Фильмы документальные 1971 года

Исследование современных языческих, сатанинских и неохристианских культов, которые объединяет оргиастический характер ритуалов и экстатическое поведение адептов. Несмотря на кажущиеся различия между викканским поклонением Рогатому Богу, кришнаитскими мантрами, орфическими мистериями, радениями бразильской Сантерии, черными мессами Антона ЛаВея и собраниями Свидетелей Иеговы, между ними есть одно общее: все они обращаются к человеческому подсознанию, доставая из его глубин хтоническое начало.

Документальный фильм-расследование, затрагивающий «больные» темы, среди которых: последствия загрязнения для жителей японской рыбацкой деревушки, некоторые методы групповой психотерапии, принятые в Соединенных Штатах, испытания на животных последствий употребления наркотиков, искусственное оплодотворение, практикуемое в клинике Швеции, танцы гомосексуалистов в Лондоне, боевые собаки в Японии, военная подготовка палестинских детей в Ливане.

Оскароносная хроника грандиозного музыкального фестиваля, собравшего полмиллиона человек на ферме в Бетеле. Сквозь ливень, грязь и организационный хаос режиссёр Майкл Уэдли показывает удивительную реальность: поколение хиппи создаёт собственное государство с любовью, свободой и ритмом в душе. Вы станете свидетелем невероятных импровизированных сцен — от массового купания в озере до раздач еды местными жителями. Камера вплотную подбирается к музыкантам и толпе, а революционный приём полиэкрана погружает в эпицентр звукового урагана. Этот фильм — машина времени, где вы ощутите пульс эпохи сквозь легендарные гитарные соло, барабанные дроби и хриплые крики свободы под открытым небом. Монтаж молодого Мартина Скорсезе добавил истории кинематографической мощи.

Фильм снимался в течение 5 дней на пустынной горной вершине в Северном Квебеке. Закрепленная на штативе камера поворачивалась на 360 градусов, пробегаясь объективом по небу, горам, кружилась по всем мыслимым и немыслимым направлениям. Из-за нетрадиционного движения камеры результатом стал не фильм, который просто заснял окрестную местность, а самое настоящее философское произведение, рассказывающее нам о связях пространства и времени. Заснятые горы были холодны и неприветливы для человека, были словно отчуждённы от цивилизации, но с лёгкостью вливались всей своей мощью в космические циклы света и темноты, теплоты и холода.

Испания, 1970 год. Пока Хесус Франко снимает свой «Граф Дракула», камера авангардиста Пере Портабеллы выхватывает из тьмы невидимые миру детали: провисающие декорации, гримёрную кисточку на шее Солedad Миранды, шутливый оскал Кристофера Ли перед погружением в гроб. Без слов, лишь тревожный гул магнитной плёнки и скрим скримеров — этот документальный кошмар превращает рутину кинопроизводства в сюрреалистичный ритуал. Высококонтрастная чёрно-белая плёнка обнажает нерв кино: вот Ли читает финальный монолог Дракулы, глядя прямо в душу зрителя, а в следующем кадре рабочие сматывают кабели, словно вампирские кишки. Фильм-призрак, вылезший из «утиля» киноленты (cuadecuc — «хвост червя», неэкспонированная часть плёнки), стал манифестом против диктатуры Франко через эстетику вампирских шифтограмм .

В 1956 году врачи пытались диагностировать новую болезнь в Минамате, небольшом приморском городе в префектуре Кумамото. Люди, пораженные этой загадочной болезнью, большинство из которых было рыбаками и членами их семей, становились вялыми, у них появлялись судороги, мышечная слабость, трудности с речью, паралич и даже слабоумие. Поскольку болезнь была локализована в Минамате, врачи решили, что это эпидемия инфекционного заболевания, но затем исследования заставили их сделать шокирующие выводы. Выяснилось, что пациенты получили серьезное отравление ртутью, источником которой было местное химическое предприятие Chisso Corporation. Уже сорок лет оно загрязняло окружающую среду, а также отравляло рыбу, попадавшую на стол к жителям города. Названная «болезнью Минамата», эта эпидемия стала одной из самых страшных экологических катастроф не только в истории Японии, но и во всем мире. Ее почти 2300 жертв стали символом темной стороны японского индустриально-экономического чуда.