Цитаты из фильма Гран Торино (2008)

— Наконец-то, теперь ты снова человеком выглядишь. Нужны было столько выдерживать? Скупердяй чертов.
— Я удивлен, что ты еще трепыхаешься. Я все жду, когда ты подохнешь и сюда пришлют того, кто что-то умеет, а захожу и вижу того же макаронника с ножницами вместо рук.
— С тебя 10 баксов.
— 10 баксов?! Господи, Марти, ты что, наполовину еврей? Вечно поднимаешь цену!
— Я уже лет пять по 10 баксов со всех беру, жлобина ты польская.

— Вы не знаете, о чем говорите…
— Вздор, яйцеголовый. Я, может, не самый приятный мужик в округе, но я взял в жены лучшую женщину на планете, поверь мне. Завоевал. Самое правильное, что я совершил в жизни. Но ты, урод, позволил Тик-Таку, Дин-Дону, Чарли-Чену идти гулять с мисс Бог-ее-знает. Ты нравишься ей, почему не знаю…

— Что ты умеешь делать?
— Например?..
— Это я у тебя спрашиваю, что тебе лучше удается?
— Я не знаю...
— Ну я и не ждал другого ответа от тебя... Видишь вон то дерево? Встань под ним и подсчитывай птиц!
— ... Я должен считать птиц?..
— Ты справишься? У косых вроде способности к математике.
— Ладно... сосчитаю...

Я хочу завещать свой Гран Торино 72 года своему другу Тао Ван Лору, только если ты не снесешь ему крышу, словно панк, не нанесешь на него дурацкие картинки, как делает это разная белая голытьба, и не станешь заклеивать глупыми словечками, как другие уроды. Это жутко выглядит. Если ты сможешь этого не делать, он твой.

— Вздор, яйцеголовый. Я, может, не самый приятный мужик в округе, но я взял в жены лучшую женщину на планете, поверь мне. Завоевал. Самое правильное, что я совершил в жизни. Но ты, урод, позволил Тик-Таку, Дин-Дону, Чарли-Чену идти гулять с мисс Бог-ее-знает. Ты нравишься ей, почему не знаю…

Уолт Ковальски: — Можешь поговорить о работе на стройке, с которой ты идёшь. Пожалуйся на свою девушку или машину. <...> На собеседника не ругайся. Ругай только тех, кого нет рядом. Жалуйся на босса, который заставляет работать сверхурочно, когда у тебя запланирован боулинг.

Как меня достали эти долбаные иммигранты! Узкоглазые, черномазые, латиносы, черт знает, кто еще! Мало я насмотрелся на этих драных кошкоедов во время войны, на тебе, — пожаловали!

Уолт Ковальски: — Ну да, возможно. Так, выходи, возвращайся, и не говори о том, что у тебя нет работы, нет машины, нет девушки, нет будущего, нет члена.

— Проблемы надо решать быстро. Когда в Корее на наши позиции бежали тысячи визжащих чурок, мы не звали полицию, мы действовали.

Тебе никогда не приходило в голову, что жизнь порой сталкивает с теми людьми, которых лучше обходить стороной? Со мной, скажем.

Тебе никогда не приходило в голову, что жизнь порой сталкивает с теми людьми, которых лучше обходить стороной? Со мной, скажем.

— Я пообещал вашей жене, что вы исповедуетесь.
— Зачем?
— Она так умоляла.
— И часто ты обещаешь невозможное?

— Я работаю с ребятами из банды Мон, и слышал, что вчера что-то случилось. Почему Вы не вызвали полицию?

— Почему вы не вызвали полицию?.
— Знаешь, я помолился об их приезде, но Бог мне не внял.

— О чём Вы думали? Ведь могло произойти убийство. Речь о жизни и смерти.

— Я смотрю Вам нравится давать невыполнимые обещания, да, святой отец?

— Ну... Знаете, я молился чтоб приехала полиция... но никто не ответил.

Бывает встречаешь людей, которых лучше не трогать. Я такой.

Тао: — Ага. Но у меня нет ни работы, ни машины, ни девушки.

Я однажды починил дверь, которая даже не была сломана.

Я однажды починил дверь, которая даже не была сломана.

— Я обещал Вашей жене, что отведу Вас на исповедь.

Я посеял этот ветер и я его усмирю, в одиночку.

Я посеял этот ветер и я его усмирю, в одиночку.

— Я же сказал, я не пойду на исповедь.

— Да, главное собаку мою не сожрите.

— Не волнуйся. Мы едим только котов.

В любом случае — шансов у них нет.

В любом случае — у них нет шанса.

— Вы не знаете, о чем говорите…

— Итак, чего Вы хотите?

— Добрый день, Уолт.

— Что?