Милен Робик

На планете, где мысли мужчин материализуются в «шум», юноша спасает таинственную девушку. Их побег раскроет мрачные тайны колонии и изменит всё.

После внезапной потери жены новоиспечённый отец остаётся один на один с дочерью. Его ждут бессонные ночи, абсурдные ситуации и испытание родительством, которое станет самым неожиданным вызовом в его жизни.

Три подруги покоряют Нью-Йорк в мире глянцевых обложек, где каждое решение грозит скандалом или триумфом. Их дружба — единственный компас в океане моды, любви и карьерных амбиций.

Первый коммерческий космический челнок с женой президента на борту теряет управление после солнечной вспышки. Теперь он мчится к Солнцу, угрожая уничтожить Землю. Спасти миллионы — задача гениального астрофизика и отчаянного пилота.

После трагической гибели брата-гения Донателла Версаче погружается в пучину зависимости. Её борьба за легендарный бренд становится экзистенциальной войной: против себя, кредиторов и призрака прошлого. 144 символа

После пули в лицо криминальный социопат очнулся с лицом убитого копа. Теперь его сила — в двойной игре: под прикрытием он мстит предавшим, стирая грань между злодеем и героем в городе анархии. 146 символов

Трое необычных соседей — вампир, оборотень и призрак — пытаются жить как люди. Их борьба с тёмной природой в обычном бостонском доме полна опасностей и неожиданных поворотов. Главное — остаться человеком.

Парамедик с даром чтения мыслей втягивается в опасные расследования, скрывая способности. Динамичный микс фантастики и криминала, где каждый контакт с чужим сознанием грозит непредсказуемыми последствиями.

Загадочный шар света возвращает 4400 пропавших за 60 лет людей — не постаревших и без памяти о случившемся. Расследование вскрывает необъяснимые способности «возвращённых» и угрозу глобальной катастрофы. Фантастический триллер с детективной интригой.

Остатки человечества бегут через космос на последнем боевом крейсере, преследуемые безжалостными роботами-сайлонами. Но враги научились выглядеть как люди — паранойя грозит разрушить хрупкое единство выживших.