Похожие на «Buzz»

34-летний Джонатан сидит за кулисами с оголенным членом. Он выходит на сцену и участвует в жёстком порно-шоу. Говоря на камеру об отце, который бросил семью, когда герой еще был совсем маленький, а теперь вновь ищет общения с сыном, Джонатан вдруг засыпает, как нарколептик. Это его защитная реакция от плохих воспоминаний. Также спасает Джонатана придуманный им экранный образ Агасси, который прославил его на весь мир.

Через интервью с музами — Шарлотта Рэмплинг, Изабелла Росселлини, Грейс Джонс — фильм исследует парадокс Ньютона: его снимки обнажённой женской силы шокировали мир, балансируя между эмансипацией и объективацией. Архивные кадры показывают мастера за работой: как он превращал холодные отели в сцены дерзких фантазий, бросая вызов «хорошему вкусу». Единственный критик — Сьюзен Сонтаг — ставит вопрос о мизогинии, но модели видят иное: сотрудничество, доверие и игривую провокацию. За кадром — детство в нацистской Германии и сложный брак, повлиявшие на его эстетику власти и красоты.

В 2011 году режиссер Стиг Бьëркман встречает Изабеллу Росселлини, дочь Ингрид Бергман, которая предлагает ему «снять фильм о Маме». С помощью Изабеллы Стиг сможет представить историю Ингрид, рассказанную ее собственными словами с ее собственными образами.У Ингрид Бергман было семь номинаций на премию Оскара, и три награды. Она признана одной из самых талантливых актрис золотого века голливудского кинематографа. Ее игра в таких фильмах, как «Касабланка» (1942), «Газовый свет» (1944) и «Осенняя соната» (1978) навсегда отметила историю мирового кино.Фильм, основанный на личных архивах семьи и интервью детей Ингрид, предлагает вниманию зрителей уникальный портрет великой актрисы с удивительной судьбой. История о том, как юная шведка стала одной из самых знаменитых американской актрис и звездой мирового кинематографа.

История знаменитого художника Оскара Рабина на фоне трех десятилетий советской истории, рассказ об успешном опыте противостояния режиму с помощью красок и кисточки. Это история о ненасильственном сопротивлении злу, о границах компромисса, о том, как люди пытались сохранить внутреннюю свободу, живя в не самой свободной стране.

Фильм вдохновлен перепиской двух ведущих португальских поэтов — Софии де Мелло Брейнер Андресен и Жоржа де Сены, длившейся с 1957 по 1978 год. Жорж де Сена был вынужден оставить Португалию по политическим причинам. Он переехал сначала в Бразилию, затем в США, занимаясь академической карьерой. В родную страну он так и не смог вернуться.

Фильм, посвященный художникам Валентине Кропивницкой и ее мужу Оскару Рабину, рассказывает о знаменитой лианозовской группе художников и поэтов, о рождении в конце 50-х второго русского авангарда и новой художественной среды нонконформистов.\n\nПосле разгромленной бульдозерами выставки неофициального искусства семья Валентины Кропивницкой была вынуждена эмигрировать. Вскоре ее супруга лишили советского гражданства, чем подарили обоим новую жизнь – жизнь парижских художников...

Забытая икона дизайна XX века наконец получает голос! Погружение в жизнь Эйлин Грей — бунтарки, чьи авангардные работы в лаковой мебели и архитектуре десятилетиями приписывали мужчинам. Как гений модернизма исчез из истории? Фильм исследует её дерзкие творения, тайны мастерской и триумфальное возвращение в пантеон великих. Визуальный праздник для ценителей искусства .

Камера скользит над волнами финских озер, вдоль изгибов легендарных стульев и фасадов зданий-шедевров, погружая в мир творческого союза двух архитекторов. Через никогда не публиковавшиеся письма, семейные кинопленки и интервью режиссер Вирпи Суутари показывает, как формировалось гуманистическое видение, ставящее человека в центр дизайна. Фильм путешествует по семи странам — от санatorium в Паймио до библиотеки в Выборге — раскрывая, как личная драма, страсть к экспериментам и сложности характера отражались в волнистых линиях фасадов. Особое внимание уделяется роли Айно Аалто: её текстильным орнаментам, стеклянным объектам и управлению мебельной компанией Artek, без которых наследие модернизма было бы иным. 103 минуты чистого кинематографического любования, где даже звуковой дизайн (скрип вазы Savoy, стук мрамора) становится частью истории.