к одному. Как далеко вы готовы зайти? Мой отец был судья, пусть вас не удивляет это. Он заставлял меня и мою мать смотреть, как вешают людей, чтобы мы становились лучше. Я с детства по глазам понимал, кто убийца, а кто конокрад. Однажды он сказал, что мы исчадия зла. Он взял патрон, зарядил револьвер, крутанул барабан и стал нажимать курок, наводя на каждого из нас. Пока не разнёс сам себе голову. Последним нажатием на спуск. Усвойте одно: теперь в этой жизни меня ничто не испугает. Ничто.
— До конца! Вы прокляты. Я не стану на ваш путь, но я дойду до конца.

— Перед ударом раздаётся щелчок, слушай часы!
— Сейчас ты умрешь, девочка. Ты покойница. Посмотри на себя, тебе страшно? Ты дрожишь как осиновый лист... Щёлк! Бах!
— Вы победили. И вы теперь... Нет, вы выглядите иначе, ваши глаза сияют. Вы прошли испытание смертью.
— Меня всё это не возбуждает, как вас.
— Вы думаете, я придумал это состязание из интереса? Весь этот город полон людей, готовых вас убить ради ваших шнурков. А так я могу посмотреть в лицо своим врагам. Они не смогут выстрелить мне в спину. И, конечно, я всегда побеждаю.
— А если удача отвернётся от вас?
— Я побеждаю не благодаря удаче.

— Тогда мы зря тратим время мальчика. Пожалуй, я побуду добрым самаритянином. Где у тебя самые дешёвые револьверы? Не с витрины, я имею в виду самый жалкий ствол в этом жалком магазине?
— Хорошо, пять долларов.
— Продано! Что ты делаешь? Проповедника хранит сам Господь, ему нужна только одна пуля. Только одна. Иначе он перестреляет весь город, лишь бы удрать отсюда.
— Револьвер, несмотря на потасканный вид, стреляет точно, иначе я не стал бы его продавать. И патрон с увеличенной мерой пороха, ствол внутри чист как фата невесты. Свалишь любого буйвола с одного выстрела.

— Сюда пришла по вашему приглашению. Решила узнать, что вы за человек. Человек, которого ненавидят?
— Я лишь стараюсь быть популярным, для жителей этого города. Я им нужен, я приношу порядок в их жизни. Не закон, порядок!
— А что проповедник? Почему он вас так раздражает?
— Он не проповедник, он жулик. Если человек убийца, в этом нет бесчестья. Но только пусть он не заявляет, что этого больше нет в его крови. Он самый страшный лжец. Он лжёт не только прихожанам хуже, он лжёт себе. Нет бога, где вера строится на лжи.

— Сколько работы, Корд. Сколько тяжелого труда пошло насмарку. Ты, наверное, зол? Ты когда-то был скор на руку. А как сейчас? Ты мне не ответишь? Ты дал обет молчания? Я тебя спрашиваю!! [Ирод неожиданно бросает стакан с водой в Корта, а тот его схватил, не пролив воды]
— Быстрее тебя...
— Может попробуем? Вспомним старые добрые деньки. Что сердце забилось сильнее, пульс скачет...
— Я не буду стрелять.
— Будешь. Я потрясён. [Корт, падая, пнул дверь, которая ударила одного из подручных Ирода и сломала ему нос]

— Всё естественно получилось, правда? Гладко и спокойно...
— Ты так быстро стреляешь. Надеюсь, мне не придётся состязаться с тобой. Он заставил тебя...
— Ты здесь по собственной воле, а я нет. И на спуск-то я нажал...
— Для священника это не подходящий город.
— Я не всегда был священником... Я был бандитом, как и Ирод. Я даже ездил вместе с ними. Но сейчас, конечно, всё изменилось. Я стал мирным человеком и стреляю не на угрозу, а на звук выстрела в меня.

— Преподобному нужно оружие.
— В этом городе оружие можно купить не только здесь.
— Да, но здесь оно дешевле.
— Да тебе где угодно будет дорого.
— С каждым днем твой язык всё быстрее, жаль, твои руки всё такие же медленные.
— Руки у меня не медленные.
— Ты уверен? Мы с Кортом — убийцы, а ты... Ты из другого теста.

— Я тебя только раню, малыш.
— Какой ты добрый. Бах! Чёрт, какой же я быстрый. Вы хоть разглядели как у меня это вышло? Итак, мистер шведский чемпион, вы закончили? Или поднимайтесь, мы продолжим.
— Я сдаюсь! Да.
— Это я такой быстрый или Швеция такая маленькая? Скажите мне.

— Прости, Джон, правила изменились. Теперь поединки будут честными.
— Кто ты? Ты же убита?
— Ты украл мою жизнь.
— Ты недостаточно быстра для меня. Бах!
— Сегодня достаточна. В город вернулся закон!