Похожие на «Крошка из Бельвиля»

Молодая берлинская труппа берётся за оперу, посвящённую Холокосту — теме, к которой они не испытывают особенной эмпатии. Чтобы лучше изучить материал, они впервые в жизни отправляются в Терезиенштадт. В поездке их сопровождает Грета Клинсберг, харизматичная пожилая израильтянка, в своё время выжившая в концентрационном лагере.

Жозефина выросла в Швеции, смолоду зная семейное предание о том, как ее тетя Августа из Перу погибла с оружием в руках, отстаивая права бедных. Августа Ла Торре вместе со своим мужем создала маоистское повстанческое движение «Сендеро Луминосо» («Сияющий путь»). Они развязали гражданскую войну, длившуюся почти 20 лет, глубокие следы которой видны в Перу и по сей день. Ослушавшись своих родных, Жозефина едет в Перу, чтобы отыскать правду. То, что она узнает там, навсегда изменит ее жизнь.

Прекрасная актриса Лида Баарова обладала изумительным даром, который одновременно был как её величайшим даром, так и главным бременем. Её юный и привлекательный облик быстро привлек внимание в чехословацком кинематографе, превратив её в настоящую звезду. Однако её роман с Йозефом Геббельсом, министром пропаганды Третьего Рейха, превратил её в предателя в глазах собственного народа.

Таисия Платоновна Собянина — обычная женщина из «русских селений». Скрижали её судьбы хранятся в Дие — заброшенной деревеньке на севере Чердынского района. Это настоящий край земли, куда никогда не было дорог. В 2001 году Таисия была вынуждена уехать в цивилизацию. После отъезда из Дия она неоднократно отказывалась хотя бы ненадолго вернуться на родину (даже на вертолете). Однако летом 2022 года она отправилась в Дий вместе с сестрой. Что ждало женщин в родных местах? Почему Таисия в свои 72 года решилась на такое отчаянное путешествие?

Помимо своей воли домохозяйка из Северной Кореи оказалась в Южной и получила там гражданство. Она пыталась нелегально перебраться обратно, даже просила политического убежища во вьетнамском посольстве, но всё без толку. Семь лет безуспешных попыток вернуться домой к семье в Северную Корею ей мешает абсурдность политической системы. Её родные всё так же живут на Севере, и она боится, что со временем превратится для них в воспоминание.

Татьяна в 13 лет посетила греческий православный монастырь в Иерусалиме, где получила божественное откровение. Монастырь привлекал ее своей жизнью и она несколько раз сбегала туда из дома. В конце концов, вопреки желанию семьи, она покинула свою страну Израиль и приняла постриг в Греции. Два десятилетия спустя ее навещает младшая сестра Марина, надеясь убедить ее вернуться домой. Готова ли она понять чувства женщины, которая обрела счастье рядом с Богом?

Мэллори - женщина, которая пережила непростую судьбу. В прошлом алкоголизм привел ее на улицы, лишив дома. Однако только после того, как она познала радость материнства, она решила изменить свою жизнь и теперь стремится избавиться от своего греховного прошлого. Она также стремится помочь тем, кто оказался на дне, так как и сама она была в этом положении.

Изильда Ле Беско открывает перед зрителем мир квартала Марэ, ее любимого парижского района, показывая свои любимые места, призывая по-другому посмотреть на его историю. Марэ — культовое место, славящееся своим колоритом. С XIII века Марэ является еврейским кварталом Парижа. Позже Марэ облюбовали гомосексуалисты и лесбиянки. Большая их часть проживает в районе улиц Сент-Круа-де-ля-Бретонри (rue Sainte-Croix de la Bretonnerie) и Вьей-дю-Тампль (rue Vieille du Temple).

Швейцария была одной из последних стран в мире, предоставившей женщинам все гражданские права. Домашнее хозяйство, дети, церковь и кухня – на протяжении десятилетий этим ограничивалась сфера их деятельности, и им было очень трудно вырваться из этого «домашнего гетто». В течение долгого времени общественная жизнь и политика являлись прерогативой мужчин. Женщинам полагалось только готовить-стирать-убирать-растить детей. Режиссер на примере своих бабушки и мамы рассказывает о непростых буднях швейцарских женщин. Сегодня события тех дней смотрятся как комедия с легким чувством наивной грусти и воспоминанием метафоры «За что боролись...»

История журналистки, которая вместе со своим мужем попала в жернова репрессивного аппарата и была отправлена в трудовой лагерь после того, как в 1957 году Мао объявил программу под поэтическим лозунгом «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», направленную на плюрализм мнений относительно действий правящей партии.\n\nВсе действие локализовано в квартире героини фильма. Женщина монотонным голосом рассказывает о своей жизни, припоминая подробности и описывая исторические события, свидетельницей которых она стала. Постепенно пространство комнаты темнеет – история жизни длиною в полвека соответствует ритму смены дня и ночи.

Героиня фильма отправляется за любимым человеком в Голландию. В надежде обрести счастье она попадает в иной мир межличностных отношений. Через несколько лет мужчина, ради которого влюбленная женщина оставила родную страну, выучила чужой язык, изменила образ жизни, умирает. Его дети в тот же день выгоняют ее с сыном на улицу. Чувство юмора, сила воли и вера, продиктованная глубокой жизненной философией, помогают ей бороться за право остаться собой в чужой стране.

Когда Еве исполнилось 18 лет, в подарок от отца она получила фильм – про всю её предшествующую жизнь. Ведь отец Евы – режиссёр Йоши Шайдеггер – как одержимый документировал всё, что происходило с семьёй. А дочка всю жизнь тщетно пыталась спрятаться от объектива. После смерти отца Ева разобрала его огромный киноархив и сняла фильм о жизни своего отца.

В обычной жизни знаменитый венгерский композитор Имре Кальман был человеком угрюмым, рассеянным, нелюдимым и к тому же закоренелым холостяком. Но однажды Его величество случай свел маэстро с семнадцатилетней русской эмигранткой, подыскивавшей место статистки в театре. Мимолетное знакомство в уютном кафе на одной из улочек Вены обернулось для Веры Макинской удачно вытянутым лотерейным билетом. Верушке, как на венгерский манер стал звать ее маэстро, был нужен состоятельный муж. Так что ей пришлось пойти ва-банк и заявить, что она уезжает с богатым фабрикантом — только тогда Имре сдался. \n\nВ 1938 году их безмятежному счастью пришел конец. На евреев начались гонения. Кальман отказался от звания почетного арийца, пожалованного ему самим фюрером, и, опасаясь за жизнь детей, бежал из Вены сначала в Париж, а затем в США. Там у семьи начались денежные затруднения, и Вера устроилась продавщицей в меховой салон. Вдруг среди ясного неба грянул гром — Верушка без памяти влюбилась во французского эмигранта...

Роман норвежской актрисы Лив Ульманн и шведского режиссера Ингмара Бергмана — одна из вех ХХ века, событие-легенда. Когда Лив и Ингмар встретились на съемочной площадке «Персоны» (Persona, 1966), ей было 25, ему — 46, но это не имело никакого значения. «Я помню каждое утро, когда он приходил», «первое лето было чистым счастьем»: слово «счастье» вообще очень часто возникает в воспоминаниях Лив о тех днях, когда она, её партнерша по фильму Биби Андерссон, Бергман и оператор Свен Нюквист вели себя как дети, а вечерами болтали с духами на сеансах столоверчения. Вернувшись в Норвегию, Лив во всем призналась мужу (больше всего боялась, что расстроит свекровь), потом уехала к Ингмару на остров Форё, где они грезили наяву в только что построенном доме. Но вскоре в этом раю, отгороженном от мира стеной, стало понятно, что грезят они о разном, и счастье также мимолетно, как короткое скандинавское лето.

Для режиссера на протяжении трех десятилетий Иран был закрытой темой. Женщина старалась не вспоминать страну, в которой родилась и выросла и из которой вынуждена была бежать в Европу после прихода к власти радикальных исламистов. Спустя 30 лет она отыскала бывших соратниц по коммунистическому движению сопротивления. Шесть женщин, долгие годы сидевшие в тесных тюремных камерах и чудом выжившие в этой мясорубке, рассказывают историю ужаса первой иранской революции.

Бразильянка Клаудиа Лисбоа живет в Нидерландах и считает себя беженкой. «Беженка от красоты» – её фильм о себе и оставшейся в Бразилии семье: папе, маме, сестре, благополучных жителях города Бело Оризонте. Все они как минимум по разу побывали под скальпелем брата Клаудии, пластического хирурга. И саму Клаудию, с их точки зрения – блеклую никудышку, склоняют к тому же. Но что есть красота? На этот вопрос пытается ответить режиссер, базируясь на собственном и семейном опыте.

«Hit the road, бабушка» – история Делии Убальди: эта женщина сделала головокружительную карьеру и невероятно разбогатела благодаря деловой хватке, но всего лишилась из-за своего характера. Из Франции, куда в середине 1920-х родители увезли ее совсем ребенком, Делия возвращается на родину под конец Второй мировой войны и выходит замуж. Но послевоенная Италия не для такого предприимчивого человека, как Делия. Уже через несколько лет она бросает мужа и, оседлав волну экономического бума, развивает свой собственный бизнес в сфере моды.

Цита вместе со своей большой семьёй успела в детстве пожить во многих уголках мира. Каждое лето с братом Ласло она проводила в христианских лагерях. Постепенно, один за другим, её друзья присоединялись к ордену «Легион Христа». Спустя годы Цита приезжает в монастырь в Коннектикуте к своему брату в надежде понять, когда же произошёл разлом, который навсегда их разлучил.

Две сестры, кинорежиссер и фотограф, погружаются в прошлое своей бабушки. Женщина принадлежала к немецкому национальному меньшинству в Литве и во время Второй мировой войны в рамках нацистской программы «Домой в Рейх» была перемещена в Германию, где провела три года. Позже никто не мог объяснить, почему она по собственной воле вернулась в Советский Союз. Полная сюрпризов реальность оказалась драматичнее любого сценария.

На вопрос «Откуда ты?» большинство людей может ответить просто: назвать город, в крайнем случае – страну. Но Софи Вуковик такая ясность никогда не была знакома. Рожденная в еще довоенной Югославии, она провела детство в Австралии и Китае, юность – в Швеции. Перемещаясь по миру со своими родителями-иммигрантами, она пыталась, как и они, не помнить о своих корнях, чувствовать себя своей в чужих родинах. Как «девочки-оборотни» из японской манги, которой Софи увлекалась, она мечтала научиться менять форму, «красть» идентичности других людей, говорить их голосами, на их языках. Но взросление неизбежно принесло с собой вопрос: что есть дом?

Сухонькая старушка Нина очень слаба. Она просит свою внучку Надю переехать к ней, и в ее жизни начинается ад. Все, что было ей дорого, теперь под угрозой варварского вторжения четырех правнуков: и тихая квартира, и дорогие ее сердцу вещи, и даже рояль — единственная отдушина в ее жизни. Надя разрывается между детьми, и домом, пытаясь свести концы с концами. Она работает по ночам, чтобы прокормить семью. Как и многие женщины ее поколения, Надя пытается выжить в нестабильной постсоветской реальности.

У матери и её неизлечимо больной дочери-подростка сложные взаимоотношения. Девушка погружена в вымышленный чудесный мир своих рисунков и играет на сцене Джульетту, но абсолютно беспомощна в реальных бытовых ситуациях. Они живут вдвоем в маленькой квартирке на окраине мегаполиса. И вот однажды в их жизни появляется мужчина.

Когда-то маленькая Ангела маршировала в рядах пионеров Германии и старательно учила русский язык. Но принадлежность коммунистической партии была скорее вынужденной — она была дочерью священника, а дети представителей духовенства часто подвергались дискриминации в Восточной Германии. Когда Ангеле было 23 года, она написала докторскую по квантовой химии. В те годы она была типичным ученым — скромной, с виду не приметной, ходила в мешковатых юбках, но отличалась острым умом.

Молодая женщина отправляется из Израиля в Германию, чтобы разыскать следы своих предков в Берлине. Там, по словам ее бабушки, их семья владела культовым кафе, куда заходили ярчайшие представители немецкой интеллигенции 20-ых годов. Однако когда автор понимает, что вымышленное и реальное в этой семейной легенде неразделимы, ей и самой приходится выбирать между правдой, правдоподобием и мифом...