Похожие на «Вектор»

Буркина-Фасо — маленькая страна в материковой части Западной Африки и обитель энергичного сообщества художников, музыкантов да и просто неравнодушных граждан, хранящих революционный дух Тома Санкары. Санкара, президент Буркина-Фасо в 1983-1987 годах, был убит в результате переворота, устроенного его лучшим другом Блэйзом Компаоре, который затем правил страной 27 лет и был вынужден уйти в отставку из-за протестов населения. Сегодня дух сопротивления в Буркина-Фасо силен, как никогда, он затрагивает каждый аспект жизни общества и вдохновляет не только Африку, но и весь мир.

История расцвета Детройта в XX веке всем известна – в 50-е годы он стал главным центром машиностроения в США, богатейшим городом страны, в котором были сосредоточены заводы Ford, General Motors, Chrysler. Но после экономического кризиса 2008 года Детройт движется к упадку и разорению так же стремительно, как в начале прошлого века шел к процветанию. Жители покидают мегаполис, количество рабочих мест сократилось вполовину. Фильм рассказывает о тех, кто пока отказывается уезжать из пустеющего города и упорно надеется на возрождение былого величия.

Золотой Треугольник находится на стыке трех границ: Бирмы, Таиланда и Лаоса. Этот регион долгие годы имел печальную славу центра производства и торговли опиумом, и ситуацию в нем контролировали не правительства, а наркобароны. Благодаря усилиям властей и международных организаций ситуация постепенно нормализуется, но многолетнее засилье опиума привело к тому, что обитающие здесь горные народности оказались в нищете и изоляции. Именно здесь, в Золотом Треугольнике, находится Монастырь Золотой Лошади — резиденция одного из последних странствующих монахов, Его Святейшества Кру Ба Ныа Чай Коситто. Последние 15 лет Кру Ба посвящает себя заботе о местных жителях, и в особенности об осиротевших и брошенных детях. Снимавшийся в течение года фильм Марка Веркерка рассказывает о трудной и опасной работе Кру Ба в этом до сих пор неспокойном регионе.

Не так давно индустриальный район Теси на севере Китая кипел жизнью, а в новых условиях, когда на первый план вышли легкая промышленность и высокие технологии, он переживает упадок — закрываются производства, деградирует инфраструктура, а люди продолжают ходить на работу, деморализованные перед лицом неопреденного, но не предвещающего ничего хорошего будущего. В«Ржавчине» камера следует за рабочими в цехах, раздевалках, подсобках плавильного, кабельного и сталепрокатного заводов.

В середине 1970-х группа молодых людей оставляет свои дома в Западной Ирландии, садятся в лодку в Дублинском заливе и отправляются в морское плаванье в Англию, в надежде сделать состояние и вернуться домой. Тридцать лет спустя только один, Джеки Флеин, возвращается домой. В гробу. Пятеро друзей Джеки воссоединяются после его кончины, когда им приходится встретиться с реальностью лицом к лицу – реальностью их отчуждения как долгосрочных эмигрантов, у которых не осталось места, которое они могут назвать домом.

Саяно-Шушенская гидроэлектростанция — самая мощная в России и шестая по мощности в мире. Она строилась во времена Советского Союза, с 1963 по 1978 год на реке Енисей в Сибири. В 2009 году на гидроэлектростанции произошла одна из крупнейших в мире техногенных катастроф, которая унесла жизни 75 человек. Пять лет и 40 миллиардов рублей потребовалось для возобновления работы станции. И хотя точная причина аварии до сих пор не установлена, обвиненные в аварии инженеры посажены в тюрьму. Авария показала, что советское наследие еще прочно сидит в головах людей, многие из которых живут прошлым и боятся будущего. Износ оборудования, отсталость технологий, коррупция, продажный суд, пропаганда, основанная на культе «обратно в СССР», предвещают новые техногенные катастрофы.

На фоне панорамы Вены и прекрасного Дуная предстает жизнь аутсайдеров приличного общества – молодых болгарских цыган. Эти парни переехали в столицу Австрии в поисках приключений, свободы и легких денег, но нищета толкнула их на торговлю телом. Застрявшие в этом темном мире, они проводят ночи, обслуживая клиентов — зачастую одиноких мужчин, живущих в социальном жилье. Однако несмотря ни на что парни чувствуют себя молодыми, азартными и свободными — может быть, первый раз в жизни.

Еще недавно Колумбийская столица Богота считалась опаснейшим местом в мире, здесь царили преступность, наркобизнес, коррупция и бедность. Всё изменилось в 1995 году, когда мэром Боготы стал политик нового типа Антанас Мокус — бывший проректор Национального университета Колумбии. Его нетрадиционные методы управлениям городом дали неожиданные результаты.

Строительство в Сент-Луисе социального жилого комплекса, названного в честь чернокожего героя Второй Мировой войны Оливера Прюита и белого конгрессмена Уильяма Игоу, в 1954 году воспринималось как чудо. Но 20 лет спустя комплекс бесславно закончил своё существование в руинах. Стал ли разрушенный жилой комплекс символом абсолютного провала программы помощи населению и самой идеи социального жилья? Фильм пытается опровергнуть всем известную легенду о Прюит-Игоу.

Итальянский островок Лампедуза – почти самая южная точка Европы – в объятьях зимы. Туристы уехали, на острове кроме местных теперь прибывающие мигранты, находящиеся в постоянной борьбе за то, чтобы попасть на континент.\n\nКогда пожар уничтожает старый паром, связывающий остров с Италией, мэр Джузи Николини вместе с рыбаками острова вступают в борьбу за новый корабль.\n\nВ конце концов беженцев вывозят на континент самолетом, но остров остается отрезанным от мира, а запасы еды иссякают. Тогда местные жители тоже начинают протестовать.

Название китайского города Карамай происходит от уйгурского слова, означающего «черная нефть». Это молодой и процветающий город, занятый добычей нефти. 13 лет назад в Зале Дружбы в Карамае произошла страшная трагедия. Почти 800 учеников старших и средних классов и их учителя выступали перед делегацией чиновников из министерства образования, когда начался пожар. Детям было приказано оставаться на местах, чтобы официальные лица могли покинуть помещение первыми. В результате погибло 323 человека, 288 из них — дети в возрасте от 6 до 14 лет. Эта история подверглась цензуре в китайских СМИ. До сих пор семьям Карамая запрещено публично оплакивать своих детей.

Иран — одно из самых закрытых и обособленных государств на свете. Долгие годы страна задыхалась в средневековых оковах политического и религиозного фундаментализма. Но вот в 2009 году свершилось чудо: люди почувствовали свежий ветер перемен и пробудились. Они облачились в зеленое и вышли на улицы, чтобы поддержать на президентских выборах своего кандидата — лидера, которой мог подарить стране свободу и демократию. И вот, в день выборов, когда победа его ни у кого не вызывала сомнения, жителей Ирана ждало шокирующее открытие — выборы сфальсифицированы. Это вызвало беспрецедентную волну народного протеста, но всех инакомыслящих ждали либо безжалостная расправа, либо невыносимая горечь унижения. Вы увидите историю того страшного лета, когда у людей отняли свободу, надежду, а у многих — и саму жизнь…

Планета Земля — дом для семи миллиардов человек. Но под нашими ногами скрываются мощные силы. Погода в атмосфере меняется каждую минуту. В 2011 году планета сошла с ума. Это был необычный год. Жестокие землетрясения, рекордное количество торнадо и катастрофические цунами. Погибли тысячи людей. Ученые пытаются объяснить происходящее. Это рассказ о 2011 годе, когда Земля сошла с ума.

Китайская сельская местность, почти полностью покрытая импортным пластиком. Мужчины и женщины строят жизнь на этих отходах, а дети узнают о внешнем мире через разодранные западные таблоиды. Тем не менее даже в такой глубоко изолирующей и токсичной атмосфере надежда и гуманность нашлись в вызывающе оптимистичном 11-летнем мальчике.

История о городской школе, в которой 65% детей — выходцы из семей с доходами ниже установленного федерального уровня бедности. Однако это не помешало организовать лучшую в стране шахматную школу и лучшую школу Нью-Йорка. Но проблемы с госфинансированием поставили школу перед сложным выбором, как удержать, с таким трудом завоеванные достижения.

Круглый год в закрытой психиатрической больнице живут пятьдесят мужчин, проводя свои дни в пространстве одного этажа и лишь изредка контактируя с внешним миром и медицинским персоналом. Каждый из пациентов оказался здесь по разным причинам – кто-то действительно болен, кто-то убил, кто-то не угодил местному начальству. Здесь их жизнь лишена смысла, но в других они ищут утешения и человеческого тепла.

Последствия аварии на атомной электростанции Фукусима 1 весьма плачевные для жителей поселка Футаба в Японии. Все они превратились в «ядерных беженцев» и не могут вернуться на загрязненную территорию. С 1960-х годов поселку обещали процветание, налоговые льготы и крупные субсидии, которые должны были компенсировать присутствие АЭС.

На маленьком острове на западе Финляндии строится новый блок атомной электростанции — первый в Европе с момента Чернобыльской аварии. Инвесторы гордо называют проект “возвращением атома”, жители соседнего городка довольны, что получат новые рабочие места. Новый, безопасный и эффективный реактор планировалось построить за несколько лет, однако работы сразу начали буксовать, проект раз за разом менялся. Антиядерные активисты митингуют с пугающими графиками, но местных жителей больше волнуют деньги, чем радиация.

Голливуд — гламур, звёзды, мерцание экрана. Но большинство работников киноиндустрии — по ту или другую сторону камеры — трудятся в поте лица без славы и денег, и, старея, часто лишаются средств к существованию. Тут на помощь приходит фонд Motion Picture & Television, дом престарелых в Вудлэнд Хиллз к северу от Голливуда.\n\nЗдесь ветераны кино могут продолжить свои занятия: на территории есть собственная телестудия, комнаты звукозаписи, писательские кружки и кинотеатр, оснащённый по последнему слову техники.

Молодое поколение, пойманное в ловушку на территории Газа между Израилем и Египтом, управляемой Хамасом, проводит время на местных пляжах. Ребятам надоели оккупация, война и религиозный фанатизм. Они нашли свой способ протеста: сёрфинг. Фильм показывает мечты и надежды молодёжи пограничного региона, в котором старшие уже потеряли всякую веру в будущее.

В Маниле молодые сотрудники, верящие в свою миссию «очищения мира», просматривают до 25 000 постов ежедневно. За $3 в сутки они фильтруют сцены насилия, терроризма, пропаганды, стирая грань между защитой пользователей и уничтожением исторической памяти. Фильм Ханса Блока и Морица Ризивика вскрывает этическую катастрофу: как решения, принятые за секунды в угоду корпоративным алгоритмам, влияют на политические процессы и лишают мир правды? Шокирующие кадры и исповеди «чистильщиков» показывают невыносимую психологическую цену их труда — от травм до суицидов .

Доброполье расположен на востоке Украины - в 70 км от линии разграничения с подконтрольной сепаратистам территории. На первый взгляд, для местных жителей конфликт существует только как фон. Они живут своей обычной жизнью - директор зоопарка и экскурсовод в музее, участники рок-группы и члены клуба одиноких сердец. И все-таки звук выстрелов с близкого фронта проникает в их жизни и нависает серой завесой над городом.

Символы коммунистических режимов в пяти странах социалистического содружества: дворец Чаушеску в Румынии, сталинский небоскреб Московского государственного университета, Национальный дворец культуры в Софии, Дворец Федерации в Белграде и ныне не существующий Дворец Республики в Берлине. Их связывает идеология и общая история с 1945 года до падения Берлинской стены, а значение каждого из этих дворцов подобно значению собора.

Железные дороги. Заводы и фабрики. Кинотеатры, концертные залы и дворцы культуры с масштабными мозаичными панно. Больницы. Церкви. Зоопарки. Супермаркеты. Электростанции. Офисы. Кажется, все возможные места, где жил, работал, наслаждался искусством, ел, молился и любил человек разумный — прежде, чем навсегда оставить землю. Теперь эти рельсы ведут в никуда. Вечнозеленые джунгли наступают на индустриальные пространства. Дождь смывает все следы людского пребывания. Был человек — и нет человека.

За последние сорок лет пропасть между самыми состоятельными людьми Америки и всеми остальными её жителями катастрофически увеличилась. По данным 2010 года, у 400 самых богатых людей США состояние было больше, чем у остальных 150 миллионов американцев, вместе взятых. \n\nТрудно представить более наглядный символ сложившейся ситуации, чем знаменитая Парк-авеню. На этой нью-йоркской улице проживает больше миллиардеров, чем где-либо ещё в мире – а через каких-то пять миль от этого средоточия немыслимого богатства она вливается в Южный Бронкс, самый бедный район США.

Поселение Вилладжес в штате Флорида — дом престарелых, который разросся до размера города: 130 тысяч американцев переехали сюда, чтобы провести старость вместе с ровесниками в идиллических декорациях пенсионной утопии. Теннисные корты и безупречные лужайки, уютные и одинаковые домики, цветочные клумбы и теплые бассейны, тихие кафе и игральные клубы — здесь как будто есть все, чтобы умилиться, обуютиться и забыть о жизни вне Вилладжес и о смерти в перспективе. Но хаос проникает и в тщательно спланированную искусственную пастораль, потому что хаос этот находится внутри человека.

Отель «Челси» — сердце андеграундного Нью-Йорка. По списку его постояльцев и гостей можно писать историю американской культуры 60-х и 70-х. Но все это в прошлом — девелоперы собираются превратить потрепанную легенду в очередной бутик-отель на Манхэттене. Последние обитатели «Челси» — представители старой нью-йоркской богемы, эксцентричные пенсионеры творческих профессий. В коридорах здания уже стоят леса и снуют рабочие, но они отказываются верить в то, что скоро эти стены станут чем-то другим.

Вы считаете эти квадратные метры своим домом, а для глобального капитализма они — выгодная инвестиция. Это противоречие породило конфликт, который со страшной скоростью раскручивается в мегаполисах мира. Аренда и цены на недвижимость стремятся в космос, в отличие от доходов — и жизнь в городах становится привилегией богатых и успешных. Обитатель нью-йоркского Гарлема узнает, что скоро ему придется отдавать за квартиру 90% своей зарплаты. В Сеуле девелоперы нанимают громил, чтобы сделать сговорчивее владельцев халуп, занимающих перспективный кусок земли. Все это реальные истории, с которыми сталкивается героиня фильма — эксперт ООН по вопросам доступного жилья Лейлани Фарха.

В начале гиганты сотворили горы и густые леса, окружающие городок Идре. Это самый маленький муниципалитет Швеции с населением всего в несколько тысяч человек, за которыми присматривает дружелюбный мэр-идеалист. Когда Идре начинают угрожать убыль населения и проблемы большого внешнего мира, мэр с широкой улыбкой и подарками наготове встречает каждого новорожденного ребенка, увеличивающего население городка. Возможно, город и деревня и отдаляются друг от друга, но регулируемые ЕС цены на молоко и миграционный кризис добираются и до самых окраин, где стареющий мэр встречает автобус с африканскими мигрантами с тем же радушием, что и новорожденного младенца.

В нескольких метрах от дома престарелых строится стена. Ее возведение постепенно отделит его жителей от остальной части города. С каждым днем сотрудникам и посетителям дома престарелых становится все сложнее до него добраться. Над домом царит чувство отчаяния, но его обитатели живут своими маленькими радостями и надеждами.

Разрушительное Спитакское землетрясение, произошедшее 7 декабря 1988 года, унесло тысячи человеческих жизней. В Армении не осталось практически ни одной семьи, которой бы ни коснулась ужасающая катастрофа. По некоторым данным, в эпицентре землетрясения – городе Спитаке и его окрестностях – погиб каждый третий житель.\n\nВ документальном фильме «История одного землетрясения» очевидцы и участники тех событий – врачи, спасатели, политики – вспоминают о трагедии, потрясшей весь мир.

Уганда, 1989 год. Джозеф Кони, молодой повстанец, который, по его словам, общается с духами, формирует движение, направленное против правительства страны, — «Господню армию сопротивления». Армия растет за счет похищения подростков: за 25 лет они выкрали более 60 тысяч детей, из которых выжила лишь половина. Джефри, Найти и Майкл, трое друзей, оказались в их числе. Сейчас они пытаются вернуться к нормальной жизни и для этого снова посещают места, в которых прошли самые трагические эпизоды их детства. Они одновременно жертвы и убийцы, свидетели и виновники ужасных событий, которые они сами до конца не понимали. Потерянные дети, они не могут обрести свое место в обществе, оставаясь его «неправильными элементами». Тем временем в бескрайних джунглях центральной Африки армия Уганды продолжает ловить повстанцев-одиночек, оставшихся от «Господней армии сопротивления», и самого Джозефа Кони, который до сих пор находится в международном розыске.

Название «Кастро» получил занятый бездомными людьми дом в Риме, убежище для отверженных, дом для многих – и в то же время ничей. На протяжении десяти с лишним лет он был единственной надеждой в жизни множества семей. Еще вчера с его наличием мирились, но сегодня его уже нет. Съемки, длившиеся больше года, открывают нам повседневную жизнь общины, живущей в совершенно необычных условиях. Кастро, некое подобие Вавилонской башни, рассказывает о себе сам – языком с тысячью акцентов, но с одним и тем же повествованием: о попранных правах и несбывшихся надеждах.