Цитаты из фильма Достучаться до небес (1997)

— Стоишь на берегу и чувствуешь солёный запах ветра, что веет с моря. И веришь, что свободен ты, и жизнь лишь началась. И губы жжёт подруги поцелуй, пропитанный слезой.
— Я не был на море…
— Ладно, не заливай… Ни разу не был на море?
— Не довелось. Не был.
— Уже постучались на небеса, накачались текилой, буквально проводили себя… в последний путь. Хм. А ты на море-то не побывал.
— Не успел, не вышло.
— Не знал, что на небесах никуда без этого?... Пойми, на небесах только и говорят, что о море. Как оно бесконечно прекрасно. О закате, который они видели. О том, как солнце, погружаясь в волны, стало алым, как кровь. И почувствовали, что море впитало энергию светила в себя, и солнце было укрощено, и огонь уже догорал в глубине. А ты? Что ты им скажешь? Ведь ты ни разу не был на море. Там наверху тебя окрестят лохом.
— Что ж теперь поделаешь…

— Не знал, что на небесах никуда без этого?... Пойми, на небесах только и говорят, что о море. Как оно бесконечно прекрасно. О закате, который они видели. О том, как солнце, погружаясь в волны, стало алым, как кровь. И почувствовали, что море впитало энергию светила в себя, и солнце было укрощено, и огонь уже догорал в глубине. А ты? Что ты им скажешь? Ведь ты ни разу не был на море. Там наверху тебя окрестят лохом.

— Мартин, с ума сошел?
— Вот и я тоже говорю: компромисс всегда найти можно.
— Убери пистолет, я не хочу быть соучастником вооруженного разбойного нападения с членовредительством.
— Ой, что это я сказал, это я наверно с похмелья, забудь что я сказал.

На небе только и разговоров, что о море и о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах. И еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине…

— Что весь дом перевернули, вижу. А нашли хоть что-нибудь?
— Да, шеф. Тут-то мы его возьмем. Приглашают в больницу на обследование. Успеем — у нас полчаса.
— Оно вчерашнее.
— Значит, опоздали.

— Алло! Меня зовут Мартин Брест! Как вы видите, я как раз граблю ваш вшивый банк. А то, понимаете, выбрал себе клёвую одёжку, а расплатиться не в силах!

— Брось, Фрэнки — мужик не злой!
— Ты серьезно? Он откусил яйца своему должнику, причем оба за один укус. И проглотил их!

— Трахнуть сразу двух.
— Переспать с двумя.
— Это называется «трахаться».
— Это на твоём языке.
— Это на любом языке.

— Тринидад, Огненная земля, Боро-Боро...
— О, Гавайи.
— Или что-то там ещё с непроизносимым названием.

— Но против рака или СПИДа у вас ничего нет.
— Всегда будет болезни, против которых мы бессильны.

Это публичный дом, а не мюзик-холл. Забудьте о технике, вы должны завести клиента на всю ночь.

Быстрый автомобиль, миллион марок в багажнике, и всего одна неделя жить.

— Думаешь, мы действительно будем сидеть на облаке и говорить о море?

— Ага! Сестра, нет ли соли и лимончика, а то текилку нечем закусить...

— Ну, Вы меня и огорошили И сколько мне осталось?
— Нисколько.

— Знал бы, освоил другую профессию.
— А этой ты учился в институте?

— Руди, я хотел сказать..
— Я знаю. Я понял: бояться — глупо.

— Мы, наверное, лежим в палате для конченых... Этакий чулан.

— Камера звук не записывает, но слова я передам!

— Мы направляемся к морю, ты там никогда не был.

— Да знаю, я хочу на море, но мне страшновато…

— Да. Ты в раю. Я — Господь, а он — святой Петр.

— Может надо было спросить у кого-нибудь?

— Курить? Нет, это опасно для здоровья.

[идут на кухню в поисках соли и лимона]

— Тебе в раю не о чем будет говорить.

— Доктор, операция уже закончилась?

— Зачем воспитываешь моё терпение?

— Я знаю. Я понял: бояться — глупо.

— Мне только гланды вырезали…

— Кажется, я уже не хочу…

— У меня же не рак легких.

— Руди, я хотел сказать...

— Да, я твёрдо в это верю.

— Испытывать терпение!

— Не довелось. Не был.

— Закури... так легче.

— Не успел, не вышло.

— Я не был на море…

— Салям алейкум.

— Зинаю…