20 лучших фильмов, похожих на Последние дни в Шибати (2017)

Марлин Штольц

Вим Ван Дер Грийн

Завораживающая документальная лента о гениальном художнике, сбегающем от славы в рыбацкую глубинку Нидерландов. Но мир манит его дальше — в Италию, Марокко и за пределы привычной реальности. Путь от нарисованных волн к океану приключений, где кадры становятся холстом, а ветер странствий — кистью. Главный шедевр? Сама жизнь .

Три сестры - десяти, восьми и шести лет - живут со своим дедом в далёкой предгорной деревне провинции Юньнань на юге Китая. Мать давно бросила их, отец уехал в один из мегаполисов на заработки. Героини фильма демонстрируют огромную силу духа, но при этом остаются несчастными и одинокими детьми на фоне этической трагедии побеждающего в Китае капитализма.

Документальный фильм показывает, что золотая лихорадка в 21 веке всё ещё продолжается. В перуанских Андах на высоте более 5000 метров над уровнем моря самый высокогорный в мире населенный пункт Ла-Ринконада пережил за последнее десятилетие мощный наплыв населения. Люди живут в нищете, в самых суровых условиях, но надеются, что местные золотые рудники за один день решат все их проблемы.

Rajiv Narayam

играет самого себя (former east Asia researcher, Amnesty International)

Фильм исследует пропаганду на удивительном и увлекательном примере Северной Кореи. Ложные новости, полуправда, сюрреалистические дискуссии побудят зрителя задуматься о том, насколько же сложно отличить правду от лжи...

Ashin Wirathu

играет самого себя

U. Zanitar

играет самого себя, Wirathu's Master

Kyaw Zayar Htun

играет самого себя

Фильм-путешествие вместе с Почтенным Вирату - самым уважаемым буддийским монахом в Бирме - в сердце бытового расизма. Фильм-наблюдение за тем, как исламофобия и разжигание вражды между людьми приводит к насилию и разрушениям в стране, где 90% населения исповедуют буддизм - религию, основанную на мирном, толерантом и ненасильственном образе жизни.

Луана Мунис

рассказчик

В центре сюжета находится Луана Мунис, трансгендерная королева клубов в Рио-де-Жанейро, Бразилия. Её личная история переплетается с общим ходом событий в бразильской столице, где политические напряженности соседствуют с пышными карнавалами, а традиционные представления о гендере уже не имеют прочных оснований.

Название китайского города Карамай происходит от уйгурского слова, означающего «черная нефть». Это молодой и процветающий город, занятый добычей нефти. 13 лет назад в Зале Дружбы в Карамае произошла страшная трагедия. Почти 800 учеников старших и средних классов и их учителя выступали перед делегацией чиновников из министерства образования, когда начался пожар. Детям было приказано оставаться на местах, чтобы официальные лица могли покинуть помещение первыми. В результате погибло 323 человека, 288 из них — дети в возрасте от 6 до 14 лет. Эта история подверглась цензуре в китайских СМИ. До сих пор семьям Карамая запрещено публично оплакивать своих детей.

Хуан Чжунцзянь

играет самого себя

Чжан Сюэфэй

играет саму себя

Северная провинция Китая Синьцзян. Известный старый шорник изо всех сил работает, чтобы оплатить долги двух своих сыновей. Его племянник тяжело болен и ему необходима почка одного из них, однако невестка решительно против.\n\nЮжная провинция Китая Гуандун. Парень хочет жениться, но отец девушки запрещает ей выходить замуж за этого бедного мальчика из отсталой горной деревни. Когда проблема решается, молодую пару ждет новое испытание — у их еще не родившегося ребенка диагностируют сложный порок сердца. В итоге две линии пересекаются в одной решающей точке.

Брагины – династия охотников, много лет живущих в самом сердце тайги, на реке Сим, за тысячи километров от «цивилизованного» мира; быть в ладу с природой – у них в крови. Но от наступления новых беспощадных времён не спрячешься: Килины, соседи Брагиных, исповедуют совсем другой, хищнический подход к месту обитания. И чтобы укрепиться в лесных владениях не брезгуют ничем – вплоть до помощи наделённых государственной властью браконьеров.

Манар Аль Хило

играет самого себя

Сулейман Ибрахим

играет самого себя

Альтайеб Махди

играет самого себя

В центре повествования — история суданского кино, переплетённая с текущей ситуацией в стране, сотрясаемой постоянными кризисами.

Фильм прослеживает один год из обыденной жизни некоторых семей, живущих в Миниамисоме, расположенной в 20 километрах от поврежденной АЭС Фукусима Даичи. После информации об усиленной дезактивации, неопределенности ученых, колебании власти кому стоит верить? Стоит ли уехать или можно остаться?

Coby

играет самого себя

Jacob Hunt

играет самого себя

Sara Mound

играет саму себя

23-летний житель американского Среднего Запада начинает тихую революцию: его физическое преображение бросает вызов семейным устоям. Камера наблюдает, как отношения с родителями и возлюбленной переворачиваются с ног на голову, а мечта о работе парамедиком обретает новые грани. Французский режиссёр фиксирует личную эволюцию без прикрас .

Фильм посвящен повседневной жизни Багдада в 2003 году. Режиссер полтора года снимал жизнь нескольких иракцев, по преимуществу своих друзей и членов семьи – их каждодневный быт в ожидании войны и те несколько месяцев, что последовали за американским вторжением. Этот фильм – их история.

Аньес Варда

играет саму себя

JR

играет самого себя

Jeannine Carpentier

играет саму себя

Фильм-путешествие по французским окраинам расскажет о красоте окружающего мира, случайных и неожиданных встречах, а ещё — о дружбе, выросшей из сотрудничества двух совершенно разных людей: режиссёра Аньес Варда и фотографа ДжейАр.

В разгар кризиса безработицы в США возникает неожиданный шанс: «зелёная революция». Следуем за рабочими, рискнувшими освоить солнечную энергетику. Станут ли панели спасением или новой ловушкой? Документальное напряжение по реальным следам.

За 5 лет проведения фестиваля «FAME» организатору Анжело Милано удалось превратить провинциальное местечко Гроталье на юге Италии в настоящий музей под открытым небом — без поддержки властей, силой простого гостеприимства, драйва созидания и желания перемен.\n\nЛента показывает, как в сонной провинции начинают происходить удивительные вещи. Город просыпается: из окон на асфальт выплескиваются целые литры краски, а прохожие то и дело становятся свидетелями чудаковатых перформансов в исполнении художников, которым в удовольствие удивлять горожан и баламутить неторопливую жизнь городка. Фильм передает уникальный опыт создания фестиваля, рассказывая о том, как силой энтузиазма можно изменить пространство до неузнаваемости, следуя простому принципу DIY — «do it yourself».

Рассказ о двух с половиной месяцах из жизни одной больницы в Ухане в то время, когда город находился в блокаде - о буднях врачей, медсестер и пациентов в первые дни эпидемии.

Bhole Baba

играет самого себя

Hatha Yogi Baba

играет самого себя

Pant Shirt Baba

играет самого себя

Осмысление режиссёром самого большого сбора на земле — Кумбха-мела.

Алессандро Антонелли

играет самого себя

Пьетро Орландо

играет самого себя

Неаполь, район Трайано. Первоначально на этой окраине планировали разместить жителей неполитанских трущоб, которые тянулись вдоль моря и которые были разрушены во время войны. Но временное жилье, включая подвалы, превратилось в постоянное, вскоре район стал похож на гетто. Алессандро и Пьетро по 16 лет, они снимают себя на смартфон, чтобы рассказать о своем квартале, о своей жизни и дружбе. Они также рассказывают трагическую историю своего соседа Давиде – ни в чем не повинного паренька, которого после погони убил карабинер, приняв за находящегося в розыске преступника.

Амитабх Баччан

Моушуми Чаттерджи

играет саму себя

Исследование физических, финансовых и культурных последствия ежегодных муссонов в Индии.

Торговцы людьми продали миссис Б. китайскому крестьянину. Чтобы заработать на жизнь и помочь семье в Северной Корее, она начинает заниматься контрабандой наркотиков. Ей удается переправить мужа и двоих сыновей в Южную Корею, после чего вместе с группой нелегальных мигрантов она отправляется в путь, чтобы наконец воссоединиться со своими детьми.

Фан Сюин

играет саму себя

История последних дней жизни 67-летней крестьянки из провинции Фуцзянь, страдающей от болезни Альцгеймера.

Китайская сельская местность, почти полностью покрытая импортным пластиком. Мужчины и женщины строят жизнь на этих отходах, а дети узнают о внешнем мире через разодранные западные таблоиды. Тем не менее даже в такой глубоко изолирующей и токсичной атмосфере надежда и гуманность нашлись в вызывающе оптимистичном 11-летнем мальчике.

Li Fu

играет самого себя

Ma Suying

играет самого себя

Geng Yangbo

Датун, некогда процветающая столица Китайской империи, нынче почти полностью разрушен. В нём не только отмечается самый высокий уровень загрязнения в стране, но и почти уничтожена инфраструктура, да и экономические перспективы выглядят весьма мрачно. Мэр города Гэн Яньбо намерен изменить ситуацию и заявляет о смелых планах вернуть Датуну былую славу, вновь сделать его райским уголком культуры как 1600 лет назад. Однако цену за это надо заплатить непомерно высокую. Тысячи домов предстоит сровнять с землёй, а полмиллиона жителей – переселить. Успех предприятия зависит всецело от умения мэра успокоить недовольных жителей и обеспокоенную элиту. Эта сторона жизни Китая обычно остаётся в официальных новостях между строк.

Когда мать господина Мориямы умерла, архитектор Рю Нишизава, обладатель Притцкеровской премии, сказал ему, что для новой жизни тому нужен не дом, а целая деревня. Только она должна находиться в центре Токио. Сооруженный в 2005 году уникальный дом Мориямы, в котором проживает сам хозяин и его квартиросъемщики, — теперь одна из самых известных построек современной японской архитектуры. Десять минималистичных разноуровневых кубов соединены тропинками, сводами и огромными окнами — кажется, здесь нет места ни для чего личного и лишнего. Для тайн остаются только подвалы...

Чжао Вэй

рассказчик (trailer)

Повседневная жизнь в далёкой деревушке Душань в провинции Гуйчжоу на юго-западе Китая: бытовые разговоры, пение, прогулки на природе, дружеские посиделки, семейные застолья, похороны и прощания.

В 2016 году на северо-западе Китая была закрыта последняя текстильная фабрика. В течение пяти последних лет её существования семьи ткачей были вынуждены бороться с внешними переменами, но при этом старались сохранять мир в своих домах. В этом фильме на фоне конфликта старых и новых ценностей в современном сложном Китае на первый план выступают радикальные изменения в семейных отношениях.

В отличие от всей остальной молодёжи, Джунли не уехал в город, а остался со своей семьей в заброшенной горной деревне. Ветхие дома продолжают сопротивляться снегу и дождю, но как долго может продержаться деревня, если все семейные узы были разорваны?

Полиция выполняет распоряжение администрации, требующей убрать с улиц городских продавцов. Полицейские усердно выполняют указания, но неожиданно встречают сопротивление одного из торговцев. Дерзкий и сварливый Ван Тэньчэнь ведет бизнес с сыном-инвалидом. Уличный торговец отказывается выполнять распоряжение администрации и готов вести борьбу всеми доступными способами.

Тринадцать ужинов семьи рабочего-мигранта снимались на протяжении четырнадцати месяцев. Фильм показывает в мельчайших деталях радости и горести этой семьи из трех поколений, то, что меняется в их жизни в течение года, и то, что изменить нельзя.

Сёстрам 10, 6 лет и 4 года. Мать их бросила, отец надолго уезжает в город на заработки, чтобы раздавать долги, у тёти своих дел по горло, дедушка наведывается нечасто. Сёстры живут одни в горной деревушке провинции Юньнань, пасут свиней, готовят еду на костре, страдают от холода и вшей. Возвращается отец, забирает младших, а старшая остаётся одна.

История двадцати двух оставшихся в живых женщин, которые во время Второй мировой войны были захвачены японцами в сексуальное рабство.

Свет от проектора разбивает тьму: первый кинематографический опыт для детей вот-вот начнется. Среди них — Иман и Ева, две мусульманки, для которых этот опыт становится переломным и вдохновляет на то, чтобы взять камеру и начать снимать свою повседневную жизнь. Девочки растут в долине, где господствует радикализм и большинство людей живут в постоянном страхе, что их родственники пожертвуют своей жизнью во имя Бога.

Клод Ланзманн

играет самого себя

История короткой встречи в 1958 году французского члена первой европейской делегации, приглашённой в Северную Корею после разрушительной войны, и медсестры, работающей в больнице Красного Креста в Пхеньяне. У медсестры Ким Кун Сун и французского делегата было только одно общее слово, которое оба могли понять: «напалм».

Бени Бара

Жеральдин Тобе

Фредди Цимба

В Киншасе, столице Демократической Республики Конго, царят бедность и безнадега. Это, однако, не мешает местным перформерам и художникам творить из окружающего хаоса и подручных материалов актуальное искусство.

Чжао Сяоюн

играет самого себя

Чжоу Юнцзю

играет самого себя

Юэ

играет саму себя

До 1989 года Дафэнь вблизи города Шэньчжэнь был маленькой деревушкой. Сегодня здесь живет более 10 тысяч крестьян, сотни из которых переквалифицировались в художники. Режиссёры проследили судьбу одного из них, Чжао Сяоюна. Вместе с семьёй он скопировал более 100 тысяч полотен Ван Гога. Естественно, Чжао ощущает особую близость с Ван Гогом. И вот его давняя мечта – увидеть оригиналы картин в музее Ван Гога в Амстердаме – становится реальностью.

Ye Haiyan

играет саму себя

Huang

играет самого себя - anonymous activist

Wang Jianfen

играет саму себя - activist

Опасность подстерегает отважную девушку-режиссера, которая следует за вольнодумной активисткой Йе Хайен и группой его единомышленников в провинцию Хайнань на юге Китая, чтобы выразить свой протест сексуальному насилию, которому подверглись шесть учениц начальной школы от директора. Активисты, на которых стоит клеймо врагов государства, находятся под постоянным контролем правительства и вынуждены переживать допросы, травлю и аресты. Героиня, известная своей информационно-пропагандистской деятельностью, направленной на защиту прав работников секс-индустрии, продолжает бороться за права женщин и девушек, в чем ей помогают сила и всеохватность социальных сетей.

Шри-Ланка, 1983 год. На острове начинается гражданская война. Джуду Ратману пять лет, и он бежит на красном поезде от кровавой резни тамилов, спровоцированной просингальским правительством. \n\nНаши дни. Режиссёр Джуд Ратман на том же поезде отправляется с юга на север острова. По мере его путешествия следы 26-летней войны, которая превратила борьбу тамилов за свободу в саморазрушительный терроризм, предстают перед его глазами. Вспоминая о бойцах и «тамильских тиграх», Ратман раскрывает подавленные воспоминания о своих соотечественниках.

в 14 часов 28 минут 12 мая 2008 года в провинции Сычуань произошло 8-ми бальное землетрясение, одно мгновение унесло десятки тысяч жизней, миллионы остались без крыши над головой. Ду Хайбинь приехал в Бэйчуань через 10 дней и вернулся на место катастрофы еще раз 210 дней спустя, накануне Праздника Весны, китайского Нового года.

Джуди Хилл

Дороти Хилл

La mère de la femme

Майкл Нельсон

Исследование жизни афроамериканского района в южном штате в период массовых протестов 2017 года, вызванных гибелью чернокожих от рук полицейских.