Похожие на «Evolution with Extinction»

О жизни и творчестве легендарного американского стендап-комика Джорджа Карлина. Фильм без прикрас раскрывает личность комика: его творческий метод, проблемы с наркотиками, сложные отношения с семьей. Артиста вспоминают именитые коллеги — Джерри Сайнфелд, Бетт Мидлер, Джон Стюарт, Кевин Смит, обсуждая его бесспорное влияние и даже называя «The Beatles от мира стендап-комедии».

За последние 50 лет отношение к мексиканской кухне претерпело радикальную трансформацию. Книга Дианы Кеннеди «Кухни Мексики», вышедшая в 1972 году, стала бомбой, запустившей процесс, который изменил и экспортный вариант мексиканской стряпни, и отношение к кулинарному наследию в самой Мексике.\n\nНастоящую гастрономическую Мексику Диана продолжает искать и сегодня, в свои 96: колесит на потрепанном пикапе по деревням и весям, общаясь с людьми и изучая оригинальные рецепты, технологии, продукты.

Рождение детей третьего мультирасcового поколения в семье режиссёра совпало с шокирующим прогнозом: к 205 году каждый пятый американец будет идентифицировать себя как представитель двух и более рас. Но когда его сыну отказали в приёме в школу из-за отказа указать «основную расу», автор берёт камеру. Его личное расследование о том, почему цвет кожи всё ещё разделяет общество, превращается в мощный вызов системе .

Джоанна Харкорт-Смит — богатая наследница и представительница богемы — познакомилась с гуру психоделической революции и верховным жрецом Братства вечной любви Тимоти Лири в 1972 году в Швейцарии. Ей было 26, ему — 52, и он попал в Европу, бежав из американской тюрьмы. За психоделической свадьбой через две недели после знакомства и марш-бросков по миру в попытке спасти Лири от преследований властей последовала экстрадиция в США. По прошествии времени Джоанна стала подозревать, что ее роман был срежиссирован американскими спецслужбами, чтобы вернуть Лири в США и заставить работать на правительство.

Сквозь редкие архивы и неожиданные гипотезы (возможный мусульманский прообраз!) этот документальный трип раскрывает тайны главного символа свободы. Диана фон Фюрстенберг ведёт зрителя от мастерской Бартольди до протестных баннеров современности, доказывая: факел Леди Либерти светит каждому изгнаннику. Захватывающий визуальный эксперимент с паспортными штампами и 3D-реконструкциями.

Потрепанный бар где-то на окраине Лас-Вегаса устраивает праздник — в честь последнего дня работы перед закрытием. С заведением приходят попрощаться завсегдатаи: алкаши, уличные философы, неудавшиеся актрисы. Фильм проживает с ними этот день от рассвета до заката. Однако на самом деле, зафиксированное на пленке прощание — импровизация, сам бар не закрывается, а его посетителям предложено сыграть самих себя.

Через века тесного соседства в штетлах — мир, где судьбы евреев и неевреев переплетались неразрывно. Малоизвестный факт: эта жизнь продолжалась даже в СССР после войны, пока в 1990-х всё местечко не «выехало» за океан. Фильм восстанавливает мозаику исчезнувшей реальности через воспоминания, архивные материалы и голоса тех, кто помнит последние дни этого мира. Каждая капсула времени — от довоенных улиц до советских квартир — раскрывает хрупкость человеческого наследия. Где теперь искать корни? Ответ — в кадрах, которые больше никогда не повторятся .

Примерно 65 миллионов человек покинули свои дома, спасаясь от голода, бедности, климатических изменений, войн. В фильме отражены события одного года, происходившие в 23 странах. Это драматические истории людей из Афганистана, Бангладеш, Франции, Греции, Германии, Ирака, Израиля, Италии, Кении, Мексики, Турции. Они в отчаянии ищут безопасности, крова и справедливости.

Соседи, горожане, а затем и вся страна долгие годы верили в тщательно обставленную и мастерски созданную легенду о безнадежно больной дочери и круглосуточно присматривающей за ней самоотверженной матери. Правды не знал даже родной отец девочки. Удивлению не было предела, когда после убийства мамаши выяснилось, что её «смертельно больная дочь» всегда была здорова. Девушка сумела убедить своего тайного онлайн-бойфренда спасти её от гиперопекающей матери.