Похожие на «Выбор натуры в Палестине для Евангелия от Матфея»

Сквозь объектив польского кинематографиста Михала Лещиловского, работавшего с титаном над последним шедевром, раскрывается лаборатория Тарковского. Фильм погружает в драматичные съемочные будни: от нервов при сжигании дома для сцены в «Жертвоприношении» до гипнотической работы с актерами в «Ностальгии». Архивные фрагменты и откровения коллег (включая Эрланда Юзефсона и Свена Нюквиста) рисуют портрет художника-философа, чья одержимость искусством граничила с жертвенностью. Здесь нет парадного портрета — только пульс творчества и горькое эхо фразы «Нет пророка в Отечестве» .

Автобиографический фильм рассказывает историю любви израильского режиссера-документалиста Томера Хейманна. Томер едет со своим фильмом на Берлинский кинофестиваль. Там в одном из баров он встречает немецкого танцора Андреаса Мерка. Любовная интрига перерастает в роман жизни, и Андреас решается переехать в Тель-Авив, где сталкивается не только с необходимостью строить свои отношения с новым партнером и его матерью, но и, будучи гражданином Германии, привыкать к самобытности чужой страны.

Фильм «Молчание Пелешяна» — портрет известного армянского кинорежиссера-документалиста Артавазда Ашотовича Пелешяна. Он оставался неизвестным на Западе до 1983 года, пока в Европе его не открыл французский режиссер Серж Даней, а также еще ряд знатоков кино. Рассказывая о работах Пелешяна, о его жизни, его замыслах и творческих поисках, создатели этой документальной ленты не претендуют на звание биографичной картины. Это просто фильм о выдающемся мастере, подлинном классике мирового кинематографа.

Этот документальный фильм — захватывающее путешествие за кулисы одной из величайших киносаг. Узнайте, как едва не сорвались съемки из-за смены главного актера, потребовавшей переснять половину материала. Авторы Боб Гейл и Роберт Земекис делятся историями о конфликтах (как с Криспином Гловером), техническом гении Дина Канди и создании «DeLorean». Кадры со съемочных площадок, испытания трюков и аниматроников, а также откровения Кристофера Ллойда и Лиа Томпсон показывают, как рождались магия и напряженные сцены, покорившие мир. Это не просто хроника — это эмоциональное погружение в эпоху, изменившую кино .

Документальная камера фокусируется на Лампедузе — крошечном итальянском острове, ставшем эпицентром миграционного кризиса. Сквозь призму повседневности местного мальчика, увлеченного охотой и морем, мы наблюдаем контраст: его безмятежное детство и суровые воды, приносящие лодки с отчаявшимися людьми. Фильм избегает громких комментариев, показывая рутину спасателей, ожидания беженцев и жизнь острова. Режиссер Джанфранко Рози создает мощное, почти безмолвное полотно, где красота Средиземноморья соседствует с невидимыми миру драмами, оставляя зрителя с неизгладимыми образами человеческой стойкости и хрупкости мира.

Документальный фильм о том, каким видится рай гражданам райской страны. Швейцарские старики, прекрасно осознающие, что смерть не за горами, делятся представлениями о загробной жизни. Их интервью обрамляют прогулку режиссера со своим отцом — к старой хижине в горах, где Гоэль-старший почувствовал нечто вроде божественного откровения.

Документальная киноэпопея о съемках фильма Фицкарральдо.После «Фицкарральдо» Херцог сказал: «Я больше не должен снимать фильмы. Мое место в сумасшедшем доме».В процессе съемок фильма Херцог сам себя показал не менее одержимым, чем его герой. Он и его люди вынесли невероятные лишения, сталкивались со смертельной опасностью и подвергались всем вообразимым природным и созданным человеком ненастьям в течение трех лет подготовки и девяти месяцев самих съемок.

Завораживающая документальная лента о гениальном художнике, сбегающем от славы в рыбацкую глубинку Нидерландов. Но мир манит его дальше — в Италию, Марокко и за пределы привычной реальности. Путь от нарисованных волн к океану приключений, где кадры становятся холстом, а ветер странствий — кистью. Главный шедевр? Сама жизнь .

Авангардный кинодневник разделён на три пульсирующих акта. Сначала — чёрно-белые кадры Нью-Йорка 1950-х, где эмигрант фиксирует будни как свидетель потерянности. Затем — взрыв цвета: возвращение в литовскую деревню Семенишкяй после четверти века разлуки. Дрожащая камера ловит запах свежего молока, лица стариков, но дом остаётся призраком прошлого. В финале — путь по Австрии, где ирония смешивается с меланхолией. Уникальный стиль Мекаса (ручная камера, ускоренный монтаж) превращает личную историю перемещенного лица в универсальную одиссею о поиске утраченного рая . Фильм включён в Национальный реестр США.

Марио Сести вспоминает о встречах с Бернардо Бертолуччи, обращаясь к публиковавшимся в прессе многочисленным интервью, а также используя видеоинтервью на DVD с фильмами Бертолуччи. В картину вошла неизвестная ранее видеозапись долгого разговора с маэстро, сделанная незадолго до его смерти. Великий режиссёр рассказывает о первом внимании со стороны международной прессы и о том, как восхищались его фильмами молодые американские режиссёры 70-х годов; о рискованных съёмках Марлона Брандо в «Последнем танго в Париже» и о незабываемом вручении «Оскара» за «Последнего императора». Перед нами квинтэссенция тихой ностальгии, исполненное любви повествование о жизни гения и его пути в кинематографе.

В 1958 году режиссер Михаил Калатозов получил «Золотую Пальмовую» Каннского кинофестиваля за картину «Летят журавли». Фильм стал настоящим прорывом в кино, вдохновившим на новые свершения многих талантливых режиссеров. А несколько лет спустя на свет появился новый шедевр Калатозова и гениального оператора Сергея Урусевского – «Я – Куба», открытый для западного зрителя годы спустя Мартином Скорсезе и Фрэнсисом Фордом Копполой. Французский режиссер Патрик Казаль предлагает зрителю взглянуть на творчество Калатозова – в контексте сложной исторической и политической ситуации, о которой долгие годы не было возможности говорить вслух.

Фильм исследует жизнь и наследие легендарного театрального реформатора, чей талант стал щитом против идеологического давления. Архивная хроника переплетается с откровенными монологами звезд современной сцены — Кирилла Серебренникова, Льва Додина, Кэти Митчелл — демонстрируя, как его идеи оживают в их работах. Зритель увидит редкие кадры и услышит истории о непростых периодах, когда мастера отвергали, но не сломили. Это путешествие по съемочным площадкам России, Англии и Нью-Йорка, где философия Станиславского продолжает вдохновлять художников на преодоление границ.

«Мир глазами Йона Б.» — это документальный фильм о румынском художнике. Всю жизнь он прожил в нищете и лишь в 2008 году, когда ему исполнилось 63 года, к нему наконец пришла слава. Коллажи, сделанные из журнальных фотографий и газетных иллюстраций времен режима Чаушеску наконец увидели свет. Выполненные в стиле поп-арта работы Барладеану, которые в свое время автор был вынужден скрывать, были выставлены в престижных галереях Парижа и Лондона рядом с шедеврами Энди Уорхола и Марселя Дюшана, а цена каждой из них превышала €1000.

Камера погружает в мир тихой медитации, где монахи превращают каждый жест — ходьбу, трапезу, улыбку — в акт осознанности. Среди вишнёвых садов Франции мудрец отвечает на боль детей: «Смерть — лишь превращение облака в дождь и чай». Контрастом мелькают суетливые города, где практикующие несут покой как тихую революцию. Оскароносный режиссёр Иньярриту назвал ленту «полной любви», а бенедикт Камбербэтч озвучил дневники — его голос ведёт сквозь мгновения, где настоящее становится вечностью.

Мечтатель из Римини, поэт, выбравший для своего искусства кинематографическое воплощение — Федерико Феллини воспел итальянскую провинцию, с её трагикомическим карнавальным мировоззрением. Но посреди барочного праздника он продолжал видеть то, что скрыто за поверхностью. Его с юношества манило море: не умея физически плавать, он познавал его метафизику созерцательно. Его манили фантазии, грёзы и сны — работу которых он воплотил в своём кинематографе одним из первых в мире. Вокруг себя он собирал удивительных людей, бывших его соавторами и друзьями — их воспоминания и свидетельства легли в основу этого документального фильма.

В конце 50-х годов Италию захлестнула волна пеплумов. Данная документальная лента исследует феномен этого течения, рассказывает о зарождении и развитии жанра, не забывая о его главных героях. Нарезки из фильмов, ролики, информация из за кулис, интервью с Карло Лиццани, Розальбой Нери, Карло Вердоне и другими, кто приложил руку в своё время.

Широкий резонанс, который в начале 1970 года имела интерпретация «Медеи» с буржуазной иконой Марией Каллас в роли мятежной дикарки, стимулирует Пазолини на новые поиски. Он мечтает поставить «Орестею» Эсхила в Восточной Африке, используя экзотическую натуру и самые широкие слои местного населения, чтобы продолжить осмысление классического сюжета. В 1940-е годы его экзистенциальную трактовку предложил Жан-Поль Сартр. Теперь на очереди модный в 1960-е годы марксизм с изрядной примесью фрейдизма.\n\nГорода и деревни Восточной Африки. Убогий быт, примитивный труд, повсюду — огромные толпы людей. За свидетельствующей камерой без устали звучит комментарий режиссера. Он мечтает найти Ореста и Электру в новом, только что освободившемся мире, который еще не знает, куда ему двигаться. Аллегория африканского возрождения так и не была поставлена, что только усиливает меланхолическую недоговоренность этих подготовительных съемок.

Обзор творчества величайших итальянских режиссеров и рассказ о том, как фильмы выдающихся соотечественников повлияли на творчество самого Скорсезе. В этом масштабном документальном проекте подробно представлены основные вехи развития итальянского кино: от неореализма послевоенной Италии к новой драме периода экономического бума, а позднее — к сюрреалистской фантазии.

Микеланджело Антониони — режиссер, создавший целую эпоху в мировом кинематографе. В фильме режиссер рассказывает о своем кино, рассуждает о времени, делится различными впечатлениями. Зритель становится свидетелем мгновений сомнений и триумфа мастера. На протяжении многих лет режиссер поражал своими картинами, всегда оставаясь предельно искренним, но не всегда до конца понятным.

Герой фильма — итальянский классик, блестящий писатель Примо Леви, гордость итальянской литературы ХХ века. В возрасте двадцати четырех лет Примо Леви, молодой туринский инженер-химик, попал в Освенцим. После войны он написал книги о чудовищном опыте выживания в лагерях («Человек ли это?») и о том, что было после освобождения из Освенцима («Передышка»). В 1987 году Леви покончил жизнь самоубийством, бросившись в лестничный пролет в собственном доме. О смерти писателя до сих пор гадают, но полагают, что к этому трагическому жесту его подтолкнули и неизжитые кошмары концлагерей.

Гениальный дуэт режиссёров Клода Нюридзани и Мари Перенно создал визуальную поэму о тайной вселенной в обычном лугу. Через революционные технологии макросъёмки зритель погружается в драмы, комедии и триллеры микроскопических существ: бабочки вырываются из коконов, муравьи сражаются с каплями дождя, а улитки танцуют медленный балет под музыку Бруно Куле (обладателя «Сезара»). Минимум закадрового текста (озвучка Кристин Скотт Томас), максимум — сюрреалистической красоты. Фильм собрал $52 млн в прокате и 5 премий «Сезар», включая операторскую работу. Роджер Эберт назвал его «гипнотическим» .

Документальный фильм, посвященный автору «Двадцатого века» и «Последнего танго в Париже». Уроженец Пармы, сын поэта, ученик Пазолини, Бернардо Бертолуччи был последователем идей Маркса и Фрейда, в кинематографе отдавая предпочтение французам, например, завзятому радикалу Годару или великому Жану Ренуару, чей фильм «Правила игры» бунтарь-итальянец всегда считал лучшим в истории кинематографа.

Легендарный режиссёр погружает зрителя в эпицентр грандиозного буддийского ритуала Калачакры, где полмиллиона верующих создают хрупкую вселенную из цветного песка. Камера фиксирует экстремальные проявления веры: монаха, три года ползущего на простираниях через Гималаи, паломников, рискующих жизнью у священной горы Кайлас. Неожиданный поворот — болезнь Далай-ламы — прерывает церемонию, перенося финал в австрийский Грац. Здесь история политического узника, 37 лет томившегося в тюрьме, переплетается с философией вечности. Фильм-откровение, где разрушение мандалы становится метафорой бренности бытия.

Режиссёр фильма Клод Ланзманн описывает свой опыт соприкосновения с еврейской культурой, а именно с Израилем, спустя 25 лет после его создания. Ланзманн — французский еврей, не знающий никакого языка, кроме французского, оказывается среди немецко-еврейских эмигрантов, интеллигенции, докеров, полицейских, заключённых и новоприбывших в страну.

Театральное «Евангелие», поставленное Дельбоно со своими постоянными артистами из труппы в Модене, – зрелище «для богатых» (в России его показали сразу два фестиваля – московский NET и петербургский «Балтийский дом»), одноименный фильм запечатлевает работу над другой вольной интерпретацией библейских сюжетов – в пьемонтской деревне, в лагере нелегальных эмигрантов, ожидающих судебного решения своей участи. Дельбоно приехал туда в тяжелейший момент жизни: утрата матери подкосила его здоровье, он едва не лишился зрения и впал в глубокую депрессию. Но общение с молодыми беженцами (один из них стал участником театрального «Евангелия» «для богатых»), носителями архаичной, природной силы и естества (всего того, что обожаемый Дельбоно Пьер Паоло Пазолини искал в своих африканских странствиях), оказалось целебным – как когда-то встреча с глухонемым ангелом Бобо.

В 1963 году Пьер Паоло Пазолини с микрофоном отправляется по Италии, задавая провокационные вопросы о любви, браке и сексуальных табу. От детей, верящих в аистов, до консервативных взглядов на развод — его документальный эксперимент раскрывает шокирующую правду о морали нации на пороге экономического чуда. Фильм включён в список 100 итальянских картин, подлежащих сохранению .

Через судьбы трех одержимых искателей — аристократа Карнарвона, циркача-авантюриста Бельцони и гения лингвистики Шампольона — серия раскрывает тайны Древнего Египта. Их настойчивость подарила миру ключ к языку фараонов (Розеттский камень) и погребальные сокровища Тутанхамона. Съемки на реальных археологических объектах , харизматичная игра Мэттью Келли (Бельцони) и Эллиота Коуэна (Шампольон) , а также воссоздание древних храмов делают каждый эпизод визуальным открытием. Фильм избегает сухого документализма, погружая в детективные поиски и личные драмы первооткрывателей.

За 5 лет проведения фестиваля «FAME» организатору Анжело Милано удалось превратить провинциальное местечко Гроталье на юге Италии в настоящий музей под открытым небом — без поддержки властей, силой простого гостеприимства, драйва созидания и желания перемен.\n\nЛента показывает, как в сонной провинции начинают происходить удивительные вещи. Город просыпается: из окон на асфальт выплескиваются целые литры краски, а прохожие то и дело становятся свидетелями чудаковатых перформансов в исполнении художников, которым в удовольствие удивлять горожан и баламутить неторопливую жизнь городка. Фильм передает уникальный опыт создания фестиваля, рассказывая о том, как силой энтузиазма можно изменить пространство до неузнаваемости, следуя простому принципу DIY — «do it yourself».

Фильм основан на реальной истории путешествия Федерико Феллини в древний майянский город Тулум. В 1985 году великий итальянец, впечатленный рассказами о Тулуме, отправляется в Мексику. Ведомый шаманами, он совершает удивительное путешествие к истокам древней цивилизации Майя. \n\nДействие фильма начинается за шесть лет до этого, в 1979 году, когда во время съемок фильма Город женщин на студии Чинечитта, Феллини впервые услышал о Тулуме и заканчивается 2010 годом, когда журналистка София решает повторить путешествие Феллини, открывая для себя тайны, связанные с великим городом.

Зритель увидит прекрасные безлюдные площади Италии — и героев передовой линии, работающих в больничных палатах; поющих людей на балконах — и домашние видео, снятые внутри квартир и домов. Это коллективное свидетельство, объединенное режиссерским видением большого художника, который создает для настоящей и будущей памяти человечества подлинную и полную картину сегодняшней Италии.

Итальянские кинематографисты отправляются в путешествие по Америке, чтобы разгадать тайну самого загадочного режиссёра современности. Через интервью с Мартином Шином, Сисси Сейпек и Шоном Пенном раскрывается творческая вселенная гения, принципиально избегающего камер. Погружение в съёмочный процесс культовых картин и визуальная поэма о противоречиях американской культуры.