Похожие на «Иракская одиссея»

Ведущий Стивен Фрай рассказывает о жизни и творчестве своего любимого композитора Рихарда Вагнера. Этот фильм – не только возможность узнать о гениальном творце 19 века, понаблюдать за процессом подготовки к его спектаклям, заглянув за кулисы известнейших театров мира, это желание разобраться, почему же Вагнер считается одним из самых спорных композиторов за всю историю музыки, это попытка ответить на вопрос – можно ли любить Вагнера, зная правду о его жизни и о том, какое влияние на всю мировую историю оказали его музыка и его мировоззрение.

Что скрывается за таинственным исчезновением миллиардов пчел? Режиссер, потомственный пчеловод, срывает покровы с глобальной экологической угрозы. От альпийских пасек Швейцарии до промышленных плантаций Калифорнии, от китайских ручных опылителей до лабораторий нейробиологов — фильм исследует шокирующие причины катастрофы. Захватывающие макросъемки покажут жизнь улья как фантастическую сагу, где трудолюбивые сборщицы нектара превращаются в беженцев токсичного мира. С каждым кадром яснее: гибель крошечных тружениц предвещает коллапс всей человеческой цивилизации.

Перед тем как стать человеком, он был рыбой. Сейчас Ли «Скретч» Перри называет себя не иначе как Ноем. Его религия — его сердце; его законы просты — ганджа должна быть свободной, а бога нужно развлекать.\n\nОн продюсировал Боба Марли и писал альбом с The Orb, работал с Китом Ричардсом, Beastie Boys и Дэвидом Линчем, научил многих музыкантов пользоваться студией как инструментом и выпустил не один грандиозный даб-альбом. Он разговаривает с коровой и каждое утро вслух приветствует свой компьютер, кружится с раскинутыми руками вокруг Букингемского дворца и напоминает, что все тени одного цвета. «Visions of Paradise» — это документальная сказка по мотивам 13 лет, проведенных немецким режиссером Фолькером Шанером в компании Ли Перри, от Ямайки и Эфиопии до Швейцарии и Лондона. Герой в ней предстает то ли поехавшим дедом, рассуждающим о космических путешествиях, то ли настоящим магом. То есть, вообще говоря, как тем, так и другим.

На дворе 2016 год, Христо уже за 80, а «Прогулка по воде» — временный променад на озере Изео в Италии — его первый проект с момента смерти жены и соавтора Жанны-Клод, с которой он прожил почти полвека. Ворчливый патлатый старик и его брутальный племянник-менеджер Владимир препираются с чиновниками, орут на техническую команду, злятся на плохую погоду — а на озере тем временем растет трехкилометровая пластиковая тропа, которую перед открытием укроют оранжевой тканью.

Следуя по пятам за своим кумиром Дэвидом Линчем, режиссер Давид Зивекинг с головой погружается в учение о трансцендентальной медитации. Этой религиозной практикой руководит Махариши Махеш Йоги, знаменитый гуру «ливерпульской четверки». Сегодня учение выросло в целое религиозное движение, обещающее своим последователям мир и просветление. \n\nДавид Зивекинг пытается понять, как эти светлые идеи о духовном перерождении связаны с мрачными фантазиями одного из знаменитых учеников гуру, Дэвида Линча. Пытаясь найти ответ на свой вопрос, он начинает следовать программе Махариши и погружается в странный мир трансцендентальной медитации намного глубже, чем мог предположить в начале своего пути.

Программа о жизни и творчестве Кшыштофа Комеда – польского композитора и джазового пианиста, который тесно сотрудничал с режиссерами Романом Полански и Анджеем Вайда. Комеда стал культовым джазовым музыкантом в Польше и одним из лучших авторов музыки к кинофильмам в Голливуде, но на этом его карьера неожиданно оборвалась…

Господин Куо и его жена госпожа Линь всё своё время проводят в круглосуточной закусочной «Плошка риса». Их забегаловка — это некое убежище для таксиста, татуировщика по соседству. Для семей и молодых влюбленных. Для уличного пса, все еще ожидающего возвращения своего хозяина. Но однажды утром, возвращаясь с рынка, господин Куо внезапно сворачивает с шоссе и едет к морю.

Рик, Синди и Лало по кличке Покровитель обитают в городских подземельях, Дейв — в одиночестве в Калифорнийской пустыне, Эйприл — в экспедиции, симулирующей экспедицию на Марс где-то в глуши Юты. Если в принципе возможно снять документальное, а не художественное кино о том, как человек будет выживать в постапокалиптическом постядерном будущем, на Земле или другой планете — то режиссер Николас Штайнер сделал именно это. О чем думают диггеры под Лас-Вегасом, как добывают себе пропитание пустынные люди, что ищут ученые на Марсе? Как они оказались в этих местах, что привело их сюда и что ждет в будущем — об этом рассказывает «Над и под» не столько словами героев, сколько болезненно-красивыми планами, музыкой и монтажом.

Железные дороги. Заводы и фабрики. Кинотеатры, концертные залы и дворцы культуры с масштабными мозаичными панно. Больницы. Церкви. Зоопарки. Супермаркеты. Электростанции. Офисы. Кажется, все возможные места, где жил, работал, наслаждался искусством, ел, молился и любил человек разумный — прежде, чем навсегда оставить землю. Теперь эти рельсы ведут в никуда. Вечнозеленые джунгли наступают на индустриальные пространства. Дождь смывает все следы людского пребывания. Был человек — и нет человека.

Молодая женщина отправляется из Израиля в Германию, чтобы разыскать следы своих предков в Берлине. Там, по словам ее бабушки, их семья владела культовым кафе, куда заходили ярчайшие представители немецкой интеллигенции 20-ых годов. Однако когда автор понимает, что вымышленное и реальное в этой семейной легенде неразделимы, ей и самой приходится выбирать между правдой, правдоподобием и мифом...

В 1964 году в Дании был построен военный корабль «Нордби». Три десятилетия спустя его вывели из боевого состава страны и продали нигерийскому футболисту Джонатану Акробори, игравшему тогда за немецкую футбольную лигу. Джонатан окрестил паром именем своей матери «Этирено». Вскоре «Этирено» начал мелькать в заголовках газет в качестве судна, подозреваемого в детском рабстве у берегов Западной Африки. Когда стало известно, кто является владельцем этого корабля, футбольный клуб «Вольфсбург» тут же расстался со своим нигерийским нападающим. Но вина футболиста никогда не была доказана.

В Маниле молодые сотрудники, верящие в свою миссию «очищения мира», просматривают до 25 000 постов ежедневно. За $3 в сутки они фильтруют сцены насилия, терроризма, пропаганды, стирая грань между защитой пользователей и уничтожением исторической памяти. Фильм Ханса Блока и Морица Ризивика вскрывает этическую катастрофу: как решения, принятые за секунды в угоду корпоративным алгоритмам, влияют на политические процессы и лишают мир правды? Шокирующие кадры и исповеди «чистильщиков» показывают невыносимую психологическую цену их труда — от травм до суицидов .

Как превратить обычную воду в огромный бизнес? В Швейцарии есть компания, которая в совершенстве овладела этим искусством — Nestlé. Эта компания – мировой лидер в производстве бутилированной воды. В этом фильме журналист Рес Герингер исследует этот бизнес-феномен в США, Нигерии и Пакистане. Во время своего путешествия в мир бутилированной воды он исследует схемы и стратегии, которые использует самый крупный в мире производитель продуктов питания и напитков.

Фильм ведет наблюдение за ныне отошедшим от дел немецким политиком Йозефом Мартином Фишером, более известным во всем мире как Йошка Фишер. В полутемном зале на огромных экранах крутится хроника немецкого послевоенного времени. То и дело в кадрах мелькает Фишер в разные годы своей жизни. Йошка Фишер был активным участником истории, её деятельным творцом, и этот фильм — его очная ставка с прошлым.

90 лет спустя после написания знаменитого завещания, в котором Кафка поручил своему близкому другу Максу Броду, австрийскому писателю и публицисту, сжечь все написанное им, история сделала кульбит. Брод, вопреки просьбе, ничего не сжег — напротив, посвятил значительную часть своей жизни редактированию и публикации рукописей Кафки. В итоге они попали к жительницам Тель-Авива — сестрам Аните-Рут Вислер и Эве Хоффе, получившими их в наследство от своей матери Эстер Хоффе, которой они, в свою очередь, достались от Брода. Это и привело режиссера фильма на улицу Спинозы в Тель-Авиве, где проживает Эва Хоффе в компании десятков кошек. В таких, скажем прямо, неподходящих условиях хранятся уникальные старинные рукописи, стоимость которых оценивается в миллионы.