Японские фильмы про озеро

2563 год. После войны «Опустошения» уцелели лишь летающий город Залем и мрачный Айрон-Сити. Доктор Идо (Кристоф Вальц) обнаруживает на свалке останки киборга, даруя ей новое тело и имя Алита. Девушка ничего не помнит, но её инстинкты владения древним боевым искусством мгновенно проявляются. С помощью юного авантюриста Хьюго она исследует мир, где правят жестокие гладиаторские игры моторбол и охотники за головами. Когда Алита узнаёт о своей связи с марсианскими технологиями, за ней начинают охоту силы Залема во главе с загадочным Новой (Эдвард Нортон). Роза Салазар создала незабываемый цифровой образ, а Родригес мастерски сочетает философские вопросы о человечности с футуристическими боями, где каждое тело киборга — оружие .

Юный музыкант с волшебным сямисэном создаёт живые оригами, скрываясь от деда-тирана. Нарушив запрет, он попадает в погоню с ледяными колдуньями и теряет мать. Теперь его спасение — три магических артефаката отца, спрятанные в опасных землях. В странствиях к нему присоединяются суровая Обезьяна (Шарлиз Терон) и весёлый Жук-самурай (Мэттью Макконахи). Вместе они сражаются с гигантским скелетом и морскими чудовищами, раскрывая секреты прошлого. Фильм покоряет ручной анимацией в духе японских гравюр, философской глубиной и трогательной историей о памяти. Финальная битва с Лунным королём (Рэйф Файнс) решит судьбу мира.

Ейдзи работает тюремным служащим в Хокурику. В 53 года он теряет свою жену, которую очень сильно любил. Вскоре Ейдзи получает письмо от покойной с просьбой развеять ее прах над морем рядом с ее родным городом. Это кажется странным Ейдзи, потому что она никогда не говорила ни о чем таком при жизни, и он отправляется на родину жены, в Нагасаки, чтобы выяснить ее истинные намерения.

В результате массовой гибели людей, инициированной адептами культа КОВЧЕГ ИСТИНЫ погибло более сотни человек, в том числе и сами сектанты. Через три года, в годовщину трагедии, их родственники приезжают на место событий — на уединенное озеро, где все и началось. Там они встречают единственного оставшегося в живых сектанта — и с этого момента все принимает странный оборот.