Похожие на «Burning Man 2.0»

За последние 50 лет отношение к мексиканской кухне претерпело радикальную трансформацию. Книга Дианы Кеннеди «Кухни Мексики», вышедшая в 1972 году, стала бомбой, запустившей процесс, который изменил и экспортный вариант мексиканской стряпни, и отношение к кулинарному наследию в самой Мексике.\n\nНастоящую гастрономическую Мексику Диана продолжает искать и сегодня, в свои 96: колесит на потрепанном пикапе по деревням и весям, общаясь с людьми и изучая оригинальные рецепты, технологии, продукты.

Фильм исследует путь Стефена Карри от непризнанного абитуриента до четырёхкратного чемпиона НБА, чьи трёхочковые броски изменили спорт. Режиссёр Питер Никс искусно переплетает два периода: студенческие годы в скромном колледже Дэвидсон, где тренер Боб МакКиллоп поверил в «тощего» игрока, и триумфальное возвращение в команду «Уорриорз» после травм. Зритель увидит редкие архивы — от провального дебюта с 13 потерями мяча до легендарных матчей NCAA. Параллельно Карри борется с обещанием, данным матери: получить диплом спустя 14 лет после ухода в НБА. В кадре — изнурительные тренировки, работа с теннисными мячами для реакции и моменты с семьёй. Фильм избегает пафоса, делая акцент на эмоциональной стойкости чемпиона. Продюсер Райан Куглер («Чёрная пантера») усиливает кинематографичность баскетбольных сцен. Неожиданные параллели между прошлым и настоящим держат в напряжении даже тех, кто знает финал.

Фильм рассказывает о трех семьях, в каждой из которых есть ребенок, страдающий от психического заболевания. Родители, пережившие подобное горе, страдают от ужасающего чувства вины. Но не менее сильно бьет по ним постоянное беспокойство, что психически нестабильный ребенок может нанести вред себе или другим. И хотя лечение может значительно улучшить результат, но надлежащий уход в США часто бывает роскошью, доступной только тем, кто может себе это позволить.

Фотограф с 25-летним стажем погружается в тёмное сердце капитализма, исследуя патологическую жажду богатства. Сквозь интервью с опальным финансистом Флорианом Хоммом, матерью, пожертвовавшей семьёй ради пластических операций, и подростками, выросшими в золотых клетках, режиссёр вскрывает глобальную эпидемию — от разорённых ипотекой американцев до нуворишей постсоветского пространства. Кадры из 90-х с юной Ким Кардашьян контрастируют с шокирующими признаниями тех, кто достиг «вершин», но потерял себя. Личная исповедь создательницы добавляет горькой искренности этому визуальному расследованию, где каждый кадр кричит: «Стоило ли оно того?» .

Фильм рассказывает истории нескольких пациентов, которые испробовали на себе медицинские устройства как бы с переднего края технологий: механический контрацептив, протез тазобедренного сустава, робота-хирурга. Но обещанной врачами и рекламой магии не случилось: наоборот, здоровье людей было разрушено, для некоторых — навсегда.

Театр «Аполло» — знаменитый концертный зал в Гарлеме, важнейшее место для афроамериканской музыкальной культуры. В разное время там выступали Элла Фицджеральд, Билли Холидей, Джеймс Браун, Дайана Росс, Лорин Хилл, Сара Вон и другие легенды. Документальная лента открывает все величие этого места для широкого зрителя, не забывая показать и трудные моменты его насыщенной истории.

Через века тесного соседства в штетлах — мир, где судьбы евреев и неевреев переплетались неразрывно. Малоизвестный факт: эта жизнь продолжалась даже в СССР после войны, пока в 1990-х всё местечко не «выехало» за океан. Фильм восстанавливает мозаику исчезнувшей реальности через воспоминания, архивные материалы и голоса тех, кто помнит последние дни этого мира. Каждая капсула времени — от довоенных улиц до советских квартир — раскрывает хрупкость человеческого наследия. Где теперь искать корни? Ответ — в кадрах, которые больше никогда не повторятся .

Сквозь редкие архивы и неожиданные гипотезы (возможный мусульманский прообраз!) этот документальный трип раскрывает тайны главного символа свободы. Диана фон Фюрстенберг ведёт зрителя от мастерской Бартольди до протестных баннеров современности, доказывая: факел Леди Либерти светит каждому изгнаннику. Захватывающий визуальный эксперимент с паспортными штампами и 3D-реконструкциями.

Джоанна Харкорт-Смит — богатая наследница и представительница богемы — познакомилась с гуру психоделической революции и верховным жрецом Братства вечной любви Тимоти Лири в 1972 году в Швейцарии. Ей было 26, ему — 52, и он попал в Европу, бежав из американской тюрьмы. За психоделической свадьбой через две недели после знакомства и марш-бросков по миру в попытке спасти Лири от преследований властей последовала экстрадиция в США. По прошествии времени Джоанна стала подозревать, что ее роман был срежиссирован американскими спецслужбами, чтобы вернуть Лири в США и заставить работать на правительство.

Крестон — городишко на 150 жителей, спрятанный среди дюн и холмов Колорадо, прибежище адептов духовных практик и религиозных сект. Именно здесь обосновались творческой коммуной герои фильма, самопровозглашенные деятели альтернативного рэпа. Они годами живут в добровольной самоизоляции: растят марихуану, бьют тату, собирают полезные вещи по соседям, рассуждают о закатах и иногда подают сигналы во внешний мир, выкладывая свои хип-хоп-записи на SoundCloud и фото в Instagram.

Амбициозный предприниматель Билли МакФарланд и рэпер Джа Рул заманивают богатых клиентов в ловушку мечты: эксклюзивный фестиваль на Багамах с виллами, суперзвёздами и райским отдыхом. Яркая реклама с топ-моделями, бешеные цены на билеты — всё кричит о роскоши. Но за кулисами царит хаос: неподготовленная площадка, нулевая инфраструктура и отчаянная попытка скрыть правду. Фильм-разоблачение показывает, как манипуляции соцсетями и ложь создали громчайший провал шоу-бизнеса, закончившийся уголовным делом. Каждый кадр держит в напряжении: удастся ли аферистам избежать краха?

В постиндустриальном Огайо китайский миллиардер открывает новую фабрику Fuyao на базе закрытого несколько лет назад завода компании General Motors и нанимает на работу две тысячи американских рабочих. Первые дни надежд и оптимизма сменяются неудачами, когда дисциплинированные и трудолюбивые китайцы сталкиваются с низкопроизводительным и требовательным рабочим классом США.