Похожие на «Бродвей. Черное море»

В середине 1970-х группа молодых людей оставляет свои дома в Западной Ирландии, садятся в лодку в Дублинском заливе и отправляются в морское плаванье в Англию, в надежде сделать состояние и вернуться домой. Тридцать лет спустя только один, Джеки Флеин, возвращается домой. В гробу. Пятеро друзей Джеки воссоединяются после его кончины, когда им приходится встретиться с реальностью лицом к лицу – реальностью их отчуждения как долгосрочных эмигрантов, у которых не осталось места, которое они могут назвать домом.

Демонстрации антифашистов и анархистов на 1 мая в Кройцберге. Хиппи, покуривающие травку в Герлицер-парке. Заброшенный парк аттракционов. Штабы стартапов, коктейльные бары и лимузины. Трансгендеры, иммигранты и полицейские. Очередь в «Бергхайн». Не укладывающаяся ни в какие рамки ночная жизнь.Турецкие забегаловки, сквоты и мусор на улицах. Тойфельсберг, KaDeWe и Темпельхоф. Туристы, снимающие все это на смартфоны. Здесь есть место и гламуру, но шампанское неотделимо от денер-кебабов, а красная дорожка Берлинале — от бездомных, собирающих бутылки, потому что красота Берлина заключается именно в его пресловутом разнообразии.

В 1979 году продюсер The Beatles Джордж Мартин построил звукозаписывающую студию на вулканическом островке Монтсеррат в Карибском море. В этом райском уголке творилась музыка 80-х — у Мартина гостили Стинг, Пол Маккартни, Элтон Джон, The Rolling Stones, Duran Duran: для них это место было чем-то вроде богемного тропического ретрита, куда можно сбежать от всего мира.

Заброшенное высотное здание банка в Каракасе — напоминание о глобальном финансовом кризисе — сегодня стало приютом доведенных до бедности семей. В центре Каракаса в небо, словно Вавилонская башня, возносится 200-метровое здание заброшенного банка. Руина из стекла и стали является постоянным напоминанием о глобальном финансовом кризисе, его причинах и последствиях. Это обветшалое здание стало приютом для 750 доведенных до бедности семей, перебравшихся сюда от отчаяния и сумевших создать свое собственное почти идеальное микрогосударство. Власти города предпочитают не замечать их, а соседи — боятся. Тем не менее, это сообщество — довольно успешная альтернатива тому миру, в котором для большинства обитателей башни не нашлось места.

В отдаленном районе Португалии Бароссо, в изолированной от мира горной местности живут люди, образ жизни которых, кажется, застыл во времени. Они пасут свои стада, следят за сменой сезонов, живут, как жили их предки, в одном ритме с природой. Люди понимают, что их мир находится на грани исчезновения, что их образу жизни суждено исчезнуть. Поэтому они предаются воспоминаниям, чтобы всё сохранить в памяти.

Полуразрушенные дома с выбитыми стеклами, заброшенные шахты, ржавые канатные дороги и пустынные улицы. Город-призрак Чиатура в Западной Грузии выглядит как полномасштабная декорация постапокалиптического фильма. В советское время здесь добывали марганец и пророчили городу большое будущее. Теперь в нем воцарились серость и безысходность, у людей нет ничего. Но им ничего и не надо. Грузин не переживает, что живет в аду, потому что не чувствует себя хозяином своей земли, и граница его личного мира проходит там, где кончается он сам. По этой же причине, видимо, отпадает необходимость приводить страну в порядок, менять обстоятельства жизни: – а зачем? – ведь Бог не оставит, сбережет, прокормит и даст все необходимое. Что это, если не античная трагедия народа – трагедия рока. Но, с другой стороны, что, если не беспечность, помогает грузинскому народу выжить? Может быть поэтому всегда говорят, что главный, неиссякающий ресурс этой страны - люди.

Антарктида. Российская полярная станция Беллинсгаузен. В течение целого года, в полной изоляции от Большой Земли, здесь живут пятнадцать человек. Они «зимуют». «Зимовка» – это два-три щитовых домика на сваях, вокруг только снег и лед. Холод, ветер, темень. Маленький замкнутый коллектив в замкнутом пространстве и длинная, медленная зима…

Молодое поколение, пойманное в ловушку на территории Газа между Израилем и Египтом, управляемой Хамасом, проводит время на местных пляжах. Ребятам надоели оккупация, война и религиозный фанатизм. Они нашли свой способ протеста: сёрфинг. Фильм показывает мечты и надежды молодёжи пограничного региона, в котором старшие уже потеряли всякую веру в будущее.

На фоне прифронтовой зоны в Восточной Украине существует особое убежище. Сюда привозят детей, чьи жизни перевернул конфликт. Через игры, ссоры и редкие улыбки они пытаются обрести опору под ногами, пока терпеливые воспитатели — вроде Ольги Троновой, Анжелики Столяровой, Маргариты Бурлуцкой — создают островок заботы. Камера фиксирует моменты хрупкого счастья и глубокой тоски, не показывая будущего ребят, но заставляя сердце сжиматься от тревоги. Это история о том, как в разбитом мире сохраняют достоинство и надежду.

Голливуд — гламур, звёзды, мерцание экрана. Но большинство работников киноиндустрии — по ту или другую сторону камеры — трудятся в поте лица без славы и денег, и, старея, часто лишаются средств к существованию. Тут на помощь приходит фонд Motion Picture & Television, дом престарелых в Вудлэнд Хиллз к северу от Голливуда.\n\nЗдесь ветераны кино могут продолжить свои занятия: на территории есть собственная телестудия, комнаты звукозаписи, писательские кружки и кинотеатр, оснащённый по последнему слову техники.

В начале гиганты сотворили горы и густые леса, окружающие городок Идре. Это самый маленький муниципалитет Швеции с населением всего в несколько тысяч человек, за которыми присматривает дружелюбный мэр-идеалист. Когда Идре начинают угрожать убыль населения и проблемы большого внешнего мира, мэр с широкой улыбкой и подарками наготове встречает каждого новорожденного ребенка, увеличивающего население городка. Возможно, город и деревня и отдаляются друг от друга, но регулируемые ЕС цены на молоко и миграционный кризис добираются и до самых окраин, где стареющий мэр встречает автобус с африканскими мигрантами с тем же радушием, что и новорожденного младенца.

В этом документальном фильме Михаль Боганим прослеживает жизнь трёх «одесских» общин: собственно одесскую – в Украине, вторую – в Нью-Йорке и третью – в Израиле. Одесситы из Восточной Европы стремятся к своим «die goldene medina»: в Америку и Израиль. И где бы ни оседали эмигранты, как бы ни приспосабливались к другим жизням и городам, они повсюду создают свою маленькую Одессу.

Неаполь, район Трайано. Первоначально на этой окраине планировали разместить жителей неполитанских трущоб, которые тянулись вдоль моря и которые были разрушены во время войны. Но временное жилье, включая подвалы, превратилось в постоянное, вскоре район стал похож на гетто. Алессандро и Пьетро по 16 лет, они снимают себя на смартфон, чтобы рассказать о своем квартале, о своей жизни и дружбе. Они также рассказывают трагическую историю своего соседа Давиде – ни в чем не повинного паренька, которого после погони убил карабинер, приняв за находящегося в розыске преступника.

Териберка – это маленькая деревушка на берегу Баренцева моря. Она стала известной после выхода в свет фильма «Левиафан» Андрея Звягинцева, ведь именно там разворачивается сюжет фильма. Териберка стала символом российской глуши с ее атмосферой безнадежности и тоски. Однако российский предприниматель Борис Акимов сделал свой собственный вывод после просмотра фильма. Он решил, что неожиданная слава умирающего рыбацкого поселка может послужить во благо.

На Ребалде время остановилось. Современные крепостные добывают здесь сырьё для гламура – морские водоросли. Мужчины, женщины и дети трудятся в каторжных условиях, как и почти сотню лет назад это делали заключённые Соловецких лагерей. Колючая проволока на Ребалде становится символом нового рабства, подчёркнутого печатью социального неравенства, выдавливающего «маленького» человека из современного общества. Ребалда - это не просто точка на карте, Ребалда - это Россия.

Выбор каждого из трёх героев фильма — жить в маленькой деревне на Белом море, занесенной красным песком — вполне осознанный. Им не хочется уезжать. Они счастливы здесь от ощущения свободы, простора, красоты, от того, что делают то, что умеют и любят. И, кажется, что из-за этого их выбора, правильного выбора, судьба благосклонна к ним. Но это только так кажется…

В разгар сексуальной революции скромный торговец мясом Ларри Левинсон открывает в консервативном районе Манхэттена Plato's Retreat — первый публичный клуб для свингеров. В отличие от элитного Studio 54, сюда стекаются обычные американцы: водители автобусов, секретарши, домохозяйки. Под чарующие ритмы диско они танцуют без стеснения, плавают в джакузи и меняются партнёрами, превращая подвал престижного здания в эпицентр вседозволенности. Архивные кадры и откровенные интервью завсегдатаев показывают, как утопия свободной любви столкнулась с антисанитарией, налогами и надвигающейся эпидемией СПИДа. Режиссёры балансируют между восхищением дерзким социальным экспериментом и трезвым взглядом на его тёмные последствия, не раскрывая финального удара судьбы.

Где-то в лапландской глуши затерялась маленькая деревушка Одиночество. В этом удивительном месте всего 16 обитателей, и все они приходятся друг другу родственниками. В Одиночестве живет 23-летняя Хейди Андерссон, четырехкратная чемпионка мира по армрестлингу. Именно в этой маленькой деревушке, затерянной в глуши, она поняла простую истину: «В одиночку человек силен и может достичь многого, но вместе с другими он еще сильнее и может достичь еще большего».

Поселение Вилладжес в штате Флорида — дом престарелых, который разросся до размера города: 130 тысяч американцев переехали сюда, чтобы провести старость вместе с ровесниками в идиллических декорациях пенсионной утопии. Теннисные корты и безупречные лужайки, уютные и одинаковые домики, цветочные клумбы и теплые бассейны, тихие кафе и игральные клубы — здесь как будто есть все, чтобы умилиться, обуютиться и забыть о жизни вне Вилладжес и о смерти в перспективе. Но хаос проникает и в тщательно спланированную искусственную пастораль, потому что хаос этот находится внутри человека.

Отель «Челси» — сердце андеграундного Нью-Йорка. По списку его постояльцев и гостей можно писать историю американской культуры 60-х и 70-х. Но все это в прошлом — девелоперы собираются превратить потрепанную легенду в очередной бутик-отель на Манхэттене. Последние обитатели «Челси» — представители старой нью-йоркской богемы, эксцентричные пенсионеры творческих профессий. В коридорах здания уже стоят леса и снуют рабочие, но они отказываются верить в то, что скоро эти стены станут чем-то другим.

Итальянский островок Лампедуза – почти самая южная точка Европы – в объятьях зимы. Туристы уехали, на острове кроме местных теперь прибывающие мигранты, находящиеся в постоянной борьбе за то, чтобы попасть на континент.\n\nКогда пожар уничтожает старый паром, связывающий остров с Италией, мэр Джузи Николини вместе с рыбаками острова вступают в борьбу за новый корабль.\n\nВ конце концов беженцев вывозят на континент самолетом, но остров остается отрезанным от мира, а запасы еды иссякают. Тогда местные жители тоже начинают протестовать.

Хлеммур — центральный автовокзал Рейкьявика. Как на всяком вокзале, в нем есть кассовый зал, скамейки для ожидания, закусочная и телефон. Кроме рядовых пассажиров, ожидающих прибытия своего маршрута, Хлеммур наполняет довольно разношерстная публика. На его скамеечках и в окрестностях «пасутся» алкоголики и бомжи, завсегдатаи и просто одинокие люди, которым некуда себя деть, приходящие с кем-нибудь поболтать. У каждого из них свои обстоятельства и своя, зачастую трагическая, история, заставляющая приходить сюда изо дня в день.

Мурманск, город за Северным полярным кругом. Холодный, ветреный, суровый. Город, в котором 40 дней длится полярная ночь и очень мало солнца. Это город, в котором жизнь людей безвозвратно связана с морем. Фильм рассказывает истории моряков и жителей города, показывает, как в Баренцевом море в тяжелейших условиях добывают рыбу и креветку и знакомит с удивительной природой Мурманской области.

Новая Зеландия - уникальная страна: маленькие острова на юго-западе Океании повторяют весь мир в миниатюре. Туристы, уставшие от популярных курортов, отправляются в Новую Зеландию за незабываемыми впечатлениями. Здесь можно насладиться роскошными пляжами и подышать горным воздухом, почувствовать ритм больших городов и уют деревень, далеких от цивилизации.

На фоне панорамы Вены и прекрасного Дуная предстает жизнь аутсайдеров приличного общества – молодых болгарских цыган. Эти парни переехали в столицу Австрии в поисках приключений, свободы и легких денег, но нищета толкнула их на торговлю телом. Застрявшие в этом темном мире, они проводят ночи, обслуживая клиентов — зачастую одиноких мужчин, живущих в социальном жилье. Однако несмотря ни на что парни чувствуют себя молодыми, азартными и свободными — может быть, первый раз в жизни.

На северо-востоке Большого Соловецкого озера, на берегу Белого моря, стоят покосившиеся избы. Многим — больше ста лет. Здесь нет ни воды, ни газа, ни электричества, ни сотовой связи. Это — посёлок Реболда. Место, которое оживает лишь в летний сезон, когда сюда приезжают небольшие артели. Изо дня в день, без отдыха и выходных, они выходят в море на лодках, чтобы добыть ценное сырьё.

Крестон — городишко на 150 жителей, спрятанный среди дюн и холмов Колорадо, прибежище адептов духовных практик и религиозных сект. Именно здесь обосновались творческой коммуной герои фильма, самопровозглашенные деятели альтернативного рэпа. Они годами живут в добровольной самоизоляции: растят марихуану, бьют тату, собирают полезные вещи по соседям, рассуждают о закатах и иногда подают сигналы во внешний мир, выкладывая свои хип-хоп-записи на SoundCloud и фото в Instagram.

Название «Кастро» получил занятый бездомными людьми дом в Риме, убежище для отверженных, дом для многих – и в то же время ничей. На протяжении десяти с лишним лет он был единственной надеждой в жизни множества семей. Еще вчера с его наличием мирились, но сегодня его уже нет. Съемки, длившиеся больше года, открывают нам повседневную жизнь общины, живущей в совершенно необычных условиях. Кастро, некое подобие Вавилонской башни, рассказывает о себе сам – языком с тысячью акцентов, но с одним и тем же повествованием: о попранных правах и несбывшихся надеждах.

Железные дороги. Заводы и фабрики. Кинотеатры, концертные залы и дворцы культуры с масштабными мозаичными панно. Больницы. Церкви. Зоопарки. Супермаркеты. Электростанции. Офисы. Кажется, все возможные места, где жил, работал, наслаждался искусством, ел, молился и любил человек разумный — прежде, чем навсегда оставить землю. Теперь эти рельсы ведут в никуда. Вечнозеленые джунгли наступают на индустриальные пространства. Дождь смывает все следы людского пребывания. Был человек — и нет человека.

Порт-Рояль — самый богатый город Карибского бассейна — столица грабежей, убийств и проституции. Город греха семнадцатого века. Когда 7 июня 1692 года на Ямайке произошло сильное землетрясение, Порт-Рояль ушел под воду, навсегда похоронив свои секреты в морской бездне. С тех пор он так и томится там – этот прекрасно сохранившийся затопленный город, скрытый от мира бушующими волнами океана.