Похожие на «Кампания»

Японский модельер Йоджи Ямамото известен во всем мире. Даже те, кто не следит за модой, вынуждены быть в курсе его коллекций. Недаром уровень криминальных боевиков критики всерьез определяют по тому, одеты мафиози в костюмы от Армани или от Ямамото.\n\nВ фильме всемирно признанный автор предстает в необычном ракурсе. Вендерс был допущен в святая святых - мастерскую. Ему было позволено снимать Ямамото за работой. Мы получаем уникальную возможность, следить за работой мастера, за тем, как он общается с топ-моделями и советуется с портными.\n\nНа наших глазах из кусков материи возникают платья, безупречные по стилю и фантастические по цене. Ямамото раскрывает Вендерсу секреты вдохновения, делится своими мыслями о Нью-Йорке и Токио, о скрытых от непосвященных тонкостях, позволяющих жить в двух разных мирах.

Съёмки молодого человека из пригорода Буэйнос-Айреса длились больше 25 лет — с момента его рождения до сегодняшнего дня. Используя семейный архив, режиссер показывает чаяния и переживания его родителей, бабушек, дедушек и даже прабабушек и прадедушек, которые возлагают большие надежды на Франциско — он непременно должен создать свою семью и продолжить род.

Когда разрушительное землетрясение превращает Гаити в руины, голливудская икона бросает съемки и летит в эпицентр катастрофы. Без воды и электричества, среди отчаяния он создает полевой госпиталь, борется с бюрократией и ищет тонны морфина для тысяч жертв. За кадром — его личная трансформация: от скандального актера до неутомимого спасателя, чья миссия длится годы .

Джафар Панахи был осужден «за деятельность, направленную на подрыв национальной безопасности, и пропаганду против режима» после того, как начал снимать фильм о волнениях, последовавших за переизбранием Махмуда Ахмадинеджада в июне 2009. Вынесенный приговор был суров: 6 лет тюремного заключения и лишение на 20 лет права снимать фильмы, путешествовать или давать интервью. В этой картине показан один день из многих в ожидании результатов апелляции на решение суда. Чтобы формально обойти запрет снимать кино, режиссер творит в предлагаемых обстоятельствах, сидя у себя дома. Он читает перед камерой неосуществленный, отклоненный властями сценарий будущего фильма, доказав простую истину: если ты режиссер, если руки твои не связаны, ты найдешь способ снимать…

Фильм повествует о судьбе трёх матерей-одиночек, проживающих в трущобах бразильского муниципалитета Байе. Несмотря на своё трудное положение, они, тем не менее, не теряют оптимизма и с надеждой смотрят в будущее. И помогает им в этом Норато, добродушный мастер по ремонту холодильников, сам родившийся и выросший в палафитах.

В разгар Культурной революции Антониони неожиданно получил исходящее от высших эшелонов власти (по слухам, от самого Чжоу Эньлая) приглашение в КНР для создания фильма о прекрасном новом Китае. Восемь недель съемочную группу возили по специально отобранным местам в Пекине, Нанкине, Сучжоу, Шанхае и провинции Хэнань. \n\nНеусыпный контроль партийных товарищей не помешал режиссеру увидеть и показать свой Китай — не достижений, маршей и лозунгов, а человеческих историй и выражений лиц горожан и крестьян, малышей и школьников, роженицы и мастера тайцзицюань, на образцово-показательном рынке и в традиционном цирке. Фильм был сразу же запрещен Мао Цзэдуном и его кликой, сами китайцы смогли увидеть его лишь 30 лет спустя.

Ведущий-документалист окунается в эпицентр гендерных дебатов, вооружившись камерой и провокационным вопросом. Его путь лежит от американских университетов до поселений племени масаи в Кении, где камера ловит искренние реакции на фундаментальную дилемму. В фокусе — столкновение мнений психологов, трансгендерных активистов, хирургов (включая Марси Бауэрс) и профессоров вроде Джордана Питерсона. Особое напряжение создают моменты, когда интервьюируемые теряются, не находя непротиворечивых ответов. Фильм мастерски избегает дидактики, превращаясь в напряжённый интеллектуальный детектив с неожиданной развязкой.

После долгого отсутствия герой фильма Эмилио Пакулль возвращается в свою родную страну Чили. Он пытается понять имеет ли смысл жертва, которую принес его тесть Аугусто Оливарес. Он покончил с собой рядом с телом Сальвадора Альенде во время атаки на дворец Монеда в 1973. Используя историю своей семьи как отправную точку, герой рассматривает социалистические и демократические утопии 20 века.

Рим, 1967 год. Рабочие типографии в отчаянии захватывают фабрику, узнав о планах владельца продать землю под застройку. Документальная камера фиксирует их борьбу: от баррикад у станков до эмоциональных собраний. Неожиданный поворот — сами рабочие становятся соавторами фильма, а легендарный Джан Мария Волонте ведет повествование, придавая хронике мощь античной трагедии.

Рожденный от отца-грузчика и матери-уборщицы в южном районе Лондона, Морис Майклуайт выбрался из бедности к славе в 1966 году, когда сыграл бабника низкого происхождения по имени Альфи, а чуть позже — агента-очкарика Гарри Палмера в трилогии о шпионах. По ходу он выкинул вторую половину своей фамилии, заменив ее на более изысканную Кейн. \n\nВ начале своей карьеры Кейн был конченным пьяницей и драчуном. С тех пор он все время старается обуздать свою склонность к запоям и насилию, пытаясь при этом быть вежливо-утонченным. Кейн снялся более чем в 70 фильмах, но, вероятно, самый удачный и смелый из них — «Человек, который хотел быть королем» (1975), хотя «Золотой Глобус» он получил за «Обучение Риты», а «Оскар» — за лучшую мужскую роль второго плана в фильме «Ханна и ее сестры».

Группа ирландских телевизионщиков, приехавшая снимать фильм о Венесуэеле и Уго Чавесе, неожиданно для себя оказалась в самом центре государственного переворота. На них никто не обращал особого внимания, и им удалось сделать уникальные съемки уличных перестрелок, запечатлеть торжество заговорщиков, циничные откровения, когда, казалось бы, вся власть в стране перешла в их руки, запечатлеть полицейские репрессии против сторонников Уго Чавеса и, наконец, то, чем закончился этот переворот апреля 2002 года в Каракасе, опиравшийся на деньги, ложь, и (возможно) поддержку ЦРУ, когда в вооруженных столкновениях между противниками и сторонниками Чавеса погибло более 60 человек.

После смерти Фредди Грея в полицейской тюрьме по всему Балтимору вспыхнули протесты и беспорядки. Весь город был в ожидании решения судьбы шести полицейских, которые были непосредственными участниками инцидента. Действие фильма разворачивается вокруг совершенно разных слоёв общества: начиная от политиков, заканчивая представителями банд, которые участвовали в балтиморских событиях.

Дэйвид Сузуки, знаменитый канадский ученый, преподаватель, телеведущий и защитник окружающей среды читает свою «последнюю лекцию», посвященной тому, что он называет «сущностью моей жизни». В фильм вошли части его лекции, а также фотографии и дополнительные материалы, с помощью которых он пытается донести до зрителя свою главную мысль – мы истратили ресурсы биосферы и нам необходимо немедленно пересмотреть наше отношения с природой. Пока не стало слишком поздно.

«Токио-Га» — это фильм о том, что изменилось, а что осталось от того Токио, в котором с 1903 по 1963 года жил и творил режиссер Ясудзиро Одзу. После отрывка из фильма Одзу, с которого начинается «Токио-Га», Вендерс открывает глаза.\n\nВ сомнамбулическом состоянии Вендерс бродит по Токио и снимает все, как во сне. Его занимают технические моменты, которые отличаются от Европы: телевизоры в такси, карты метро, где все линии мигают и переливаются разными цветами... И вдруг в метро его блуждающий взгляд останавливается на мальчике, который в сутолоке и толчее упирается изо всех сил и не хочет никуда идти. Он поджимает ножки и виснет на руке матери, которая тщетно пытается заставить его вести себя прилично. \n\nИменно этот мальчик неожиданно вернул Вендерсу ясность зрения – он напомнил ему, зачем он сюда приехал и о чем хотел снять свой фильм. В этом мальчике Вендерс увидел одного из тех бесчисленных непослушных мальчуганов, которые так часто появлялись в фильмах Одзу. С этого момента Вендерс, по его собственным словам, «доверился городу». И город ответил ему взаимностью и стал показывать свои картины, которые Вендерс благодарно, подробно и неторопливо снимает.

«Предательство» повествует о семье, вынужденной эмигрировать из Лаоса в США в 1970-х годах. Главным героем фильма является Тависук Фрасават, второй режиссер картины. В фильме рассказывается о его юности, жизни в Лаосе и, после установления власти социалистов, переезде семьи в США. Фрасават, отец которого работал на американцев в годы войны во Вьетнаме, рассказывает о том, как ему приходится бороться за себя и своих родных в Нью-Йорке, в стране, которая задолжала его семье, но так и не выполнила своих обязательств.

Трёхкратный оскароносный режиссёр отправляется на Остров Свободы, чтобы взять беспрецедентное интервью у харизматичного революционера. На протяжении 95 минут разворачивается напряжённый диалог, где личные воспоминания о Че Геваре и Карибском кризисе переплетаются с острыми вопросами о диктатуре и свободе. Кадры архивной хроники и приватная обстановка кабинета Кастро создают эффект погружения в историю. Скандал разразился, когда HBO отменила премьеру из-за казни кубинских диссидентов — фильм годами пробивался к зрителю через фестивали, сохраняя актуальность опасных тем.

Через истории бизнесмена, пластического хирурга и жертв похищений раскрывается шокирующая связь между коррупцией властей и уличной преступностью. Визуально мощное кино с гиперстилизованными сценами (подглядывание Errol Morris) и резкой бразильской музыкой погружает в абсурдный мир, где фермы лягушек становятся инструментом отмывания денег, а реконструкция ушей — востребованной услугой. Фильм получил награды Sundance за режиссуру и операторскую работу.

Пригласив на съёмки Оно Матико (девушку из деревни Ниси Ёсино, которая ещё школьницей снялась в Судзаку) и Мику Мифуне (дочь Тосиро Мифуне), Наоми Кавасе сделала документальный фильм о фотосессии двух этих актрис, снятой её другом Аримото Синья, молодым фотографом и лауреатом премии Тайо. \n\nВ сложных, противоречивых отношениях между сельской девушкой и жительницей мегаполиса, между режиссёром и фотографом нашла отражение современная Япония.

Режиссер Риса Моримото узнала от двоюродного брата, что в конце Второй Мировой ее покойный дядя прошел подготовку в качестве летчика-камикадзе. Моримото никак не удавалось примирить воспоминание о добром японце, которого она знала с детства, с образом летчика-камикадзе. Она занялась поиском информации и выяснила, что существует целая группа пожилых японцев, которые из стыда, гнева и страха скрывали свое прошлое камикадзе. В основу фильма легли беседы Моримото с ними и с американскими ветеранами, оставшимися в живых после таких атак. В фильме подробно освещено отчаянное положение, в котором оказалась Япония в конце войны, а также предоставлена этим людям долгожданная возможность рассказать о своем опыте, поделиться эмоциями, а иногда и собственным негодованием с миром, который, к сожалению, слишком свыкся с феноменом террористов-самоубийц.

Фильм посвящён американскому политическому деятелю Энтони Винеру, его семье и штабу избирательной кампании, фиксирует этапы резонансного политического скандала. Возвращение дискредитированного экс-конгрессмена в политику принимает неожиданный оборот, когда он признаёт свою причастность к переписке сексуального характера. Хотя каждый его шаг оказывается в поле зрения СМИ, Винер упорно пытается прорваться.

Взгляд за кулисы двух самых знаковых президентов в Американской истории, Барака Обамы и Рональда Рейгана, увиденный глазами известного фотографа Пита Соузы. Как официальный фотограф Белого дома, Соуза был свидетелем уникальной и огромной ответственности быть самым могущественным человеком на земле. Фильм показывает, как Соуза превращается из уважаемого фотожурналиста в жгучего комментатора по вопросам, с которыми мы сталкиваемся как страна и народ.

В сердце токийского района Синдзюку раскрывается мир необычного ночного клуба, где харизматичные хозяева бросают вызов традициям. Камера наблюдает за их борьбой за место под солнцем, личными драмами и хрупкими мечтами в жёстких реалиях 1990-х. Режиссёры-документалисты фиксируют жизнь без прикрас, создавая портрет человеческого упорства .

Идея фильма проста: снять крупным планом, кадр за кадром, знаменитый 150-метровый японский свиток, повествующий историю о молодом генерале Минамото-но Йосицуни и его матери Токиве, которая была убита по дороге к храму Курама к северо-востоку от Киото. Но при помощи закадрового рассказа в исполнении Киоко Катаока древнее сказание о сыне, пытающемся отомстить за смерть своей матери, оживает как в современной манга или аниме.

В центре повествования картины – одиозная фигура Жана-Беде́ля Бокассы – президента Центральноафриканской Республики, который занимал свой пост с 1 января 1966 по 4 декабря 1976, а затем был провозглашен императором Бокассой I. Один из самых эксцентричных диктаторов XX века не брезговал человеческим мясом. По некоторым сведениям, Бокасса употреблял в пищу лидеров оппозиции, а однажды тайком накормил свой кабинет министров одним из его членов. Херцог дает образ Бокассы не прямо, а опосредованно, через персонажа своего фильма Майкла Голдсмита, который в свое время был заподозрен Бокассой в шпионаже и брошен им в тюрьму. Голдсмит словно путешествует по своему прошлому, встречаясь с людьми, причастными к режиму Бокассы и пытаясь с их помощью дополнить штрихи ужасного портрета человека, который так сильно повлиял на его судьбу.