Исход: Цари и боги

Судьба сводит в смертельной схватке приёмного сына фараона и истинного наследника престола. Когда тайна крови раскрывается, изгнанный герой проходит через годы скитаний, чтобы вернуться с миссией, бросившей вызов самой природе. Визуальные чудеса — от нашествия крокодилов до кровавых рек — соседствуют с философскими диалогами: Бог здесь является в образе ребёнка, а вера рождается из сомнений. Кристиан Бэйл создаёт противоречивый портрет Моисея: не святого, но воина, чья ярость столкнётся с холодным расчётом Рамзеса (Джоэл Эдгертон). Ридли Скотт переосмысливает библейский эпос через призму рациональности, превращая чудеса в цепь катастроф, а конфликт братьев — в метафору вечного выбора между долгом и человечностью. Рецензенты отмечают блестящие батальные сцены , но критикуют «белые» роли для ближневосточных персонажей . Фильм снимали в Испании с бюджетом $140 млн, используя 5,000 статистов для воссоздания масштабов древних империй .