Похожие на «Кровавая дочь»

Неприметная девушка с ранчо совершает революцию в парижском искусстве: её новаторские танцы с гигантскими тканями и экспериментами света гипнотизируют публику. Поддержка харизматичного графа Луи открывает двери в элиту, но встреча с юной бунтаркой Айседорой перерастает в фатальное соперничество. За каждым триумфом скрывается физическая агония, а за блистательными костюмами — травмы и предательства. Как далеко можно зайти ради гениальности? Визионерская хореография и номинированная на «Сезар» операторская работа создают незабываемый визуальный ритуал.

Взгляд на последнее десятилетие жизни основателя The Beatles Джона Леннона — одного из самых влиятельных деятелей поп-культуры, ставшего символом целого поколения. Уникальные кадры и интервью, открывающие детали неизвестной жизни музыканта, и подробности мирового тура воссоединения The Beatles, который так и не состоялся.

Крылья бабочки в Нью-Йорке, сирена воздушной тревоги в Лондоне, шум взлетающих самолетов в аэропорту Ниццы — героини это фильма, женщины, стоявшие у истоков авангардной электроники, вдохновлялись звуком в любых его проявлениях и искали в новых технологиях свободы от мужского мира академической музыки, где бы им всегда пришлось быть на вторых ролях.

Загадочный режиссёр, десятилетиями избегающий публичности, предстаёт через призму своих культовых работ и откровений звёзд. Уникальные кадры со съёмок, искусно состаренные интервью с Дени Лаваном и Киёси Куросавой, а также комментарии Кайли Миноуг и Евы Мендес создают мозаику творческого метода. Визионерская стилистика «проклятого поэта экрана» раскрывается через неожиданные параллели: от танцующего на мосту Левана до гротескных образов «Святых моторов». Почему мастер прячется от камер, но жертвует всем ради искусства? Документалистка Тесса Луиз-Саломе держит интригу до финала.

Документальный портрет культового писателя, исследующий связь его романа «4321» с американской историей. Через призму четырёх судеб одного героя фильм погружает в размышления о случайности выбора, политике Трампа и утраченных идеалах США. Кадры из нью-йоркского дома, интервью с женой-писательницей и Вимом Вендерсом раскрывают творческую вселенную Остера .

После диагноза «рак горла» легендарный композитор погружается в поиски звуков, способных передать хрупкость бытия. Камера ловит его в Арктике, где он слушает таяние ледников, в Фукусиме — играет на пианино, выжившем после цунами («как на трупе утонувшего инструмента»), и в нью-йоркской студии, где рождается альбом «async» — медитация о вечности через шум дождя и скрип деревьев. Режиссёр Стивен Шибл показывает, как личная трагедия и протесты против атомной энергии сливаются в творчестве: от саундтреков к «Последнему императору» до экспериментов с шамисэном и вёдрами на голове. Без ложного пафоса, с серебряными волосами и стилем минималиста, Сакамото доказывает: даже в тишине есть музыка.

Сын пекаря, переживший войну, взлетел на вершину оперного Олимпа, собирая стадионы и дважды попадая в Книгу рекордов Гиннесса. Фильм раскрывает не только карьеру гения, но и его человечность: дружбу с принцессой Дианой и Боно, борьбу с сомнениями, масштабную благотворительность. Режиссёр Рон Ховард ловко сплетает частные архивы, концертные записи Dolby Atmos и редкие интервью, показывая, как артист ломал барьеры между классикой и поп-культурой, неся радость миллионам. Главное чудо здесь — не только неповторимый тенор, но и неиссякаемая любовь к жизни.

Слепой фотограф подвергает сомнению значимость изображений в нашем визуально пресыщенном мире. Музыкант, вынужденный отказаться от своей мечты из-за потери слуха, должен перекроить свое будущее. Художница, прототип героини фильма «Малышка на миллион», ищет свое место в жизни, еще не до конца понимая, что она может предложить миру...

Фильм о жизни выдающегося немецкого архитектора модернизма Готфрида Бёма, лауреата Притцкеровской премии 1986 года. Готфрид Бём – внук и сын архитекторов, и все трое его сыновей также посвятили свою жизнь архитектуре. Это уникальное семейство – четыре поколения немецкой истории и истории архитектуры. На момент создания фильма Готфриду 93 года, и он продолжает активную работу над новыми проектами, находя вдохновение в семье, общении с друзьями и ежедневном поиске нужной формы и пропорций.

Впервые после 40 лет молчания всемирно известная оперная дива дала разрешение на интервью. Редкие съемки, архивные фотографии, личные кадры — это говорит сама история, говорит сама великая Мария Каллас, а вместе с ней Мэрилин Монро, Ален Делон, Ив Сен-Лоран, Дж. Ф. Кеннеди, Лукино Висконти, Уинстон Черчилль, Грейс Келли, Элизабет Тейлор и многие другие.

Фильм про музыку, которую выкинули, считая неприемлемой, а её исполнение сделали невозможным. Сестра режиссера, известная певица и композитор Сара Наджафи, пытается провести в Тегеране концерт, в программу которого вошло бы исполнение женщинами сольных песен. В Иране после исламской революции 1979 года женщинам запретили петь на публике в присутствии мужчин. Сара Наджафи решает бороться с этим. Встречи с министром культуры, маршрут по культовым местам и концертным площадкам, где когда-то выступали музыкальные иконы Ирана, перипетии и поражения — всё это для того, чтобы устроить прекрасный концерт.

Через пыль архивных плёнок 1940-х оживает бунтарь Мерс Каннингем: юноша, бросивший вызов гравитации в прыжке, и хореограф, заставивший мир танцевать под хаотичный ритм игральных костей. Камера пронзает 3D-пространство его легендарных постановок — среди сосновых лесов, на крышах небоскрёбов и в подземных лабиринтах, где тела артистов становятся живыми скульптурами. Без музыки? Без сюжета? Да! Только чистое движение, рождённое в коллаборациях с Джоном Кейджем и Энди Уорхолом. Режиссёр Алла Ковган 7 лет реконструировала путь «невозможного гения»: от голодных гастролей в фургоне до триумфа в Париже, где его танцоры ужинали грибами, собранными Кейджем. Почему труппа распалась после смерти Мерса? И как русский балет повлиял на революцию в танце? История, где каждый шаг — вызов .

Перед тем как стать человеком, он был рыбой. Сейчас Ли «Скретч» Перри называет себя не иначе как Ноем. Его религия — его сердце; его законы просты — ганджа должна быть свободной, а бога нужно развлекать.\n\nОн продюсировал Боба Марли и писал альбом с The Orb, работал с Китом Ричардсом, Beastie Boys и Дэвидом Линчем, научил многих музыкантов пользоваться студией как инструментом и выпустил не один грандиозный даб-альбом. Он разговаривает с коровой и каждое утро вслух приветствует свой компьютер, кружится с раскинутыми руками вокруг Букингемского дворца и напоминает, что все тени одного цвета. «Visions of Paradise» — это документальная сказка по мотивам 13 лет, проведенных немецким режиссером Фолькером Шанером в компании Ли Перри, от Ямайки и Эфиопии до Швейцарии и Лондона. Герой в ней предстает то ли поехавшим дедом, рассуждающим о космических путешествиях, то ли настоящим магом. То есть, вообще говоря, как тем, так и другим.

«Клэптон – это Бог» – этими граффити был расписан весь Лондон, а сам Клэптон стал безусловным героем гитары. Он — единственный музыкант, трижды избранный в Зал славы рок-н-ролла, 18-кратный лауреат самой престижной музыкальной премии мира «Грэмми» и один из лучших исполнителей всех времен. Но это на сцене, а за ней – трагедии и неустанный поиск.