Похожие на «Мир искусства Сергея Дягилева»

Столетию великого русского и американского классика посвящена программа Леонида Парфенова «Век Набокова». Это, прежде всего, рассказы людей, близко знавших писателя: Елены Владимировны Набоковой-Сикорской — «любимой сестры любимого брата», как звал ее Владимир Владимирович, и сына Набокова — Дмитрия Владимировича. Набоков, ставший гением двух языков, двух литератур — случай исключительный.\n\nСъемочная группа фильма побывала в Америке, где в Корнельском университете долгое время преподавал Набоков, американский профессор русской литературы. Также зритель увидит петербургский особняк и дом в имении Рождествено, где прошло счастливое детство будущего писателя, его апартаменты в отеле швейцарского городка Монтрё, где Набоков прожил последние шестнадцать лет своей жизни.

Фильм рассказывает о крупнейшем коллекционере русского авангарда Георгии Костаки. В его бесценную коллекцию вошли работы классиков русского авангарда М. Шагала, К. Малевича, В. Кандинского, Л. Поповой, А. Родченко, В. Татлина, П. Филонова… В 1979 году уехал со своей семьей из СССР в Грецию, при этом меньшую часть коллекции вывез с собой, а большую подарил Третьяковской галерее. В 2000 году, через десять лет после его смерти в Греции, в городе Салоники был открыт музей, который носит имя знаменитого коллекционера и называется «Музей современного искусства. Коллекция Костаки».

Летом 2013 года в Национальной галерее в Лондоне две дамы с полотен знаменитого голландца Яна Вермеера, «Дама, стоящая у вирджиналя» и «Дама, сидящая за вирджиналем», впервые встретились в рамках одной экспозиции. Загадочный вирджинал – это музыкальный инструмент, разновидность клавесина. Инструменты и иные сопутствующие музицированию предметы играли в творчестве нидерландских живописцев 17-го века не последнюю роль, поскольку с их помощью можно было эффективнее всего намекнуть на утончённость и высокое образование их натурщиков.\n\nВзаимоотношение работ Вермеера и музыки соответствующего периода стало ключевой идеей для выставки в Национальной галерее. К дамам у вирджиналя присоединились «Гитаристка» и другие картины художника, так или иначе посвящённые музыкальной тематике – а соответствующую времени усладу для слуха обеспечили исполнители из Академии Старинной Музыки, которые оживили выставочные залы произведениями 17-го века. Ведущий программы, искусствовед Тим Марлоу, как всегда, подготовил для зрителей подробнейший экскурс в жизнь и творчество художника.

Фильм посвящен наследию Василия Дмитриевича Поленова и его потомкам. Как сложилась судьба потомков художника в России и за ее пределами? Как удалось сохранить наследие Поленова, усадебный уклад, заложенный художником, коллекции четырех поколений в сложные, порой трагические годы российской истории XX века. Александр Александрович Ляпин, французский внук художника, всю жизнь посвятил сохранению семейной памяти и поискам тех мест, где творил его знаменитый дед. После кончины Ляпина эстафету переняла его племянница Наталья Поленова, правнучка художника. Сегодня она руководит музеем Поленова и вместе с коллегами занимается популяризацией творчества художника, в том числе за рубежом.

Финляндия — одна из самых музыкальных стран на земле. Для Петера фон Бага танго — ключ к пониманию нации. Знаменитые финские танцевальные павильоны, аналогов которым нет нигде в мире, — пространство утопии, место сотворения мечты. «Олави Вирта» — портрет великого певца, возможно, самого известного исполнителя танго. Последние годы больной Олави Вирта, чьи шлягеры распевала вся нация, провел в нищете. «Олави Вирта» — трактат об упадке и разрушении, но Петер фон Баг всегда доказывал своими фильмами, что настоящая красота все равно побеждает, и ни одно подлинное усилие не пропадает впустую.

Пойдя по стопам выдающегося советского режиссера Александра Медведкина и его кинематографического поезда 30-х годов, 20 молодых кинематографистов из разных концов света отправились в кинематографическое путешествие из Бишкека в Москву. Результатом этого путешествия стали пять новелл, представляющих картину жизни трех независимых государств, до сих пор, спустя почти 20 лет после развала Союза, пытающихся найти свой особый путь.

Фильм о гениальном композиторе Дмитрии Шостаковиче. Сокуров сочинил трагический реквием по уникальной судьбе творца, по творчеству, обреченному вызревать и реализовываться в сковывающих рамках государственной идеологии. Это картина о победе мощного искусства и о поражении–гибели слабого человека, несущего груз своего дара. Биография Шостаковича, включившая в себя острейшие моменты социальной жизни советской России, стала поводом и материалом для обобщения и размышления режиссера о трагическом предназначении художника, всегда одинокого, но не отделимого от своей эпохи, от своего Отечества.

Четыре новеллы о театре, музыке, танцах и песне. В фильме представлены фрагменты гастролей советских театров за рубежом и гастролей театров из разных стран в Москве: МХАТ — в Копенгагене, ансамбль Александрова — в Канаде, ансамбль «Берёзка» — в Осло, Большой театр — в Лондоне, театр Оливье (Великобритания), французский театр «Ателье» — в Москве; Элина Быстрицкая, Николай Охлопков и другие артисты МХАТа на творческом вечере Юрия Завадского в Москве.

Константин Хабенский и генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова расскажут зрителям о шедеврах русского авангарда из коллекции Новой Третьяковки на Крымском Валу. Девять историй посвящены знаковым художникам того периода: Казимиру Малевичу, Марку Шагалу, Кузьме Петрову-Водкину, Василию Кандинскому, Михаилу Ларионову, Аристарху Лентулову, Владимиру Татлину, Илье Машкову и Александру Родченко.

Летом 2014 года группа актёров «Гоголь-центра» (г. Москва) и Государственного академического театра драмы им. Фёдора Волкова (г. Ярославль) во главе с Кириллом Серебренниковым отправились в экспедицию по Ярославской области. Цель экспедиции – подготовка спектакля по поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо». Театр изучал жизнь, читал некрасовскую поэму вместе с жителями деревень, городов, записывал документальные монологи людей, задавал каждому человеку один из главных вопросов поэмы и сегодняшней жизни: «Кому на Руси жить хорошо?». Артист «Седьмой студии» Александр Горчилин и оператор Ксения Середа фиксировали каждую секунду этого удивительного исследования-путешествия. В результате возник документальный фильм #КОМУНАРУСИЖИТЬХОРОШО.

В мае 1991 года в Генуе открылась выставка «Русское искусство эпохи Александра II», на ней были представлены 75 полотен Третьяковской галереи. Экспозиция имела колоссальный успех. Оставалось всего три дня до ее закрытия, как один из залов Галереи Вилла Кроче обокрали. Грабители вынесли 18 раритетов, большинство из которых были приобретены для галереи лично ее основателем Павлом Третьяковым. Раскрыть это дело помогли арт-карабинеры – сотрудники первого в мире специального подразделения, которое ведет розыск похищенных культурных ценностей как в Италии, так и за рубежом.

В 1964 году Мария Каллас, исполняя партию Тоски в Ковент Гардене, не могла себе представить, насколько решающей окажется эта роль в ее карьере и жизни. Тоска стала последней ролью Каллас на сцене: колоссальным успехом и апогеем оперы двадцатого века. Но она же стала и началом конца самой дивы. За этим последовал нервный срыв,, потеря голоса и любви. Легендарная постановка «Тоски» Франко Дзефирелли перекликается с необыкновенной историей жизни Каллас. Эта параллель проходит красной нитью через документальный фильм, в котором были использованы редкие архивные видеоматериалы, документы и фотографии. В передаче принимают участие Франко Дзефирелли, Тито Гобби (ее Скарпию) , Пласидо Доминго и многие другие.

В начале 1980-х в домах советских граждан появились первые видеомагнитофоны, посредством которых в нашу жизнь ворвалось совершенно новое бесцензурное кино. Вскоре в стране начался настоящий видеобум. Еще неискушенные российские зрители сутками напролет смотрели боевики, эротику и прочую ранее недоступную кинопродукцию. Голоса лучших переводчиков видео стали почти родными. Видеомагнитофон сразу попал в ряд дефицитных товаров, а его стоимость в несколько раз превышала ежемесячную зарплату. Однако увлечение видео не было безобидным. За «Последнее танго в Париже», например, можно было и за решетку угодить. Считалось, что этот шедевр морально разлагает советского человека. Авторы документального фильма и его герои, среди которых Андрей Макаревич, Валерий Гаркалин, Леонид Володарский, сегодня с улыбкой вспоминают о том времени.

Судьба знаменитого мексиканского художника-монументалиста Диего Риверы тесно связана с Россией: русские художницы Ангелина Белова и Мария Воробьёва-Стебельская родили ему детей, долгое время он был приятелем Льва Троцкого, несколько раз вступал в компартию, дружил с прогрессивными деятелями молодого советского искусства. Именно в Советскую Россию он приехал в последние годы жизни в надежде вылечиться от тяжелой болезни…

К годовщине событий в Южной Осетии. В основе документального фильма лежат две параллельные линии: одна — поездка Валерия Гергиева в Цхинвал после грузино-осетинского конфликта и история подготовки и проведения концерта в разрушенном городе. Вторая линия — концертная деятельность Маэстро, репетиция и постановка в Лондоне знаменитой тетралогии Вагнера «Кольцо Нибелунга», заключительной частью которой является опера «Сумерки богов».

Фильм рассказывает о том, как в крайне сложной политической ситуации — между двумя кризисами, Берлинским и Карибским, в Советский Союз приехал оркестр Бенни Гудмана. Для советских людей в 1962 году это был колоссальный прорыв и в отношении между странами, и в возможности не только услышать полузапрещенную в те годы джазовую музыку, но и увидеть, познакомиться с настоящими американцами.

Отправной точкой всего рассказа стало общение с искусствоведом Ольгой Северцевой. С детства она оказалась связанной с семьёй своей тётки Натальи Северцевой и её мужа Александра Габричевского, философа и поэта, близкого друга Максимилиана Волошина. Её оценка людей Серебряного века сопоставляется с оценкой авторов фильма, влюблённых в Коктебель как уникальный центр русской культуры, который не удалось уничтожить даже тоталитарному режиму.

Остался в далёких 60-х культурологический скандал в Манеже, связанный с запретом главой СССР Никитой Хрущёвым выставки художников авангардистов. Сегодня посетители Центрального выставочного зала Манежа заново открывают для себя запрещённую когда-то экспозицию. Теперь живописцы студии Элия Белютина представляют свои работы без страха запрета, с надеждой, что «Новая реальность» – так называется выставка – откроет в стране и новую страницу многообразной отечественной живописной культуры.

Брюсов переулок – одна из старейших улиц Москвы. Расположенный в самом ее сердце, он впитал в себя московский дух, ее историю и культуру. Он сам стал живой историей города, местом, где на каждом углу встречаются напоминания о великих событиях, очевидцем которого он стал, о великих людях, живших и посещавших его дома. Его без преувеличения можно назвать квинтесенцией русской культуры XIX-XX веков. \n\nЗдесь жил и знаменитый режиссер и реформатор театра Всеволод Мейерхольд, и великий тенор Иван Семенович Козловский, и прославленные артисты оперы и балета Большого театра Надежда Обухова, Антонина Нежданова, Ольга Лепешинская. Стены этих зданий были свидетелями дружеских встреч Кабалевского, Хачатуряна, Шостаковича, Рихтера, Растроповича, Эйзенштейна, Пастернака, Андрея Белого, Юрия Олеша, Прокофьева. Здесь бывали и Больмонт, и Дункан, и Петр Кончаловский…

В 1958 году режиссер Михаил Калатозов получил «Золотую Пальмовую» Каннского кинофестиваля за картину «Летят журавли». Фильм стал настоящим прорывом в кино, вдохновившим на новые свершения многих талантливых режиссеров. А несколько лет спустя на свет появился новый шедевр Калатозова и гениального оператора Сергея Урусевского – «Я – Куба», открытый для западного зрителя годы спустя Мартином Скорсезе и Фрэнсисом Фордом Копполой. Французский режиссер Патрик Казаль предлагает зрителю взглянуть на творчество Калатозова – в контексте сложной исторической и политической ситуации, о которой долгие годы не было возможности говорить вслух.

Почему в Японии после Хиросимы и Нагасаки первым театральным спектаклем стала пьеса Чехова «Вишневый сад»? Почему представители самых разных стран, культур, цивилизаций вот уже более ста лет обращаются к пьесам А.П. Чехова? Что они в них находят и как интерпретируют чеховские тексты? На этот вопрос отвечают всемирно известные театральные режиссёры Юрий Любимов, Олег Ефремов, Георгий Товстоногов, Анатолий Эфрос, Кама Гинкас (Россия), Петер Штайн, Фальк Рихтер (Германия), Александр Мёрк-Эйдем (Норвегия- Швеция), кинорежиссёры Александр Сокуров, Сергей Соловьёв, Андрей Торстенсен, кинодраматург, Рустам Ибрагимбеков (Россия-Азербайджан), автор лучшей на сегодняшний день биографии Чехова профессор Дональд Рейфилд (Великобритания).

Западная поп-музыка в СССР никогда не приветствовалась. Еще в 1967 году помощник Фурцевой по ее личному поручению посетил концерт Rolling Stones в Париже, и его доклад ужаснул министра культуры. Тогда казалось, что въезд «буржуазным» музыкантам в Советский Союз закрыт раз и навсегда. Однако в декабре 1978 года случилось невиданное: в Москву приехали кумиры миллионов — группа «Бони M» — и дали концерты в ГКЦЗ «Россия». По воспоминаниям очевидцев, лишь тройной милицейский кордон помог спасти главный концертный зал страны от нашествия всех желающих услышать живьем гремящие на весь мир хиты.

Вдохновленное Барбизонской школой реализма и такими мастерами, как Коро, Руссо, Милле и Добиньи, на художественной сцене появляется новое поколение художников — Курбе, Писсарро, Йонгкинд, Ренуар, Базиль, Сезанн, Кайботт, Берта Моризо и Клод Моне.\n\nСтремясь «увидеть мгновение», импрессионисты утверждали красоту повседневной действительности, выступали против условностей привычных жанров, вызывая насмешки и откровенную неприязнь мэтров и публики. «Салон отверженных» на долгие годы стал символом и прибежищем тех, кого спустя время признали важнейшими художниками конца XIX – начала XX вв.

Фильм посвящен большому пути, который прошла русская музыка в разные периоды истории: от знаменной музыки до произведений современных композиторов. С точки зрения общемировой истории культуры русская классическая музыка в том виде, в котором мы ее знаем сегодня, появилась довольно поздно — в первой половине 19 века. Но появление это имело во всем мире ошеломляющий эффект. Значительная часть повествования посвящена 19 веку и таким величайшим композиторам, как Глинка, Даргомыжский, Чайковский, Бородин, Мусоргский и многим другим. Большое место в фильме занимает ХХ век, подаривший не менее гениальных композиторов: Свиридов, Хачатурян, Прокофьев, Шостакович, Щедрин. Завершает фильм исследование современности.

Великого русского писателя и мыслителя Ивана Сергеевича Шмелёва в России узнали лишь после падения железного занавеса. Его возвращение из эмиграции на Родину было долгим и трудным. Сначала начали издаваться книги, и лишь потом, благодаря усилиям российских и французских общественных деятелей, удалось исполнить последнюю волю писателя, указанную им в завещании: перенести прах его и супруги из Парижа в Москву, на кладбище Донского монастыря. В 2000 году его желание было исполнено.

Если и есть колыбель российской танцевальной сцены, то это явно дом по адресу г. Санкт-Петербург, Фонтанка, 145. Туда эта музыка пришла с Запада, здесь она прижилась и отсюда пришла в Москву в форме первого (и последнего) советского рейва «Гагарин-пати», который прошел за неделю до того, как развалился СССР. \n\nЭто история человека, ставшего очевидцем тех событий, которые уже обросли легендами и мифами. Спустя четверть века с момента запуска в российский космос рейв-ракеты, режиссер встретилась с первопроходцами этого движения, посетила руины Фонтанки и опустевший павильон «Космос» и попыталась ответить для себя на некоторые вопросы.

Фильм посвящён 125-летию классика Серебряного века, выдающегося мастера лирической прозы, второго по значимости (после Бунина) писателя русской эмиграции, председателя Союза русских писателей и журналистов за рубежом Бориса Константиновича Зайцева. В судьбе Бориса Зайцева отразилась судьба русской эмиграции. Зайцев и его окружение верили, что рано или поздно в России произойдут перемены и, создавая «русский архипелаг» в Париже, они видели свою миссию в том, чтобы сохранить живую традицию русской дореволюционной культуры. Борис Зайцев хотел жить долго и прожил почти век, но так и не дождался перемен в России. Итоги своей жизни он подвёл в своей последней книге «Река времён».

Сквозь московский шум мегаполиса пробивается тихий, уникальный по своей музыкальности и поэтичности голос. Он воскрешает забытую нами Россию. Русская певица и поэтесса Елена Фролова вкладывает в свои песни то, что есть в России настоящего, исконного и неподкупно сопротивляющегося всем веяньям времени. И одновременно с этим она разрушает традиционный образ женщины. \n\nЕлена Фролова, подобно Орфею, отправляется в путешествие по глубинам прошлого России, чтобы воскресить свою Эвридику – Марину Цветаеву. На стихи Цветаевой слагает она песни, которые заставляют нас невольно подсматривать за жизнью поэта: революция, эмиграция, гибель. Однако, cамым жестким критиком их связи, становится мать Елены, которая, будучи чадом социализма, трезво смотрит на возрождение мистических идей России прошлого века.\n\nТри века России: серебряный, «стальной», «нефтяной». Три влюбленные в родину женщины: Елена Фролова, мать Елены Мая Степановна и Марина Цветаева в поисках родины, не только географической, но и духовной.

Фильм раскрывает эпическую историю артиста, родившегося в поезде и покорившего мир. Зритель увидит тяжелое военное детство в Уфе, борьбу за место в ленинградском училище вопреки насмешкам и позднему старту, а затем — стремительный взлет в Кировском театре. Кульминацией становится парижский триумф 1961 года, за которым последовал рискованный шаг, изменивший судьбу искусства XX века. Особый интерес представляют редкие кадры репетиций с Мартой Грэм и Полом Тейлором, ранее не публиковавшиеся материалы из личных архивов и воспоминания ближайших соратников — балерины Аллы Осипенко, критика Клемента Криспа и партнерши Марго Фонтейн. История невероятной работоспособности (до 300 выступлений в год!) и превращения балетного гения в международную поп-икону, дружившую с принцессой Дианой и Элизабет Тейлор .

Своим творческим темпераментом, харизматичностью и морем обаяния Владимир Гориккер покоряет собеседника. Глубокий знаток музыки, создал шедевры в редком жанре, незаслуженно забытом в наше время. В его фильмах-операх сочетались выдающаяся игра драматических актеров (Смоктуновский, Глебов, Белявский, Печерникова, Зельдин) и лучшие голоса советского оперного театра (Лемешев, Олейниченко, Атлантов, Петров, Кибкало, Милашкина, Синявская).

С 1992-го по 2017-й год длилась одна великая эпоха – эпоха Франка Касторфа в берлинском театре «Фольксбюне»; эпоха, вместившая славные и скандальные, спорные и триумфальные события. Исполинское здание на площади Розы Люксембург знало аншлаги и видело залы, зияющие черными дырами пустующих кресел: Касторф – гений, и гений разный, противоречивый, своевольный, ищущий. С публикой никогда не заигрывал, бывал любим и бывал ненавидим – всякое бывало.

Как празднуется в столице 200-летний юбилей А.С. Пушкина, чей день рождения почти каждый москвич считает и своим тоже? С любовью и размахом: на площадях и улицах, в парках и скверах молодежь танцует вальсы и мазурки, актёры и музыканты дают концерты, в музеях проходят выставки и литературные чтения. Но особая атмосфера – на Бауманской, в том уголке Москвы, где поэт родился, крестился и жил «не зная горести и бед». Конечно, Москва – еще не вся Россия. Но именно здесь и в этот день понимаешь, как прав был Иван Шмелёв, сказав, что «Пушкин – это сама Россия».

Камера следует за виртуозом современности, чьи выступления расписаны на годы вперёд. Зритель попадает за кулисы легендарных залов, слышит откровения о волнении перед концертами и детских воспоминаниях. Уникальные архивы показывают не только сольные выступления с маэстро вроде Гергиева и Маазеля, но и футбольные матчи с молодыми талантами фестиваля «Звезды на Байкале». Фильм-путешествие по шедеврам Рахманинова и других гигантов, где музыка объясняется без слов — страстью и мощью исполнения. Это гимн русской школе, где глубина интерпретаций оставляет ощущение встречи с современным чудом .