Похожие на «Цена сахара»

В 2009-2010 годах мигранты, бежавшие из Африки от нищеты и войн, отправлялись морским путем в Италию в поисках лучшей жизни. Однако итальянские власти не позволяли лодкам, переполненным нелегалами, войти в свои территориальные воды. Этот фильм — о людях, пустившихся без воды и пищи в опасное плавание, но возвращенных назад и оказавшихся в лагере для беженцев в Тунисе.

В Колумбии проходит самый большой судебный процесс над военнослужащими, обвиняемыми в убийстве тысяч колумбийцев. Вместо того, чтобы наказать виновных и восстановить «мир и справедливость» судебное разбирательство затормозилось под давлением государственных политических и экономических интересов. Авторы фильма задаются вопросом, обречены ли семьи пострадавших остаться навсегда жертвами безнаказанности или же они смогут отстоять справедливость до конца?

Корень всех зол Америки в ее зависимости от нефти. Финансовые кризисы, растущий национальный долг, безработица и проблемы экологии – вот что получают США за то, что предпочитают утонуть в нефти, и не обращают внимания на новые источники энергии. Джошуа Тикелл – проповедник использования биотоплива и альтернативной энергетики – собирал материал для этого фильма одиннадцать лет. \n\n«Горючее» состоит из его размышлений, разговоров с экологами-активистами и знаменитостями (в кадре появляются, например, Шерил Кроу, Вуди Харрельсон и Джулия Робертс), и видеодневников Тиккела – прежде всего хроник его путешествия на автофургоне, заправленном растительным маслом.

Фильм повествует о судьбе трёх матерей-одиночек, проживающих в трущобах бразильского муниципалитета Байе. Несмотря на своё трудное положение, они, тем не менее, не теряют оптимизма и с надеждой смотрят в будущее. И помогает им в этом Норато, добродушный мастер по ремонту холодильников, сам родившийся и выросший в палафитах.

Документальный фильм о политическом убежище США, о том кто этого заслуживает, кто его получает и кто решает. Никогда прежде кинематографистов не впускали в закрытые помещения американского Управления по вопросам предоставления убежища (Asylum Office). Мы видим ожидающих разговора чужеземцев – они должны убедить чиновников в обоснованности опасений стать жертвой преследований в родной стране. Мы становимся наблюдателями реально происходящих событий – собеседований, которые проводят чиновники, а также дискуссий между самими служащими при оценке подлинности рассказанных беженцами историй.

В 1991 году около 18 000 албанцев (а говорят, что и больше) захватили «сахарный корабль» — корабль, пришедший в Албанию с грузом сахара, — и отправились на нем в Италию. Многие беженцы были вообще без вещей. Сутки корабль шел к Италии, к городу Бари, а тамошние власти, не зная, что делать с таким количеством беженцев, сначала выгрузили всех в порт, а потом отправили на стадион и опечатали выходы. Еду сбрасывали с вертолетов. Потом постепенно начали депортировать людей обратно в Албанию, хотя некоторым удалось сбежать.\n\nПолицейская съемка, рассказы беженцев и тогдашних чиновников — все это не может заставить зрителя поверить в реальность истории. Это правда: при виде тысяч людей, за которыми не видно корабля, чувствуешь себя индейцем, наблюдающим высадку Колумба.

Сегодня Уганда переживает серьезную трансформацию: более 85% населения, большинство членов Парламента и президентская чета – обращенные евангелисты. В центре внимания режиссера – мощное выступление протестантского правого крыла против «сексуальной аморальности».\n\nАмериканские мега-церкви развернули в стране масштабные кампании, которые заставляют африканцев следовать «закону Библии», в том числе и насильственными способами. Под видом христианской вести пропагандируется убийство людей за однополый секс. А на деле речь идет о захвате страны.

Съёмки молодого человека из пригорода Буэйнос-Айреса длились больше 25 лет — с момента его рождения до сегодняшнего дня. Используя семейный архив, режиссер показывает чаяния и переживания его родителей, бабушек, дедушек и даже прабабушек и прадедушек, которые возлагают большие надежды на Франциско — он непременно должен создать свою семью и продолжить род.

Режиссёр-документалист ставит опасный эксперимент: заменяет привычный рацион на продукты с маркировкой «здоровое питание», потребляя 40 ложек сахара в день. Под наблюдением учёных его тело стремительно меняется — от резких перепадов настроения до тревожных медицинских диагнозов. С помощью анимации, оживающих этикеток и звёздных гостей (Хью Джекман, Стивен Фрай) фильм раскрывает, как индустрия маскирует сахар в соках, йогуртах и мюсли. Путешествие в общины аборигенов и шокирующие примеры «газировочной эпидемии» доказывают: проблема — глобальна.

Камера колесит по виноградникам Бургундии, Тосканы и Калифорнии, вскрывая жесткие конфликты в мире элитного вина. В центре сюжета — «летающий энолог», чья наука превращает уникальные терруары в стандартизированный продукт. Против него — потомственные виноделы, верящие, что вино должно хранить историю земли. Дрожащий объектив выхватывает подковерные игры миллионеров, бунт мелких хозяйств и философские споры о будущем отрасли. 4 года съемок, 7 стран и 500 часов интервью на пяти языках — это беспощадный портрет капитализма, где на кону стоит сам смысл понятия «напиток богов». Фильм удостоен чести конкурировать в Каннах, вопреки правилам фестиваля .

Сквозь призму уникального доступа американского оператора зритель проживает четыре десятилетия кубинской истории — от относительного оптимизма 1970-х до «особого периода» нищеты после распада СССР. Камера ловит непарадную реальность: трое братьев, борющихся за урожай на истощенной земле; их сестра, мечтающая о медицинской карьере; пенсионер, чья квартира рушится на глазах. Параллельно — эксклюзивные диалоги с Фиделем Кастро, где диктатор предстает неожиданно харизматичным и ироничным. Визуальная хроника фиксирует контрасты: пламенные речи на трибунах и пустые полки магазинов, веселые уличные танцы и безнадежные очереди за хлебом. Финал эпохи — смерть Кастро в 2016-м — ставит точку в этом эпическом киноисследовании стойкости народа перед лицом вечных перемен.

Документальный фильм о жизни баскского анархиста Лусио Уртубиа. Контрабанда, армия, дезертирство, ограбления банков, массовая подделка документов, спонсирование множества революционных движений по всему миру – лишь неполный послужной список героя фильма. Несмотря на такой, казалось бы, чисто уголовный список дел – наш герой вовсе не плохой человек. Он не наживался на обычных людях. Он забирал деньги лишь у эксплуататорского класса и использовал их для помощи товарищам, протестным инициативам, революционным организациям. Лусио – Робин Гуд 20 века. Лусио – обычный трудящийся, который прошел все невзгоды, которые выпадают на долю обычного человека – бедность, тяжелый труд, армия, репрессии государства в ответ на попытки улучшить свое положение.

Фильм знакомит зрителя с исследованием крупной секс-индустрии Таиланда. Здесь есть множество особенностей, которые обычного обывателя повергнут в шок. В Бангкоке и прочих крупных городах торговля людьми чуть ли не причисляется к государственной политике. Жизнь многих молодых девушек в этой стране окутана плотной паутиной лжи.

Фильм исследует неожиданную эволюцию марихуаны в США — от сельскохозяйственной культуры времен Вашингтона до демонизации в эпоху «Reefer Madness». Через архивные материалы раскрывается, как чиновник Гарри Анслингер превратил растение в инструмент пропаганды, связывая его с насилием среди меньшинств. Особое внимание уделяется парадоксам «Войны с наркотиками» Никсона: вопреки рекомендациям комиссии о декриминализации, законы 1970-х разрушили жизни миллионов афроамериканцев, обогащая тюремный комплекс. Камера фиксирует переломный момент — легализацию в Калифорнии и Колорадо, где белые предприниматели возглавили «зеленую лихорадку», а пострадавшие сообщества остались за бортом. Фильм балансирует между шокирующими историческими фактами и остросоциальным анализом, оставляя зрителя с вопросом о цене прогресса .

Миллиардер Дональд Трамп, вопреки усилиям локальных активистов добившийся строительства фешенебельного гольф-клуба в шотландском округе Абердиншир, не намерен останавливаться. В новом фильме проблема рассматривается в более широком контексте: авторы изучают другие подобные случаи и, следуя за планами Трампа построить ещё один подобный курорт в Шотландии, задаются вопросом о цене, которую платят местные жители за возведение роскошных курортов для хозяев титанических состояний.

Смелый профессор и его сын отправляются в опасную экспедицию по африканским саваннам. На хрупком самолёте они исследуют маршруты миллионов антилоп гну, сталкиваясь с браконьерами и нехваткой ресурсов. Их воздушные съёмки впервые показывают масштаб Великой миграции и кризис дикой природы. Кадры стад, преодолевающих реки под атаками крокодилов, и львов в золотистой траве становятся сенсацией. Трагическая гибель одного из исследователей придаёт миссии священный смысл: спасти Серенгети от уничтожения. Подлинные герои — Бернхард и Михаэль Гржимек — превращают научные данные в мощный призыв к миру.

История стюарда Люфтганзы, который заразился СПИДом от парня-проститутки в Рио-де-Жанейро. Стюард встречается с режиссером, который решает, что было бы неплохо заснять на видео его поездку в Рио на поиски заразившего его хастлера в латиноамериканскую страну. В поездке его сопровождает оператор, снимающий этот фильм. Посещение притонов, мрачная ночная атмосфера грязного города, андерграунд, где все продается и покупается.

Документальное исследование глобальной мировой кофейной промышленности. Политически прямой и жизненный фильм от режиссеров Марка и Ника Фрэнсиса, который, конечно, заставит по-новому взглянуть на привычную чашку латте. Поскольку прибыль для многонациональных компаний кофе продолжает увеличиваться, цены, заплаченные за урожай, упали до такой степени, что фермеры в некоторых из бедных стран вынуждены отказаться от выращивания кофе. В Эфиопии проблема стоит особенно жестко. \n\nФильм следует за Тадессом Мескелой, Генеральным директором совместного союза, который представляет приблизительно 70 000 борющихся эфиопских фермеров. Фильм ведет нас к товарным биржам кофе в Нью-Йорке и Лондоне, где устанавливаются ежедневные цены, иллюстрирует, как требование клиентов на кофе росло в прошлое десятилетие.

Темой фильма являются мысли и чувства испанцев, живущих на крайнем юге страны – в туристическом рае, но одновременно месте смерти многих африканцев, пытающихся попасть в Европу. Для них желание изменить судьбу — желание, эмблемой которого стало путешествие через море с континента на континент, —оказывается сильнее, чем рассудок, чем страх перед риском. Испанские же наблюдатели являются свидетелями перегруженных понтонов и неравной борьбы беженцев с морем. Их волнует вопрос об ответственности Европы, закрывающей перед пришельцами двери.

Изобилие ценнейших для мирового рынка минералов сначала привело в страну колонизаторов, а затем стало причиной долгой и кровопролитной гражданской войны. Страна обрела независимость в 1960 году, но это не остановило рабство, детский труд, геноцид. Фильм рассказывает историю переводчика Бернарда Калуме Булери. Он и его семья стали жертвами нескончаемой борьбы за контроль над месторождениями. Несметные природные богатства «достаются белым людям», а конголезцам приносят только несчастья, смерть, разрушения и нищету.

Люк Мулле показывает потогонные тунцовые фабрики Сенегала, банановые плантации Эквадора и птицефермы Франции – и подробно рассказывает о манипуляции ценообразованием, наценках, которые берутся из воздуха, ужасающих условиях работы. Люк Мулле предельно честен и к себе, так как в конце фильма говорит, что тоже является частью этой эксплуатационной системы.

Молодая девушка-африканка Бетти приезжает в Европу и сталкивается с непониманием и враждебностью полицейских и бюрократов. Она бежит из Франции в Грецию, из Греции в Испанию...\n\nФильм погружает нас в богатую событиями и очевидную реальность протестующей Европы. На лоне движений возмущённых, мы обнаруживаем глазами Бетти, мужчин и женщин, которые поднимаются против системы для того, чтобы люди могли жить в справедливых условиях. В центре событий мы видим массовые митинги протестов в Париже, Афинах и Мадриде с лозунгами против капиталистической системы.

С горы Гуругу, находящейся в Марокко, видно Мелилью – испанское владение на побережье Африки. Ступить на европейскую территорию – мечта сотен беженцев, проживающих в стихийном лагере на горе. От Мелильи их отделяет тройной забор. В лагере живут только мужчины. Время отмеряется от одной попытки перелезть через забор до другой. Некоторые после месяцев неудач возвращаются на родину, кого-то убивают при пересечении границы. Герой фильма, малиец Абу, снимает жизнь в лагере и регулярные попытки беженцев стать европейцами.

Беспрецедентный доступ к личным архивам, домашним видео и эксклюзивным беседам с семьёй, журналистами и агентами DEA раскрывает двойственную натуру самого могущественного преступника XX века. Зритель увидит становление «наркоимперии», контролировавшей 80% рынка кокаина США, и её падение. Фильм исследует парадокс «Робин Гуда из Медельина», чья жестокость унесла тысячи жизней, но чья щедрость строила стадионы и больницы для бедных. Архивные кадры роскошных поместий с зоопарками и тюрьмы-курорта контрастируют с хроникой бомбардировок и зачисток. Без клише и оценок, только факты и свидетельства очевидцев эпохи кровавого террора.

С 1960-х годов в Сачине в Западной Индии происходит беспрецедентная, нерегулируемая индустриализация, примером которой являются многочисленные текстильные фабрики. Фильм показывает ритм жизни и работу одной из них — огромной фабрики в индийском штате Гуджарат. Под шум машин разворачивается история трудовых будней тысяч рабочих, которым за 12-часовой рабочий день полагается 3 доллара. Перемешивая чаны с опасными химикатами, перенося груды свежевыкрашенной ткани, засыпая от переутомления у станка, индийские подростки и мужчины обеспечивают текстилем западную фэшн-индустрию.

После долгого отсутствия герой фильма Эмилио Пакулль возвращается в свою родную страну Чили. Он пытается понять имеет ли смысл жертва, которую принес его тесть Аугусто Оливарес. Он покончил с собой рядом с телом Сальвадора Альенде во время атаки на дворец Монеда в 1973. Используя историю своей семьи как отправную точку, герой рассматривает социалистические и демократические утопии 20 века.

История глубокого безразличия к правам человека в современной Камбодже, где простые рабочие становятся заложниками мировой индустрии моды, где молодежь бежит из сельской местности, чтобы пополнить ряды дешевой рабочей силы на швейных фабриках. Сюжет развивается в семье одного такого парня, которому прострелили ногу во время демонстрации трудящихся, и сейчас ему грозит ампутация. Мы видим, как семья все больше погружается во мрак безысходности, в то время как голодающие рабочие строчат на машинках, чтобы выдать на-гора сверхмодную одежду для отправки на Запад.

В этом документальном фильме показывается изнутри жизнь коренных жителей республики Конго. На примере нескольких героев мы увидим общую картину раздираемого на части клочка Центральной Африки. Из него высасывают жизнь не только корпорации, бизнесмены, повстанцы, бесчисленные болезни и голод, но и благотворительные фонды. Главный вопрос, которым задается режиссер: «Кому принадлежит бедность?». Кому это выгодно?

Вырванные гражданской войной из Судана, трое юношей — Джон, Пантеро и Дэниел — десятилетие живут в кенийском лагере беженцев. Неожиданный шанс везёт их в сюрреалистичный мир супермаркетов, лифтов и непонятных чипсов. Каждый шаг в Америке становится испытанием: от пользования плитой до социального холода. Они работают ночами, отправляя деньги на родину, но тоска по африканским закатам и близким разъедает душу. Фильм исследует не только бытовые парадоксы адаптации, но и экзистенциальную пропасть между выживанием и чувством дома, где воссоединение с матерью спустя 17 лет лишь обнажает невозвратность потерь.

Документальный фильм показывает, что золотая лихорадка в 21 веке всё ещё продолжается. В перуанских Андах на высоте более 5000 метров над уровнем моря самый высокогорный в мире населенный пункт Ла-Ринконада пережил за последнее десятилетие мощный наплыв населения. Люди живут в нищете, в самых суровых условиях, но надеются, что местные золотые рудники за один день решат все их проблемы.

Четыре семьи молочных фермеров в США борются за выживание: давление корпораций, долги и сомнения детей — продолжать ли дело предков. Режиссер Ян Хаакен избегает клише, показывая разрыв между романтизированным прошлым и жёсткой реальностью. Завораживающая аэросъёмка и откровенные монологи — о стойкости тех, кто кормит мир .

История одной из самых запутанных и печально известных тяжб — дела о так называемом Амазонском Чернобыле, когда 30000 коренных жителей эквадорской сельвы подали коллективный иск против американского нефтяного гиганта Chevron. В иске говорится, что заводы Chevron на протяжении последних тридцати лет систематически загрязняют воду, воздух и почву в Эквадоре. \n\nВ результате экологически чистые прежде леса превратились в огромную мертвую зону. Режиссер и его команда прослеживают, как разворачивалась эта юридическая битва и из небольшого местного дела превратилась в знаменитый международный процесс. Экологические последствия потребления ископаемых видов топлива в последнее время широко освещаются, «Нефть» же уделяет основное внимание тому, что зависимость человечества от нефти зачастую стоит жизней, и тому, как трудно привлечь корпорации к ответственности за это.

Фильм повествует об эпической борьбе жертв диктатуры генерала Франко, которые и по сей день продолжают добиваться справедливости. Картина снималась на протяжение шести лет и прослеживает судьбы жертв и выживших, которые организуют движение «Аргентинский иск» и борются против государственной политики амнезии в отношение преступлений против человечности в стране, которая и четыре десятилетия спустя после конца диктатуры остаётся расколотой.

Прогрессивные американские кинематографисты в своём фильме убедительно и страстно свидетельствуют: политика администрации США в Сальвадоре терпит крах. Военные советники и новейшие виды вооружений не в силах спасти прогнивший режим. Программа «умиротворения», унесшая в маленькой центрально-американской стране десятки тысяч жизней, привела к дальнейшему обострению положения во всём регионе. Поражение империализма в этой горячей точке планеты неизбежно. Так было во Вьетнаме, так будет и в Сальвадоре — такой вывод делают создатели фильма.

Этот документальный фильм запустил в движение «Третий кинематограф» и нанёс латиноамериканское кино на карту мира. Он сочетает в себе новые и старые кинокадры, объясняющие историю Аргентины и волну революционного энтузиазма, который охватил многие страны Латинской Америки. От испанских колонизаторов к современным военным конфликтам, финансируемым иностранными державами, этот фильм рассказывает о расизме, социальных потрясениях, массовых убийствах и политической ситуации, которая может измениться в ходе революции.

По мере того, как в Мексике процветали картели и росла их жестокость, феномен насилия превратился в трагическую характерную особенность жизни и сознания граждан. Основываясь на непосредственных свидетельствах жертв и самих злодеев, фильм исследует проблемы того, как страх и неуверенность проникли на все уровни жизни мексиканского общества. Авторы задаются вопросом, какой смысл можно найти в этом насилии и порождаемом им ужасом.