Лето 1964 года: Исчезновение
Лето 1964 года вошло в историю США как «Лето свободы». Трое молодых борцов за гражданские права — Эндрю Гудман, Джеймс Чейни и Майкл Швернер — прибыли в штат Миссисипи. Их целью была регистрация афроамериканских избирателей. 21 июня они направлялись в городок Лонгдейл. Там была сожжена методистская церковь, которую посещали чернокожие.Их машину остановил шериф Сесил Прайс. Он был членом Ку-Клукс-Клана. Прайс арестовал активистов по надуманному предлогу. Вечером он отпустил их, но это была ловушка. На пустынной дороге их перехватили члены Клана. Троих мужчин зверски убили и тайно похоронили.
Десятилетия молчания в округе Нишоба
Расследование ФБР выявило причастность местных жителей. Однако из-за законов штата и коррумпированной системы правосудия дело застопорилось. Обвинения предъявили лишь за нарушение гражданских прав. Настоящего уголовного преследования за убийство не последовало.Десятилетия округ Нишоба жил с этой нерешённой болью. Фильм показывает интервью с местными жителями спустя 40 лет. Многие до сих пор оправдывают преступников. Они ссылаются на «иные времена» и «защиту своего образа жизни».
Новая надежда: Пересмотр дела
В 2005 году прокуратура штата Миссисипи возобновила дело. Главным обвиняемым стал 80-летний Эдгар Рэй Киллен. Он был баптистским проповедником и одним из идеологов расправы. Создатели фильма внимательно следят за судебным процессом.Камера фиксирует напряжение в зале суда. Свидетели, уже пожилые люди, дают противоречивые показания. Сын шерифа Прайса защищает память отца. Родственники жертв, спустя 41 год, наконец получают возможность говорить.
Вердикт и его отголоски
Суд присяжных признал Эдгара Рэя Киллена виновным в трёх убийствах. Он получил три срока по 20 лет лишения свободы. Этот вердикт стал историческим. Впервые штат Миссисипи признал вину в преступлениях эпохи сегрегации.Однако фильм не заканчивается на этой победе. Он показывает реакцию сообщества. Некоторые видят в приговоре акт искупления. Другие же считают его несправедливой местью за прошлое. Раскол в обществе остаётся глубоким и болезненным.
