Цитаты из фильма Укрощение строптивого (1980)

— Если опять для выжимания виноградного сока на вино нам придется нанимать двадцать человек — на их жалование, оплату страховки и всего другого уйдет чертова уйма денег!
— Ваших?
— Нет, ваших.
— Моих?
— Вы же их будете нанимать.
— Не уверен.
— Я пекусь о ваших деньгах, потому что я ваш бухгалтер. Именно поэтому я предлагаю статью экономии. У нас есть филиал фирмы «Дизель». Их соковыжималки работают за троих и причем в три раза быстрее!
— А на что жить тем, которых мы не наймем?
— Ну... прогресс требует жертв.
— Уверяете меня, что эта машина будет работать за троих и причем в трое быстрее, чем рабочие?
— Ставлю сто против одного.
— Так вы печетесь о моих деньгах?
— Нет, о вашей выгоде.
— С чего бы это?
— Не знаю... таков уж я есть.

— А ты, я вижу, не смеешься?
— Нет.
— Да ты посмотри, посмотри на экран! Разве не забавно? Видишь, как он полетел? Смотри, как он плюхнулся! Разве не смешно?
— Нет.
— Над упавшими смеются с тех пор, как стоит свет! А ты что же?
— Да ведь он ударился, ему больно!
— Весь принцип смешного как раз и состоит в падении, а ты от этого плачешь.
— А! О... (ужасается)
— Об этом говорил даже Чаплин. Лежит банановая кожура, подходит человек — и трах, он упал, поскользнувшись на кожуре. В зале смех. Это же как дважды два, а ты не смеешься.
— Нет.
— Ну, я тебе не нравлюсь, тебе не нравятся комические трюки, но ведь что-то тебе должно нравиться?
— (плача) Нееет!
— Спокойной ночи, это ужасно!
— Ужасно! (продолжает плакать)

— К рыбе я бы вам советовал белое вино из Боргонии 74-го года.
— Нет.
— Почему?
— Потому что в Боргонии в 74-ом град уничтожил весь урожай винограда. А какая у вас рыба?
— Карп.
— К карпу подойдет Мозельское белое 76-го года из винограда, выращенного на левом берегу.
— Тогда я бы вам советовал Мозельское белое 76-го года из винограда, выращенного на левом берегу.
— Почему?
— Потому что в Боргонии в 74-ом град уничтожил весь урожай винограда.

— Ай, а, ай, ай...
— Ты сильно ушиблась?
— Конечно, что за вопрос?
— А-ха-ха-ха-ха!
— Ты смеешься?
— Ха-ха-ха, ох, до меня дошло — человек упал — нужно смеяться. Ах-ха-ха-хах. А ты не обманываешь меня, ты сильно ударилась? Сильно ударилась, ах-ха-ха-х, сильно ударила-аха-ха-сь, ах-ха-ха-х. Ну хорошо, ты меня научила, теперь пойдем, я помогу.

Мне импонирует твоя романтичность. Я люблю полумрак, нечеткость... тогда облик самого обычного, сидящего напротив мужчины, меняется... он становится... необыкновенным.

— Итак, покупаем её?
— Нет, мне нужна другая машина.
— Какая же?
— Электронный калькулятор — он будет работать за троих бухгалтеров и в три раза быстрее.

— Элиа? Так звали одного из пророков, кажется… Может, вы тоже можете предсказывать будущее?
— Суп у вас остынет, если не перестанете болтать.

— Он поссорился даже с парикмахером. Тот постриг ему волосы, потом поставил сзади зеркало, а Элиа говорит: «Мне так не нравится, хочу подлиннее».

Знаешь, тут открыли танцзал рядом, в 30 километрах. Может, поедем на велосипеде? Педали будем крутить по очереди, ну, хочешь, крути ты!

— Элиа, ты пользуешься телефоном?
— Да.
— И даже не спрашиваешь у меня разрешение?
— Нет.
— Ну что ж, звони...

— Я не могу спать с женщиной, пока я в неё не влюблен.
— А сколько раз ты влюблялся?
— Никогда.

— До встречи в Милане.
— А ты скоро туда приедешь?
— Да, скоро — через 3-4 года.

Если заговоришь с ним о женщинах, он тебе голову разобьет.

— На этом и закончим, я не хочу перегружать память.

— С вашего позволения, представлюсь. Меня зовут…

Каждый мужчина для меня — определенная музыка.

— Как там у нас с дождем, ты что-нибудь делаешь?

— Элиа подал в суд на всех жителей деревни.

— С ним и правда так трудно общаться?

— Я представляю газету из Бергамо…

Характер скверный, просто медведь.

Ну и надымили, топор можно вешать.

— Вот ты. Плохой у меня характер?

— Смелый. И за это прощаю.

— А что я могу поделать?

— Молиться, что же еще.

— А я не представляю.

— Кроме меня.

— А вы кто?

— Судья.

— Да.