Цитаты из фильма Залечь на дно в Брюгге (2007)

Где-то в Лондоне стоит ёлка, а под ней подарки, которые никто никогда не откроет. Я думал, что если выберусь из этой заварушки, то пойду в тот дом, извинюсь перед его матерью и приму наказание, которое она мне выберет. Тюрьма... Смерть... Не важно. Потому что если я сяду в тюрьму, то по крайней мере смогу выбраться из этого Брюгге. А потом на меня снизошло озарение, и я понял: «Чёрт, парень, может это и есть ад?! Целая вечность в Брюгге...». И я очень надеялся, что не умру. Я очень, очень надеялся, что не умру.

— Не уверен, что это в его вкусе.
— Что значит — не в его вкусе? Это ещё что такое? Это ещё какого хрена?
— Да ничего, Гарри.
— Город, как в сказке, мать вашу! Как может быть сказочный город не в его вкусе?! Каналы, мосты, церкви! Долбаная сказка, и не в его вкусе?!
— Я хотел сказать, что...
— Лебеди там плавают?
— Да, лебеди плавают.
— Там сраные лебеди плавают и они, мать их, не в его вкусе?!

— Убийство, святой отец.
— Почему ты убил кого-то, Рэймонд?
— Из-за денег, святой отец.
— Из-за денег? Ты убил кого-то из-за денег?
— Да, святой отец. Не из гнева. Не из-за чего. Просто за деньги.
— Кого ты убил за деньги, Рэймонд?
— Вас, святой отец.
— Простите?
— Я сказал — вас, святой отец. Вы что, глухой?

— Как себя чувствуешь?
— Так, будто только что убил маленького мальчика...
— Забавно, что на священника нам вообще плевать.
— Я тут так подумал.. Раз уж решил стать священником — принимай всё, что тебе посылает Господь.

— А почему ты мне не помахал, когда я помахал тебе с утра?
— Я был под очень суровым транквилизаторам для лошадей. Я никому не махал. Кроме, разве что, лошадей.

— Мне кажется, в последний момент перевесит культура, как большая черножопая дебилка перевесит гнома, если их посадить на качели.

Хочет покончить с собой? Я тоже хочу. И ты тоже хочешь. Все хотят, мать твою. Никто не придаёт этому значения.

Одно пиво голубое для моего голубого друга и одно — нормальное, поскольку я нормальный. Жизнь прекрасна.

— Твоя девушка пускает дым прямо мне в лицо! И не спрашивает.
— А вы (американцы) вьетнамцев спрашивали?!

Чистилище как бы посередине. Ты как бы и не совсем говно, но и до вершин ты не добрался. Как Тоттенхем.

— Что, думаешь, я тебя пожалею, раз ты стоишь тут, как Роберт Пауэл?!
— Кто это?

Я понятия не имел, где находится это чертово Брюгге. Думаю, вы тоже.

Вещи, которым нас учили в детстве… Их ведь не забудешь, правда?

После того, как я их убил, я бросил пушку и решил залечь на дно.

Я не могу находится в месте, где нет нормального шоколада.

— Я не могу уйти, они ведь снимают фильм, Боже ты мой!

— Постараемся совместить культуру и развлечения.

— У вас карлики транквилизаторы глотают!

Я не сплю ведь, но всё будто бы во сне.

— Священников, детей… Да как обычно.

— И хорошо платят за такую работу?

Это за Джона Леннона, янки сраный!

— Хватит строить из себя Ганди.

— За священников платят.

— Ну и кто ты, Рэймонд?

— Каких, например?

— Я убиваю людей.

— Рой, идем.

— Не дыра.