Похожие на «Zuoz»

Кнокке, Бельгия. Казино этого обычного прибрежного города стало эпицентром одного из самых важных событий в истории экспериментального и авангардного кино. Легендарный фестиваль «EXPRMNTL» стал местом встречи прославленных на сегодняшний день режиссеров и участников столкновений буржуазии и контркультуры 60-х годов. Фильм рассказывает, как этот роскошный приморский курорт стал мифическим местом сбора экспериментальных кинематографистов.

Кунашир — один из основных островов курильского архипелага, лежащий в 16 км от Японии. Остров был занят советскими войсками в 1945 году. Годом позже, после короткого периода совместного проживания, 17 000 японцев и айнов, живших на Курилах и Сахалине, были депортированы на остров Хоккайдо. С тех пор Япония претендует на возврат четырех курильских островов. Мирный договор между двумя странами до сих пор не подписан.

Немецкий журналист Роберт приезжает в Нагорный Карабах, чтобы освещать события военного конфликта. В прошлом статьи о конфликте в Карабахе принесли ему известность. На месте он встречается с опасностями и любовью к оперной диве. Самое главное, — он сталкивается с прошлым, о котором постарался забыть. Роберту придется многое решить для себя, чтобы продвигаться дальше.

Фильм раскрывает вселенную легендарного новатора, чьи дерзкие эксперименты переписали правила моды. Через редкие кадры архивов — эскизы, шоу, личные записи — вы увидите, как рождались революционные идеи: от первых ready-to-wear до «космических» коллекций, бросивших вызов эпохе. В кадре — сам мастер на закате карьеры, звезды вроде Шэрон Стоун и Наоми Кэмпбелл, и даже его футуристический «Пузырчатый дворец». Без спойлеров: вас ждёт парадокс — как доступность роскоши сделала бренд вечным? Пульсирующий ритм монтажа и буйство визуальных метафор передают бешеную энергию человека-оркестра индустрии.

У Судана, самого крупного государства в Африке, в настоящее время хватает проблем. На его территории развернулась борьба за ценные природные ресурсы. Его богатства стремятся поделить между собой ведущие мировые державы — часто невзирая на экономическую ситуацию в самой стране и бедственное положение ее населения. Да и сам Судан сейчас расколот на два лагеря, вечно занятых захватом власти и переделом территорий. Все это часто провоцирует вооруженные конфликты.

1975 год. Клод Ланцманн снимает в Риме фильм о Беньямине Мурмельштейне, последнем председателе Еврейского Совета гетто Терезиенштадт, единственном «еврейском старейшине», не погибшем на войне. После аннексии Австрии Германией в 1938 г. Мурмельштейн, бывший венский раввин, неделю за неделей, в течение семи лет ведет борьбу с Эйхманом. Ему удалось добиться разрешения на отъезд 121 000 евреев и избежать ликвидации гетто. В 2012 г. 87-летний Клод Ланцманн не прячет признаков разрушительного действия времени на людей и остается верен своей теме, вновь возвращаясь к римским беседам. Картина повествует о Терезиенштадте – городе, «подаренном Гитлером евреям», насквозь фальшивом «образцовом гетто», выбранном Адольфом Эйхманом для предъявления мировой общественности.

Огромный завод, многокилометровые туннели, аккуратно выкрашенные в разные цвета металлические конструкции в десятки метров высотой, на фоне которых рабочие в касках что-то сосредоточенно прикручивают, переставляют, подключают. Так выглядит Большой адронный коллайдер, крупнейший в истории человечества экспериментальный прибор. «ЦЕРН» раскрывает главный секрет современной науки: она все реже про гениальные прозрения одиночек и все чаще про масштабную, но почти обыденную работу и кооперацию. \n\nСреди внушительных декораций один за другим появляются в кадре ученые — мужчины и женщины разного возраста и цвета кожи, каждый говорит по-английски со своим непередаваемым акцентом — японским, французским, немецким. В обнаружении бозона Хиггса может быть меньше загадки и индивидуального прорыва, чем кажется, но больше тонн металла, мегаватт энергии, людей из разных стран и потраченных без надежды на практический результат долларов, чем можно вообразить.

Документальный фильм, в котором впервые речь идет о таком явлении как лоббирование и о процессе принятия решений в Европе. Этот своего рода документальный триллер исследует мир лоббистов и тех, кто их контролирует. Главная идея киноленты — непрозрачность и слабый контроль за деятельностью 15 тысяч представителей различных лобби, работающих в Брюсселе.

Успешный нью-йоркский художник, работавший с The Rolling Stones и Jay-Z, решает перестроить свою личность. По совету психолога он погружается в месячные практики: медитацию в джунглях Бали, изнурительную когнитивную терапию и фармакологию. Каждый этап приносит неожиданные повороты — от экстатических прорывов до мучительных срывов, усугубленных романами и потерей близких. Фильм шокирует откровенностью: камеры фиксируют и влюблённость на антидепрессантах, и творческие прорывы сквозь боль. Визуальная поэзия — летающие шары, куклы бунраку, шокирующая типографика — контрастирует с сырой правдой о поисках ускользающей гармонии.

Фильм воссоздаёт ощущение пост-колониальной утопической Кубы, где всё ещё слышны отголоски взрыва корабля «Мейн» в 1898 г. Этот взрыв положил конец испанскому господству на американском континенте и возвестил о начале эры американской империи. Тогда же возникло и могущественное средство экспансии и пропаганды – кинематограф. Авторы бросают взгляд на век интервенционизма и мифотворчества и на чудесных жителей Гаваны, размышляя над проблемами времени, империализма и кино.\n\n

Мартин Перино — талантливый пианист, который в результате детских психологических травм оказался в специализированной лечебнице с диагнозом «шизофрения». Мартин, играя немощным пациентам, выстраивает новую реальность, а медикаментозное лечение закрепляет полученный результат. Но лечение скоро закончится, и Перино окажется в доме своего отца, где нет ни одного инструмента.