20 лучших фильмов, похожих на Припять (1999)

Йохан Либ

Friedrich Schmeiser

Getrud Schmeiser

Когда к власти пришло новый консервативное правительство, четыре режиссера отправились в путешествие Австрией, чтобы исследовать политическую и социальную ситуацию. Они искали микрокосм, а нашли людей, для которых личное и политическое смешалось. Ульрих Зайдль исследует бытовой расизм в формах абсурдную ксенофобию.

Дунайская больница в Вене — одна из крупнейших клиник в Европе. За год через неё проходит более полумиллиона пациентов, которых обслуживают около 3000 врачей и медицинских работников. Фильм показывает механизмы, обеспечивающие бесперебойную работу этого сложного института, проникая во все отделения больницы – от ординаторских до палат, от операционных до кухни, от подсобок до морга. Из отдельных кусочков жизни клиники возникает портрет человеческого общества и его отношения к здоровью и болезням, к жизни и смерти.

Тильда Суинтон

рассказчик, озвучка

Похожи ли тревоги и желания современного сверхинофмационного мира на те, что будоражили общество 100 лет назад? Тогда, когда телефон, кино и телевидение были в новинку и считались такими же революционными, как современные социальные медиа. Те электрические СМИ зажгли пылкий утопизм в общественном воображении – мечты об уничтожении расстояний и прекращении войн. Но тогда, как и теперь, люди боялись атаки на частную жизнь, безопасность и мораль. Используя редкий, а часто и никогда не демонстрируемый, архивный материал из почти 200 фильмов, авторы показывают настоящее через историю надежд и разочарований.

О повседневной жизни жителей Мехико, Мумбаи, Нью-Йорка и Москвы. Фильм представляет собой рассказ из двенадцати эпизодов о людях, борющихся за выживание с находчивостью, юмором и достоинством и разделяющих одну мечту на всех – жить лучшей жизнью.

Film ist a Girl & a Gun (2009)

Film ist. 7-12 (2002)

Film ist. (1998)

Самые разные научные фильмы стали материалом авангардистского коллажа, посвященного природе и воздействию кино.

Двенадцать месяцев молодой австриец Николаус Гейрхальтер и его команда ездили по миру, чтобы снять двенадцать репортажей из разных уголков планеты, где после вторжения «белой» цивилизации от укладов, традиций и естественной среды остались руины.

Конец марта 1997 года. Вдоль железной дороги в южной части бывшего Заира сотрудники ООН обнаруживают несколько тысяч беженцев из Руанды. Лагеря для оставшихся в живых были уничтожены 25 апреля того же года так называемой повстанческой армией освобождения новой «Демократической Республики» Конго — и никто не увидел это в вечерних новостях...

Франц Роберт Вагнер

рассказчик, озвучка

Австрийский документальный проект 2005 года погружает в тайны подземелья. Неизведанные тоннели, скрытые миры и жизнь «кротов» — тех, кто выбрал тьму вместо света. Захватывающий визуальный ряд и неожиданные открытия ждут зрителя в этом путешествии к центру Земли без фантастических преувеличений.

Карл Шёнбёк

играет самого себя

Ernst Weizmann

играет самого себя

Heinrich Mosch

играет самого себя

В одном из переулков Вены находится маленький незаметный кинотеатр «Беллария», в котором словно остановилось время. Сюда регулярно приходит группа любителей старых фильмов компании «UFA», за несколько шиллингов они переносятся в свою юность, как в машине времени. Фильм знакомит нас с этим исполненным болезненного очарования местом и колоритными жизненными историями его комичных и эксцентричных завсегдатаев. Мало-помалу нам становится понятно их подлинное желание: остановить колесо времени всего на несколько мгновений, попытаться вернуть прошедшую молодость и еще раз плюнуть в лицо смерти — от всего сердца и с венским шармом.

Adolf Doft

Helene Doft

Erika Göschl

Улица Марк-Аврель в Вене: последние хранители её души. Сквозь истории стареющих еврейских торговцев, иранского отельера и завсегдатаев кафе режиссёр запечатлевает исчезающий мир. На фоне прихода к власти правой партии хрупкая повседневность обретает новую глубину. Успеют ли эти голоса быть услышанными?

Dennis R.D. Mascarenas

играет самого себя

Гас Бакус

играет самого себя

Stephanie Schreiter

озвучка

Американский журналист Деннис Маскаренас исследует одержимость немцев Луной, но погружается в мир безумных теорий заговора. Сюрреалистическое путешествие по дну немецкого фольклора и политических мифов — без спойлеров!

Miriam Arsham

играет саму себя

Стэн Брэкидж

играет самого себя

Чао Ли Чи

играет самого себя

Документалист Мартина Кудлачек не просто нарисовала портрет влиятельного режиссёра-новатора, но создала впечатляющий памятник творческого наследия Дерен, а также попыталась проанализировать поэтику её фильмов. Майя предстает не только мощным художником, оказавшим огромное влияние на современных ей режиссеров, но и тонким, ранимым поэтом.

Император Франц Иосиф I

играет самого себя, хроника

Гипнотическое путешествие в начало XX века через архивные кадры немого кино. Без слов и сюжета — только ритм шагов по мостовым Вены, Джакарты и Порту. Машина времени для тех, кто готов замедлиться и услышать шепот истории.

Клаус Хансен Пец

играет самого себя

Arkadiusz Rydellek

играет самого себя

Барбара Хинц

играет саму себя

Потрясающие кадры документируют зрителю до сих пор не познаный им мир высокотехнологичной сельхозпромышленности. Производство продуктов питания в разных населенных пунктах Европы кажется утопией — но лишь на первый взгляд. В картине присутствуют, например, захватывающие сюжеты о машине, способной в течение пятнадцати минут отряхнуть маслину, машине для кастрации поросят и многих других приспособлениях, повышающих эффективность крупного производства на максимум.

Эрих Финшес

Мари Керн

М.С. Крайндль

Картина, человек, и его мысли, возникающие при созерцании произведений искусства.

Это документальная поэма в пяти эпизодах; каждый снят где-то далеко на задворках цивилизации. В Донецке шахтеры самовольно вырабатывают закрытую шахту; в Нигерии мясники забивают скот; в Китае варят сталь; в Пакистане — разбирают на металлолом старые корабли; в Индонезии — добывают и продают вулканическую серу.

Документальная камера следует за невероятным пловцом, бросающим вызов самой природе. Его цель? Преодолеть безводную пустыню Намиб. Гипнотические кадры исследуют грань между безумием и гением, фиксируя каждое движение в экстремальных условиях.

Авангардный перформанс в ночном городе: культовая группа создает музыку из промышленных шумов на движущейся сцене-призраке. Гипнотическое путешествие по Вене под ритмичный гул города.

Ernst Schönmann

The Man with the Dog

Franz Holzschuh

Beggar

Erich Wögerer

Beggar

Люди и собаки. Люди, чье общение замыкается на животных. Через истории отношений хозяев и их домашних питомцев, документальная лента Ульриха Зайдля «Животная любовь» показывает одиночество и разобщенность людей в большом городе.

История Каринтии через призму нацистского приказа «Говори по-немецки!». Словенцы Австрии — партизаны и узники концлагерей, солдаты вермахта и жертвы режима — впервые делятся воспоминаниями о 1939-1945 гг. Личные драмы сплетаются в коллективную трагедию под статичным, но пронзительным взглядом камеры. Документальная хроника, переворачивающая официальную историю.

Заброшенная после радиационной катастрофы территория превратилась в уникальный заповедник, где правят волки. Международная команда кинематографистов 1.5 года снимала в экстремальных условиях: морозы под -30°C, летняя жара и радиационная опасность. Учёные обнаружили парадокс — отсутствие человека позволило природе расцвести, несмотря на загрязнение. В объективы попали не только серые хищники с рекордной плотностью популяции, но и зубры, орланы-белохвосты, чёрные аисты. С помощью скрытых камер и ручных волков создатели раскрывают драматичные сцены борьбы за выживание, где сталкиваются стаи хищников и стада исполинских бизонов. Главная интрига: что опаснее для экосистемы — радиация или человеческое вмешательство?

Недавно обнаруженные архивы — от пропагандистких роликов до частных интервью — погружают в кошмар апреля 1986-го. Через свидетельства пожарных, учёных и эвакуированных жителей Припяти режиссёр Джеймс Джонс восстанавливает хронологию трагедии: от первого взрыва до героических попыток предотвратить новый термоядерный распад. Жёсткие 90 секунд на крыше реактора, паника властей и подлинные эмоции людей, чья жизнь разделилась на «до» и «после». Здесь нет актёров — только те, кто видел, как соседи заболевали на глазах, а система десятилетиями лгала миру. Это история, которую пытались стереть.

Тим Биркетт

Рассказчик (голос за кадром)

Апрель 1986-го. Роковая цепь событий на атомной станции приводит к чудовищному взрыву. Мир на грани экологической катастрофы. Фильм погружает в первые часы кошмара через уникальную хронику: эвакуация Припяти, подвиг «биороботов» на смертоносной крыше, титанические усилия по возведению Саркофага. Интервью выживших ликвидаторов, учёных и Михаила Горбачёва раскрывают масштаб сокрытий и самоотверженности. Современные кадры Зоны отчуждения контрастируют с архивными съёмками отчаянной борьбы. Закадровый текст Тима Биркетта, редкая звуковая палитра и монтаж держат в напряжении, показывая цену победы над невидимым врагом.

Шоковые кадры первых недель после чернобыльской катастрофы, снятые с смертельным риском. Фильм-прорыв, едва запрещённый цензурой, показывает работу ликвидаторов и тишину мёртвой зоны через объективы смельчаков, проникших за заграждения.

Ольга Куриленко

Аня

Анджей Хыра

Алексей

Илья Иосифов

Валерий (в 16 лет)

Свадебное утро в Припяти обрывается адским грохотом: взрыв реактора выжигает будущее тысяч людей. Аня теряет жениха, но отказывается бежать из зоны отчуждения, застряв между прошлым и радиоактивным кошмаром. Параллельно юный Валерий борется за детство среди руин — его отец скрывает страшную правду. Через 10 лет их пути пересекутся в призрачных пейзажах Чернобыля, где тишина кричит громче сирен. Ольга Куриленко и Илья Иосифов ведут дуэт боли и надежды, а кадры, снятые в реальной Припяти с разрешения МЧС , гипнотизируют сюрреализмом заброшенного города. Режиссёр Михаль Боганим вдохновлялся «Чернобыльской молитвой» , создав гимн человечности в аду техногенной катастрофы.

Дмитрий Харатьян

Николай Астахов

Эрик Робертс

Джеймс

Анастасия Зюркалова

Аврора

1986 год. Юная воспитанница припятского детдома, грезившая сценой, сталкивается с невидимым врагом после взрыва на ЧАЭС. Единственный шанс — дорогая операция в Америке. В клинике её жизнь неожиданно пересекается с судьбой Ника Астахова (Дмитрий Харатьян) — советской звезды балета, погружённого в цинизм и творческий кризис. Их встреча становится искрой: для одного — борьба за жизнь, для другого — шанс обрести утраченный смысл. Сквозь боль и отчаяние рождается сила, способная изменить две судьбы. Анастасия Зюркалова создаёт трогательный образ, а контраст мрачных советских реалий и холодного американского блеска усиливает драматизм. Фильм — номинант на «Оскар» от Украины.

Данила Козловский

Алексей Карпушин

Филипп Авдеев

Валера

Оксана Акиньшина

Ольга Савостина

Апрель 1986 года. Пожарный Алексей (Данила Козловский), планирующий переезд из Припяти, неожиданно сталкивается с Ольгой (Оксана Акиньшина) — женщиной, которую бросил десять лет назад, и узнает о существовании сына. Их попытка начать все заново прерывается чудовищным взрывом на АЭС. Герой оказывается перед невыносимым выбором: спасать семью или рискнуть жизнью в смертельной миссии под разрушенным реактором. Вместе с инженером Валерием (Филипп Авдеев) и водолазом Борисом (Николай Козак) он спускается в затопленные лабиринты станции, где каждый шаг грозит лучевой смертью, а кипящая вода может спровоцировать новый взрыв. Снятый на реальной АЭС с использованием 400 огненных установок и экстремальных подводных съемок, фильм погружает в сердце техногенного ада, где человеческое мужество сталкивается с невидимым врагом .

Ким Нам Гил

Jae-hyeok

Ким Джу-хён

Yeon-joo

Чон Джин Ён

Pyeong-seok

Тихий прибрежный городок, целиком зависящий от местной АЭС, в мгновение ока погружается в хаос, когда землетрясение повреждает реактор. Системы безопасности дают сбой, а власти демонстрируют шокирующую неготовность. Среди паники и отчаяния простой работник станции, его семья и коллеги вынуждены взять судьбу в свои руки, осознавая, что каждый их шаг может либо предотвратить катастрофу, либо приблизить необратимое. Ким Нам-гиль ведёт актёрский состав в напряжённой драме о цене человечности перед лицом техногенного апокалипсиса, где визуальная мощь взрывов и разрушений подчёркивает хрупкость жизни. 398 символов

Коити Сато

Исао Ёсида, руководитель смены

Кен Ватанабе

Масао Ёсида, суперинтендант станции

Волны цунами захлестывают берег Японии, оставляя за собой апокалипсис. На атомной станции, потерявшей питание, начинается тикающий отсчёт до необратимой катастрофы: перегрев реакторов грозит взрывом, который покроет радиацией полстраны. Среди парализующего бездействия чиновников и паники, группа из 50 инженеров во главе с принципиальным директором (Кэн Ватанабэ) и решительным оператором (Коити Сато) остаётся в эпицентре кошмара. Им предстоит невозможное: вручную стабилизировать адскую машину, зная, что каждый шаг — смертельный риск. Фильм погружает в сердце техногенного ада через документальную точность, визуализируя невидимую угрозу радиации и показывая, как обычные люди становятся самураями современности. Их борьба — против стихии, времени и системы — держит в напряжении до финального кадра.

Фильм рассказывает о работе врачей в рамках международного проекта «Дети Чернобыля».

Уиллем Дефо

Массимо Даппорто

О том, что на самом деле произошло на АЭС Фукусима после землетрясения 2011 года и последовавшего за ним цунами.

Железные дороги. Заводы и фабрики. Кинотеатры, концертные залы и дворцы культуры с масштабными мозаичными панно. Больницы. Церкви. Зоопарки. Супермаркеты. Электростанции. Офисы. Кажется, все возможные места, где жил, работал, наслаждался искусством, ел, молился и любил человек разумный — прежде, чем навсегда оставить землю. Теперь эти рельсы ведут в никуда. Вечнозеленые джунгли наступают на индустриальные пространства. Дождь смывает все следы людского пребывания. Был человек — и нет человека.

В «Голливуде электронной музыки» — острове Ибица — работают как сложный, отточенный механизм в ускоренном режиме музыканты, ди-джеи, танцоры гоу-гоу, клубные промоутеры для удовлетворения запросов западного общества в сфере развлечений, секса и свободы. Каждая из 9 историй представляет собой некоторые аспекты всего происходящего.

В центре внимания этой документальной ленты — обычный кирпич. Однако в зависимости от меняющегося контекста перед зрителем предстают все новые смыслы. Кирпич обжигают, переносят с места на место, кладут из него стены. Фильм снимался на стройках по всему миру: в Буркина-Фасо, в полуиндустриальной Индии и, наконец, на передовых европейских объектах — в Германии, Франции, Австрии, Швейцарии.

Pauline Gagnon

играет саму себя

Luca Bottura

играет самого себя

Beniamino Di Girolamo

играет самого себя

Огромный завод, многокилометровые туннели, аккуратно выкрашенные в разные цвета металлические конструкции в десятки метров высотой, на фоне которых рабочие в касках что-то сосредоточенно прикручивают, переставляют, подключают. Так выглядит Большой адронный коллайдер, крупнейший в истории человечества экспериментальный прибор. «ЦЕРН» раскрывает главный секрет современной науки: она все реже про гениальные прозрения одиночек и все чаще про масштабную, но почти обыденную работу и кооперацию. \n\nСреди внушительных декораций один за другим появляются в кадре ученые — мужчины и женщины разного возраста и цвета кожи, каждый говорит по-английски со своим непередаваемым акцентом — японским, французским, немецким. В обнаружении бозона Хиггса может быть меньше загадки и индивидуального прорыва, чем кажется, но больше тонн металла, мегаватт энергии, людей из разных стран и потраченных без надежды на практический результат долларов, чем можно вообразить.

Давно известно, что только темнота дает возможность по-настоящему оценить свет. В своем фильме режиссер Николаус Гейрхальтер предпринимает необычное путешествие по ночным городам Европы. Кажется, что ночная жизнь везде состоит из одного того же – зевки кассиров из ночной смены, «ночные бабочки», подвыпившие прохожие, иногда появляются редкие представители криминального контингента. Но на деле оказывается, что мир ночной Европы не так уж отличается от нее же в дневное время – но, как уже было сказано, самые важные вещи про любой город можно понять, только уменьшив в нем громкость и выключив свет.

Море забыто, пока не настанет катастрофа. Но, наверное, самой большой морской катастрофой является всемирное передвижение бесчисленных караванов с контейнерами. Эта глобальная транспортная система поставок, возможно, сильнее, чем финансовые спекуляции, толкает мировую экономику в пропасть.

Путешествие по необычным местам нашей планеты, от пустыни Атакама до военных баз в Неваде, в попытке разгадать тайну происхождения Вселенной и нашего существования. Документалисты посещают обсерватории, разговаривают с ведущими астрономами и физиками. Это исследование происхождения и границ нашего воображения и чувственного восприятия. Авторы фильма пытаются определить и понять, что обуславливает наши интеллектуальные способности.

Renate Foidl

играет саму себя

Annemari Kuti

играет саму себя

Bettina Gaupmann

играет саму себя

В течение многих лет сорок шимпанзе в Сьерра-Леоне незаконно использовали в экспериментах направленных на разработку вакцины от СПИДа и гепатита. После 15 лет исследований австрийская фармацевтическая компания Immuno закрывает эту безрезультатную программу. Травмированных животных передают в сафари-парк недалеко от Вены...

У Судана, самого крупного государства в Африке, в настоящее время хватает проблем. На его территории развернулась борьба за ценные природные ресурсы. Его богатства стремятся поделить между собой ведущие мировые державы — часто невзирая на экономическую ситуацию в самой стране и бедственное положение ее населения. Да и сам Судан сейчас расколот на два лагеря, вечно занятых захватом власти и переделом территорий. Все это часто провоцирует вооруженные конфликты.