Начало конфликта
В небольшом приграничном городке помощник шерифа Джереми Кейн (Дэвид Копч) получает тяжелое задание. Он должен арестовать и доставить властям своего давнего друга, Джесса Уэстона (Кевин Сорбо).Джесса обвиняют в жестоком убийстве своих родственников. Несмотря на сомнения, Кейн выполняет приказ. Он задерживает Джесса, который яростно клянется в своей невиновности.
Опасный путь
Двое мужчин отправляются в путь по пустынной и безжалостной территории. Их сопровождает небольшой конвой. Путь предстоит долгий и полный скрытых угроз.Джесс продолжает настаивать, что его подставили. Он пытается убедить Кейна, что настоящий убийца — влиятельный и могущественный человек по имени Натан Маккорд (Эрик Робертс).
Первая атака
На отряд внезапно нападают неизвестные стрелки. В завязавшейся перестрелке почти все люди Кейна погибают. Помощнику шерифа и его пленнику чудом удается спастись.Эта атака заставляет Кейна усомниться в официальной версии произошедшего. Он начинает подозревать, что за всем стоит кто-то, кто хочет замолчать правду любой ценой.
Раскрытие заговора
Кейн и Уэстон вынуждены объединить силы, чтобы выжить. По крупицам они собирают доказательства. Они понимают, что Маккорд приказал убить семью Джесса.Убийство было частью更大ого заговора с целью захвата земель, на которых были обнаружены залежи серебра. Джесс стал идеальным козлом отпущения для отвода подозрений.
Погоня и финальная конфронтация
Маккорд, понимая, что его план рушится, бросает на поимку беглецов всех своих головорезов. Начинается безжалостная погоня по каньонам и прериям.Кейн и Уэстон устраивают засаду в заброшенном ранчо. Они вступают в решающую перестрелку с людьми Маккорда. В ходе боя им удается одержать верх над наемниками.
Финальная расплата
Герои возвращаются в город, чтобы восстановить справедливость. Они застают Натана Маккорда врасплох, пока он пытается скрыться с награбленным.Состоялся короткий, но напряженный разговор, после которого правда вышла наружу. Зло было наказано, а имена невиновных — очищены от позора. Справедливость восторжествовала не по букве закона, а по воле тех, кто решил ей следовать.
