Фильмы про гром

Мадрид, 2014 год. Переехав в новый дом, героиня обнаруживает старый телевизор и видеокамеру, оставленные мальчиком, погибшим 25 лет назад. Во время аномальной грозы техника оживает, создавая портал в прошлое. Предупредив ребёнка об опасности, женщина просыпается в кошмарной реальности: её дочь исчезла, муж не узнаёт её, а сама она стала известным нейрохирургом. Чтобы вернуть свою жизнь, ей придётся за 72 часа распутать хитросплетения времени, раскрыть холодное убийство и сделать невозможный выбор. Адриана Угарте блистает в роли матери, готовой бросить вызов законам физики. Режиссёр «Невидимого гостя» Ориол Пауло мастерски сочетает детективные твисты, визуальную атмосферу грозы и эмоциональную драму.

Пилот самолета оказывается после крушения самолета в вечных льдах. Ему надо как-то выжить, поэтому он научился охотится и добывать себе пищу. Так же ему еще предстоит позаботится о девушке-спасательнице, попавшей в шторм и находящейся в предсмертном состоянии. Людей никто не ищет, но герой принимает решение идти пешком ради спасения себя и своей спутницы.

После личной трагедии тинейджер Дэниел оказывается в курортном городке, где сталкивается с жестокими законами улиц. Его партнёрство с местным авторитетом Хантером стремительно превращается в криминальную империю: дорогие машины, пачки долларов и власть. Но летний рай рушится, когда Дэниел влюбляется в Маккейлу — сестру напарника, чья семья таит мрачные секреты. Под неоновым светом 90-х его выборы ведут к цепной реакции: полицейские облавы, бандитские разборки и надвигающийся ураган, сметающий границы между мечтой и кошмаром. Тимоти Шаламе и Майка Монро зажигают в этой визуальной симфонии от A24, где кадры дышат ностальгией, а саундтрек из хитов 80-х усиливает грань между роскошью и падением .

В послевоенной Англии частный детектив берётся расследовать убийство стареющего магната Аристида Леонидиса. Жертва найдена в фамильном особняке — месте, где переплелись амбиции, измены и тайны. Каждый обитатель дома, от гламурной актрисы до надменной аристократки, скрывает мотив. Среди них — бывшая возлюбленная детектива, внезапно ставшая главной наследницей. Расследование погружает в паутину лжи, где старинные портреты шепчут обман, а яд предательства смертельнее цианида. Звёздный ансамбль во главе с Гленн Клоуз и визуальная роскошь интерьеров усиливают напряжение. Финал шокирует даже знатоков Кристи!

Дочери Спенсера — Джесики — и её подруге Келли дарят венки, сплетенные из дерева желаний, которые, якобы, исполняют твои заветные мечты. В ту же ночь Джессике снится сон про то, как её отец и его верный друг Брю спасают принцессу из лап коварного тирана и погибают; Келли снится, что за ней приезжает красавец-принц, и она становится принцессой. На следующий день сон Келли исполнился. А как насчет сна Джессики?..

В роскошном заброшенном особняке юная героиня (Шри Крукс) строит свой странный мирок среди остатков прежней жизни. Смузи из испорченных фруктов, танцы с плюшевым жирафом — её будни полны недетской решимости. Но тени мертвого брата в соседней комнате и монстр, приходящий без приглашения, разрушают хрупкое равновесие. Когда внезапно возвращаются родители (Анна Торв, Фрэнк Грилло), их нервные объятия и шёпот за дверью вызывают больше вопросов, чем ответов. Режиссёр Акива Голдсман мастерски играет на контрасте: солнечные интерьеры скрывают апокалипсис за окном, а детская беспечность соседствует с леденящим саспенсом. Почему телевизор показывает лишь помехи? Кто оставляет синяки на хрупких плечах? Главная загадка — не природа зла, а истинное лицо тех, кто называет себя семьёй.

Отчаявшаяся героиня соглашается на эксперимент в высокотехнологичном учебном центре. Вместе с двумя напарниками она погружается в подземный бункер, где юные гении в неоновых очках дополненной реальности изучают мир... и испытывают границы контроля. Вскоре гармония рушится: дрожащие камеры фиксируют искажённые перспективы, а система наблюдения превращается в орудие хрупких, но безжалостных кукловодов. Элизабет Моррис, Эллиотт Лэнгридж и Кара Тоинтон ведут борьбу не только с восставшими детьми, но и с собственной дезориентацией в лабиринте цифровых галлюцинаций. Визионерская эстетика и синтетический саундтрек усиливают чувство надвигающегося технологического коллапса .