Похожие на «Родина или смерть»

12 октября 1972 года из Уругвая в Чили вылетел самолет с командой спортсменов-регбистов, их родственниками и знакомыми. Оказавшись в полосе непогоды над горным хребтом в Андах, пилоты не справились с управлением. Произошла чудовищная катастрофа, и развалившийся на части самолет рухнул на небольшое горное плато на высоте трех с половиной километров. Погибли не все, но вряд ли кто из оставшихся в живых мог с уверенностью сказать, что надеется на скорое спасение. И уж тем более не у каждого хватило сил на 72 дня ожидания…Документальная лента повествует о съемках фильма Фрэнка Маршалла «Живые», в котором реконструирована трагическая история злополучного рейса.

В конце лета 1929 года граф Цеппелин совершил кругосветное путешествие на дирижабле, уложившись всего в 21 день. Смонтированный из архивных материалов фильм голландской документалистки Диттеке Менсинк рассказывает об этом первом в своем роде путешествии от лица леди Грейс Дрюммон-Хей, журналистки и единственной женщины, допущенной на борт этого гигантского дирижабля. \n\nРоскошью отделки не уступавший «Титанику», он тоже стал символом безвозвратно уходящей эпохи. Совсем скоро мир начнет скатываться в военную паранойю, а Сталин и Гитлер употребят достижения дирижаблестроения на дело пропаганды созданных ими тоталитарных систем. Основанный на письмах, статьях и путевых заметках леди Грейс, фильм воспроизводит не только то, что происходило на самом дирижабле (между Грейс и одним из пассажиров вспыхнула трагическая любовь), но и то, что в это время творилось на земле.

Фильм воссоздаёт ощущение пост-колониальной утопической Кубы, где всё ещё слышны отголоски взрыва корабля «Мейн» в 1898 г. Этот взрыв положил конец испанскому господству на американском континенте и возвестил о начале эры американской империи. Тогда же возникло и могущественное средство экспансии и пропаганды – кинематограф. Авторы бросают взгляд на век интервенционизма и мифотворчества и на чудесных жителей Гаваны, размышляя над проблемами времени, империализма и кино.\n\n

«Меня всегда беспокоили вопросы: для чего живет наше поколение, каков уровень его гражданской сознательности, способно ли оно отойти от стереотипов, догм и предрассудков, навязываемых современным обществом и государством. Я рад, что лирической герой «Внутреннего джихада», по сути, оказался моим альтер-эго это не просто интеллектуал, декламирующий близкие мне идеи. Он делает все, чтобы воплотить их в жизнь. Поэтому понять его идеи и то, чего он добивается, мне было нетрудно. Гораздо сложнее было передать все сомнения и душевные переживания личности в тридцатиминутном фильме», поделился Никита Сутырин. Героем его картины стал Игорь Лисник, лидер группы «Acid Umbrellas», которая весной перебралась из Екатеринбурга в столицу.

«Трапеция», «Спартак», «Сладкий запах успеха», «Бостонский душитель», «В джазе только девушки». Тони Кертис — человек, повлиявший на Элвиса Пресли и Джеймса Дина, был одним из первых тинейджеровских идолов, и одной из последних подлинных кинозвезд. «Тони Кертис: на пути в мир звезд» представляет жизнь Кертиса во всем ее многообразии — от низов неблагопулочного Бронкса, до вершин голливудской славы, от Берни Шварца к Тони Кертису. Интервью с семьей Тони, друзьями, знаменитыми партнерами по съемочной площадке — Хью Хефнером, Гарри Белафонте, Дебби Рейнолдс, Мами Ван Дорен, Пайпер Лори, Терезой Рассел, Джил Кертис — переплетаются с эксклюзивными кадрами со съемочных площадок и фрагментами сыгранных ролей. Используя этот разношерстый материал, режиссер Ян Эрс рисует удивительно живой портрет одной из самых великих голливудских знаменитостей всех времен.

Испания, 1940-50-е. Архивные кадры, афиши и задорные мелодии неожиданно становятся зеркалом эпохи: за фасадом пропаганды — пустые полки магазинов, шелест газетной цензуры, тени гражданской войны. Фильм-мозаика, где детские песенки звучат реквиемом, а кинохроника сшивает раны нации. Погружение в эпоху диктатуры через её же поп-культуру — дерзко и пронзительно .

Удивительное путешествие по уникальным уголкам планеты, от Шамони-Монблан через Французскую Полинезию к Пиренеям и пустыне Альмерия, вместе с бесстрашными спортсменами, посвятившими свою жизнь экстремальным видам спорта.В поисках новых ощущений, они забираются в самые неожиданные уголки планеты и внимательно изучают местную среду. Путешествуя по горам и низинам, океанам и пустошам, они также наблюдают за тем, как тают снега, исчезают коралловые рифы — из-за многочисленных загрязнений под угрозой вся экосистема планеты.Совершая немыслимые трюки в удивительных местах, герои фильма, среди которых сёрферы и велосипедисты, лыжники и гребцы, сноубордисты и скейтеры, воплощают мечты миллионов людей о красивой и активной жизни; и в то же время, наблюдая за изменениями климата и ландшафта, задумываются о том, какое будущее ждёт райские уголки, где они занимаются спортом.

Темой фильма являются мысли и чувства испанцев, живущих на крайнем юге страны – в туристическом рае, но одновременно месте смерти многих африканцев, пытающихся попасть в Европу. Для них желание изменить судьбу — желание, эмблемой которого стало путешествие через море с континента на континент, —оказывается сильнее, чем рассудок, чем страх перед риском. Испанские же наблюдатели являются свидетелями перегруженных понтонов и неравной борьбы беженцев с морем. Их волнует вопрос об ответственности Европы, закрывающей перед пришельцами двери.

Яркий портрет самой большой площади Рима, Пьяццы Витторио. Построенная в XIX веке на руинах III века, и сегодня Пьяцца представляет собой перекресток миров и микрокосм изменений, которые происходят с западным миром. Американский режиссер Абель Феррара, живущий в Риме, беседует с африканскими музыкантами, китайскими барменами и мигрантами из Восточной Европы, бездомными, художниками, членами правого движения CasaPound Italia, режиссером Маттео Гарроне, актером Уиллемом Дефо и другими. У каждого героя свое мнение о переменах, которые происходят в мире.

Небольшая группа белых и чернокожих подростков из семей рабочего класса и их жизнь в школе и дома: они пьют, употребляют наркотики, насмерть разбиваются в автомобильных авариях и в определённый момент готовятся к расовой войне в своём районе. В центре фильма Линн, красивая и острая на язык ученица старших классов, чей принцип удовольствия измеряется присутствием мужчины в её жизни…

Псевдодокументальная капсула времени переносит в эпицентр скандального «топлесс-движения» Сан-Франциско. Сквозь призму дерзких go-go выступлений под гитарные риффы The Aladdins раскрываются судьбы девушек: их откровенные размышления о профессии, мужчинах и личной свободе становятся социальным манифестом. Режиссёр-новатор сочетает кинематографическую поэзию — гипнотические крупные планы в духе французской новой волны, сюрреалистичные сцены танца у мчащегося поезда или на фоне небоскрёбов — с провокационными интервью. Бабетт Бардо, Дарлин Грэй и другие «букетические» красавицы предстают не просто объектами восхищения, а героинями эпохи перелома. Фильм-парадокс: воспевая телесность, он обнажает глубинные конфликты эмансипации, заставляя зрителя задуматься: что скрывается за пламенем их раскрепощённых сердец?

Пять историй сплетаются в довольно абсурдный водоворот событий. Молодой человек, танцуя с простынями и самыми разными бытовыми приборами, пытается устроить метаморфоз своей жизни. Своим преобразованием мира он чем-то похож на петуха из второй истории, но завершения у ситуаций чересчур разные. Из третьего фильма мы узнаём, что ничего преобразовывать в общем-то не нужно, когда уже «всё включено». Четвертая лента предлагает реальному верблюду доказывать, что он не предатель, потому что доказывать что он не верблюд как-то неловко. Лишь пятая история, подводя итог, резюмирует, что всё можно изменить при помощи женщин и сумо.

В этом документальном фильме показывается изнутри жизнь коренных жителей республики Конго. На примере нескольких героев мы увидим общую картину раздираемого на части клочка Центральной Африки. Из него высасывают жизнь не только корпорации, бизнесмены, повстанцы, бесчисленные болезни и голод, но и благотворительные фонды. Главный вопрос, которым задается режиссер: «Кому принадлежит бедность?». Кому это выгодно?

История журналистки, которая вместе со своим мужем попала в жернова репрессивного аппарата и была отправлена в трудовой лагерь после того, как в 1957 году Мао объявил программу под поэтическим лозунгом «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», направленную на плюрализм мнений относительно действий правящей партии.\n\nВсе действие локализовано в квартире героини фильма. Женщина монотонным голосом рассказывает о своей жизни, припоминая подробности и описывая исторические события, свидетельницей которых она стала. Постепенно пространство комнаты темнеет – история жизни длиною в полвека соответствует ритму смены дня и ночи.

Фильм посвящён 125-летию классика Серебряного века, выдающегося мастера лирической прозы, второго по значимости (после Бунина) писателя русской эмиграции, председателя Союза русских писателей и журналистов за рубежом Бориса Константиновича Зайцева. В судьбе Бориса Зайцева отразилась судьба русской эмиграции. Зайцев и его окружение верили, что рано или поздно в России произойдут перемены и, создавая «русский архипелаг» в Париже, они видели свою миссию в том, чтобы сохранить живую традицию русской дореволюционной культуры. Борис Зайцев хотел жить долго и прожил почти век, но так и не дождался перемен в России. Итоги своей жизни он подвёл в своей последней книге «Река времён».

Герои фильма — обитатели дома престарелых в Стамбуле: пожилая армянка, помнящая о геноциде 1917 года, слепой фотограф, продолжающий снимать и возиться с камерой, артист и ловелас, цитирующий «Лолиту». Они изолированы в собственном теле, в своём прошлом, в маленьких коробочках своих комнат. Их истории — законсервированная жизнь, от которой доносится только слабое свечение. Но есть нечто большее, чего они уже не смогут передать, но продолжают чувствовать.

1914 год, Бельгия на пороге войны. Уникальные кадры захватывающего Праздника цветов в Брюсселе! Сотни работниц фабрик, включая загадочную Дженни, превращают площадь Монне в море красок и шелка. Редчайшая ручная раскраска кадра оживляет парад костюмов и лица зрителей. Исторический документ, запечатлевший последний мирный праздник эпохи.

Удивительный документ, исследующий одновременно феномен фанатства и жизнь отдельно взятого гей-коммьюнити через истории героев фильма, разговоры за жизнь в крохотном пространстве палаток и конечно же танцы. Герои рассказывают о себе и, каждый по-своему, объясняют, почему только в Бразилии возможны такие изматывающие, но полные восторга несколько недель на улице ради двух часов живой музыки. И, конечно, танцуют.

Бразильянка Клаудиа Лисбоа живет в Нидерландах и считает себя беженкой. «Беженка от красоты» – её фильм о себе и оставшейся в Бразилии семье: папе, маме, сестре, благополучных жителях города Бело Оризонте. Все они как минимум по разу побывали под скальпелем брата Клаудии, пластического хирурга. И саму Клаудию, с их точки зрения – блеклую никудышку, склоняют к тому же. Но что есть красота? На этот вопрос пытается ответить режиссер, базируясь на собственном и семейном опыте.

Героиня фильма отправляется за любимым человеком в Голландию. В надежде обрести счастье она попадает в иной мир межличностных отношений. Через несколько лет мужчина, ради которого влюбленная женщина оставила родную страну, выучила чужой язык, изменила образ жизни, умирает. Его дети в тот же день выгоняют ее с сыном на улицу. Чувство юмора, сила воли и вера, продиктованная глубокой жизненной философией, помогают ей бороться за право остаться собой в чужой стране.

1990, Канада. Трое студентов в 1958 году отправляются в смелую поездку из Монреаля в Квебек, чтобы лично вручить премьер-министру провинции тезисы о реформе образования. Документальная капсула эпохи политических бурь, где наивный идеализм сталкивается с цинизмом власти. Захватывающий исторический снимок борьбы за будущее. 74 минуты напряжённого диалога поколений.

У политической оппозиции есть собственное лицо. И это не нервное лицо официального лидера — с народовольческой бородкой и в очках. Это лица рядовых партийцев, таких, как Анатолий и Андрей, членов запрещенной партии, пламенных революционеров. Но они архитипические, эти русские революционеры из подполья, описанные еще в отечественной литературной классике, — идеалисты, зараженные вирусом бунта, социальные экспериментаторы, готовые потрясти мир. Их страсть к потрясениям ведет их на баррикады, их жажда справедливости способна привести их монастырь. Но они или на баррикадах, или в монастыре, но никогда — в покое и устроенности. Фильм Полуниной — хроника года борьбы и сокрушительного поражения на президентских выборах этих вечных русских мятежников.

Молодая девушка-африканка Бетти приезжает в Европу и сталкивается с непониманием и враждебностью полицейских и бюрократов. Она бежит из Франции в Грецию, из Греции в Испанию...\n\nФильм погружает нас в богатую событиями и очевидную реальность протестующей Европы. На лоне движений возмущённых, мы обнаруживаем глазами Бетти, мужчин и женщин, которые поднимаются против системы для того, чтобы люди могли жить в справедливых условиях. В центре событий мы видим массовые митинги протестов в Париже, Афинах и Мадриде с лозунгами против капиталистической системы.

Широкий резонанс, который в начале 1970 года имела интерпретация «Медеи» с буржуазной иконой Марией Каллас в роли мятежной дикарки, стимулирует Пазолини на новые поиски. Он мечтает поставить «Орестею» Эсхила в Восточной Африке, используя экзотическую натуру и самые широкие слои местного населения, чтобы продолжить осмысление классического сюжета. В 1940-е годы его экзистенциальную трактовку предложил Жан-Поль Сартр. Теперь на очереди модный в 1960-е годы марксизм с изрядной примесью фрейдизма.\n\nГорода и деревни Восточной Африки. Убогий быт, примитивный труд, повсюду — огромные толпы людей. За свидетельствующей камерой без устали звучит комментарий режиссера. Он мечтает найти Ореста и Электру в новом, только что освободившемся мире, который еще не знает, куда ему двигаться. Аллегория африканского возрождения так и не была поставлена, что только усиливает меланхолическую недоговоренность этих подготовительных съемок.

В тропическом раю Доминиканской Республики туристы наслаждаются отдыхом на залитых солнцем пляжах, даже не подозревая о том, что в нескольких километрах от них тысячи гаитян вынуждены работать на плантациях, собирая сахарный тростник, большая часть которого окажется на кухнях американцев. Без документов, в чужой стране, они работают по 14 часов в день, 7 дней в неделю, под вооружённой охраной, не имея ни достойной крыши над головой, ни чистой воды, ни достаточного питания, не говоря уже о здравоохранении или образовании. \n\nВ фильме мы встречаем испанского священника, отца Кристофера Хартли, который пытается помочь этим людям изменить свою жизнь, несмотря на давление со стороны влиятельных группировок, наживающихся на сложившейся ситуации и фактически управляющих страной. «Цена Сахара» поднимает важные вопросы о происхождении потребляемых нами продуктов, человеческих жизнях, стоящих за ними и, наконец, нашей ответственности.

Что привязывает человека к месту на земле? Что позволяет ему сказать: «Я отсюда, это моя земля'? Что устанавливает границы нашего существования? Фильм погружает нас в жизнь подмосковного посёлка, где местные старожилы бок о бок живут с иммигрантами из Таджикистана. Как возникают, разрушаются и снова возникают я заборы между культурами и между людьми?

Завершающий фильм документальной трилогии, начатой картинами «Око земли» и «Очертания луны». Режиссер Леонард Ретель Хельмрих продолжает исследовать положение общества в современной Индонезии. Противоречия, разрывающие страну — борьбу между христианским и мусульманским мирами и между различными слоями общества — режиссер снова показывает на примере жизни одного семейства, живущего в Джакарте. Бабушка Румиджа воплощает собой прошлое страны, в то время, как ее внучка Тари и правнуки Бакти и Дви, исповедующие ислам, символизируют ее настоящее — со всеми его противоречиями, проблемами и все возрастающим влиянием глобализации на традиционное общество. Специальный приз жюри на кинофестивале Санденс Приз за лучший полнометражный документальный фильм на фестивале документального кино в Амстердаме

Этот документальный фильм запустил в движение «Третий кинематограф» и нанёс латиноамериканское кино на карту мира. Он сочетает в себе новые и старые кинокадры, объясняющие историю Аргентины и волну революционного энтузиазма, который охватил многие страны Латинской Америки. От испанских колонизаторов к современным военным конфликтам, финансируемым иностранными державами, этот фильм рассказывает о расизме, социальных потрясениях, массовых убийствах и политической ситуации, которая может измениться в ходе революции.

Это не просто фильм о «Битлз», это рассказ о повседневной жизни членов ливерпульской четверки в 1964-66 годах, когда волна битломании захлестнула весь мир. Рассказ в прямом смысле, потому что обо всей этой странной жизни повествует Альф Бикнелл, водитель «Битлз». Пойти в магазин и на прогулку невозможно, жить своей жизнью — просто исключено.\n\n«Битлз» на приемах и «Битлз», убегающие от полиции. Дебоши в гостиничных номерах, поездки из города в город, из страны в страну. Всюду визжащие толпы девиц, за каждым углом прячется папарацци. Спокойно вздохнуть удается лишь на сцене. Мир еще не знал такого отношения к звездам, а они сами два года не выходили из шока. Фильм предлагает нетривиальный взгляд на эту нечеловеческую жизнь, хронику двухлетнего безумия. И, конечно, нестареющую музыку.

Фильм о современной клубной сцене почти дюжины больших африканских столиц: Йоханнесбурга, Лагоса, Дакара — озвучен певицей Нене Черри и начинен фрагментами текстов и выступлений Фела Кути, одного из самых влиятельных африканских артистов и политических активистов. Его яркие и местами радикальные высказывания о борьбе с неоколониализмом, о том, что слово «демократия» не так уж далеко от «сумасшествия» (democrazy) соседствуют с не менее впечатляющими образами молодых африканских музыкантов, тех, кто готовит в домашних условиях африканскую танцевальную революцию.

29 марта 2012 г. в Испании прошли массовые антиправительственные забастовки, направленные против правительства и его далеко идущих жестких экономических планов. В самом центре Барселоны протестующие встретили отпор полицейских, усмиряющих толпу резиновыми пулями. Повсюду толпились люди, то и дело возникали пожары, а двери офисов и магазинов были закрыты. Единственное здание, двери которого оставались открыты – оперный театр, где в тот день давали «Дон Кихота» Леона Минкуса. \n\nВ этот самый день 32 студента мастерской креативной документалистики из университета Pompeu Fabra вышли на улицы с камерами, вместе со своим мастером Виктором Косаковским, чтобы снять фильм, фиксирующий события этого дня. Конечный результат — «фильм-балет», состоящий из кадров одной площади, снятых с различных точек. Вместо реальных звуков улицы, изображение сопровождается музыкой Минкуса, которая создает при просмотре эффект отчуждения.

«Форпост» — это фильм откровение. Фильм — проверка на душевную вшивость. Сумел досмотреть до финала, значит сердце еще не заросло мхом, и ты еще не окончательно отделился от мира броней ороговевшей кожи. Фильм о чуде. Реальном и абсолютно не сказочном. Фильм об исцелении совершенно больных детей и об исцелении взрослых. Уже давно, особенно в кинематографе, понятие «герой» это безжалостный и решительный комок мышц. Оказывается можно и по другому. Не скулить, не жаловаться на здоровье, а стиснув зубы делать добро. Тем более, что его сейчас так мало. Ведь мы до сих пор не знаем, что такое жизнь. Временная командировка перед погружением в вечность или пешая прогулка из пункта «А» в пункт «Б». Фильм динамичен, с хорошим текстом и совсем не скучный. Бери и смотри.

Картина посвящена государству Перу. Это фильм о забытой стране, о забытом городе Лима, о забытой истории государства. Жители Перу с иронией рассказывают о былом времени, когда все было совсем не так. Они вспоминают другую страну, другую эпоху и жизнь, которая, несмотря на классовые различая и коррупцию, была не так уж плоха…

Что, если прорыть тоннель сквозь Землю и оказаться в мире, где всё перевёрнуто? Режиссёр Виктор Косаковский ищет ответ, сравнивая жизни антиподов в Аргентине и Китае, чилийских пустошах и сибирской тайге, гавайских вулканах и пустынях Ботсваны. Без слов, через невероятные монтажные переходы, он сталкивает мосты-понтоны с мегаполисными эстакадами, одинокого смотрителя маяка на мысе Горн — с российским моряком на Байкале. Кадр внезапно переворачивается, лава сливается с водой, а прыжок кита в Новой Зеландии зеркально отражается в полёте испанской бабочки — и вы понимаете: эти миры связаны тайной геометрией. Фильм-лауреат Венецианского фестиваля, снятый с бюджетом €1.5 млн, доказывает: противоположности притягиваются.

В этом фильме вы увидите женщин-матерей, и женщин-проституток, эротических фотомоделей и заправщиц на бензоколонках, женщин-военных, готовых убивать, и благочестивых монашек, проводящих свои дни в поклонении господу. Мы увидим как самое «дно» тяжелой женской доли, так и самый верх возможностей женщины запада, нередко занимающей высокие посты могущественных корпораций. \n\nМы увидим женщин подчиняющихся, и женщин, принимающих решения, писаных красавиц, и уродок, идущих на все, чтобы стать хоть чуточку красивее. Мы станем свидетелями постепенного раскрепощения запада, и векового закрепощения мусульманского востока, воочию увидим разницу культур в отношении к вопросам секса и брака, и то, как уверенная поступь цивилизации меняет веками сохранявшиеся традиции. Одним словом, мы увидим здесь практически все.

Документальная камера фокусируется на Лампедузе — крошечном итальянском острове, ставшем эпицентром миграционного кризиса. Сквозь призму повседневности местного мальчика, увлеченного охотой и морем, мы наблюдаем контраст: его безмятежное детство и суровые воды, приносящие лодки с отчаявшимися людьми. Фильм избегает громких комментариев, показывая рутину спасателей, ожидания беженцев и жизнь острова. Режиссер Джанфранко Рози создает мощное, почти безмолвное полотно, где красота Средиземноморья соседствует с невидимыми миру драмами, оставляя зрителя с неизгладимыми образами человеческой стойкости и хрупкости мира.

Создатели фильма умело объединяют искусство и коммерцию, бросая провокационный взгляд на противоречия, окружающие роман Дэна Брауна.Однако «Ключ к разгадке» — это не просто гид по «Коду Да Винчи», каковых уже много написано и экранизировано. Обычно создатели подобных произведений выбирают два или три сенсационных момента романа и концентрируют на них все свое внимание (например, включал ли Леонардо Марию Магдалену в «Тайную вечерю»). Но создатели «Код да Винчи: ключ к разгадке» пошли дальше. На примере конкретных людей живших в XX веке они проследили путь религии, о которой так много говорится в «Коде Да Винчи», в жизни современного человека. Сейчас мы живем в мире, в котором религия занимает большее место, чем во времена Крестовых походов. Однако как справиться с ней людям, погрязшим в повседневности и в бытовых проблемах? Как добраться до истины, которая так далеко спрятана?Фильм гармонично сочетает в себе историю, философию и просто увлекательные жизнеописания, базирующиеся на постулатах, заявленных Дэном Брауном в «Коде Да Винчи» и ставших сегодня модной темой для обсуждения.Наполовину документальный, наполовину художественный «Код Да Винчи»: ключ к разгадке будет интересен широкой аудитории: тем, кто хочет узнать больше о романе «Код Да Винчи» и его истоках и тем, кто хочет глубже разобраться в себе.

Здислав Мисяк, известный как Дзидек, - король луна-парков на пенсии. После смерти дочери к нему переезжает жить семилетний внук из Испании. Между дедом и внуком крепнет дружеская связь, но вскоре на них обращает внимание Система, и их мир рушится. Это фильм о любви и мужестве жить по своим правилам, о разрушении традиционных моделей воспитания, в плену которых большинство из нас по-прежнему находится.

Сквозь призму уникального доступа американского оператора зритель проживает четыре десятилетия кубинской истории — от относительного оптимизма 1970-х до «особого периода» нищеты после распада СССР. Камера ловит непарадную реальность: трое братьев, борющихся за урожай на истощенной земле; их сестра, мечтающая о медицинской карьере; пенсионер, чья квартира рушится на глазах. Параллельно — эксклюзивные диалоги с Фиделем Кастро, где диктатор предстает неожиданно харизматичным и ироничным. Визуальная хроника фиксирует контрасты: пламенные речи на трибунах и пустые полки магазинов, веселые уличные танцы и безнадежные очереди за хлебом. Финал эпохи — смерть Кастро в 2016-м — ставит точку в этом эпическом киноисследовании стойкости народа перед лицом вечных перемен.