Похожие на «Пленники Терпсихоры 2»

Редкий документальный эксперимент! Режиссеры Ракеш Мехра и Джефф Цимбалист создали гипнотический калейдоскоп из сцен и песен золотой эры Болливуда. Без интервью и пояснений — только чистый кинематограф. Амитабх Баччан, Айшвария Рай, Мадхури Дикшит мелькают в культовых образах, а монтаж связывает эпохи через ритм танца и мелодрамы. Завораживающе показано, как кино стало языком Индии: объединяя нацию после трагедий, высмеивая коррупцию в саркастичных номерах, воспевая любовь как бунт. Критики Variety и THR отмечают «энергетический удар», но сетуют на хаотичность . Это кино-признание в любви — со всеми грезами и противоречиями .

После оглушительного успеха в «Барри Линдоне» британский актёр совершает немыслимое: отказывается от карьеры, чтобы стать «правой рукой» культового режиссёра. Камера ловит его путешествие по США в поисках мальчика для «Сияния», изматывающие репетиции с Ли Эрми для «Цельнометаллической оболочки», титаническую работу над сохранением наследия мастера. Через интервью с Райаном О’Нилом, Мэттью Модайном и семьёй героя раскрывается цена одержимости искусством: разрушенные отношения, подорванное здоровье, но — бесконечная преданность Визии. Глоток правды о кинозакулисье без прикрас .

Глубоко на севере России, в городе, рожденном ГУЛАГом, вечная тьма становится метафорой идеологического тумана. Камера наблюдает, как подростки учатся убивать врагов в патриотическом клубе, а девочки оттачивают движения под народную музыку. Режиссер Ксения Охапкина (лауреат Карловарского фестиваля) без дикторских комментариев показывает контраст: золотой бюст вождя на полке, бесконечные заборы, лица детей, впитывающих миф о «героической жертве». Визуальная поэма льда и металла — о том, как государство заменяет семью, а реальность напоминает постапокалиптическую антиутопию. Номинант на «Оскар» от Эстонии.

На негостеприимном севере России, среди бескрайних гаражных массивов, разворачивается человеческая комедия-драма. Режиссёр Наталья Ефимкина приоткрывает двери в микрокосм, где мужчины всех возрастов и профессий создают альтернативную реальность: художник вырезает иконы, чудак десятилетиями роет подземную крепость, музыканты репетируют, а соседи то ссорятся в пьяной драке, то вместе чинят трубу. Сырая операторская работа и доверительная близость к героям — от паркинсоника до реконструкторов в форме вермахта — раскрывают абсурд и поэзию этого чисто русского эскапизма. Берлинский фестиваль отметил фильм за уникальный взгляд на «гаражан» — тех, кто превратил железные коробки в территорию надежды и больших мечтаний.

Лондонский поэт Суле, последний богемец Портобелло, цепляется за мечту вернуться на родину. Смерть друга обнажает его экзистенциальный кризис, но неожиданное предложение от посольства — выставка картин «Чёрные дыры» — даёт шанс на спасение. Сможет ли он победить пороки и завершить работы? Документальная драма о борьбе с внутренним хаосом .

Псевдодокументальная капсула времени переносит в эпицентр скандального «топлесс-движения» Сан-Франциско. Сквозь призму дерзких go-go выступлений под гитарные риффы The Aladdins раскрываются судьбы девушек: их откровенные размышления о профессии, мужчинах и личной свободе становятся социальным манифестом. Режиссёр-новатор сочетает кинематографическую поэзию — гипнотические крупные планы в духе французской новой волны, сюрреалистичные сцены танца у мчащегося поезда или на фоне небоскрёбов — с провокационными интервью. Бабетт Бардо, Дарлин Грэй и другие «букетические» красавицы предстают не просто объектами восхищения, а героинями эпохи перелома. Фильм-парадокс: воспевая телесность, он обнажает глубинные конфликты эмансипации, заставляя зрителя задуматься: что скрывается за пламенем их раскрепощённых сердец?

Сердце разрывается на части, когда влюблённые из Сараево и Дубровника пытаются быть вместе сквозь колючую проволоку послевоенных границ. Документальная камера ловит нервные взгляды, тайные встречи в разрушенных городах и яростное сопротивление семей — война кончилась, но её тень убивает чувства. Режиссёр Кустурицы создал хрупкий мир, где любовь становится актом неповиновения.

Режиссёр-лауреат Джош Фокс отправляется в кругосветную экспедицию по 6 континентам, чтобы найти ответ: что остаётся в человеке незыблемым, когда климат рушится? 120 минут чистого адреналина — от тихоокеанских островов до амазонских джунглей — где каждая встреча становится испытанием надежды. Фильм-манифест для тех, кто верит в силу человечности перед лицом катастрофы .

Смысл жизни одни ищут для себя сами, другим диктуют политические и религиозные деятели, третьи опираются на национальные и семейные ценности. Основной вопрос фильма: ради чего мы живем? Авторы задают его молодой аудитории, которая получает возможность сравнить собственные идеалы с жизненным опытом почти столетних свидетелей истории СССР и новой России.

Женя Цой - артист пародийного жанра, он перевоплощается в самых «попсовых» персонажей российского шоу-биза: Киркорова, Лолиту и иже с ними. Ему 33 года, и у него за плечами многолетний гражданский брак с самым харизматичным водителем автобуса в мире. Есть ли у них шанс и право жить, как им хочется, заниматься, чем нравится, любить друг друга и просто БЫТЬ в России 21-го века?

Девиз художника Питера Гринуэя – «искусство есть жизнь, а жизнь есть искусство», и здесь все его увлечения собраны и разложены по алфавиту, как бабочки в альбоме. Такой подход прекрасно подходит для режиссера-энциклопедиста. Откровенные разговоры с Пип, крайне восприимчивой шестнадцатилетней дочерью Гринуэя, открывают нам все, что есть в его жизни.

Герои фильма — обитатели дома престарелых в Стамбуле: пожилая армянка, помнящая о геноциде 1917 года, слепой фотограф, продолжающий снимать и возиться с камерой, артист и ловелас, цитирующий «Лолиту». Они изолированы в собственном теле, в своём прошлом, в маленьких коробочках своих комнат. Их истории — законсервированная жизнь, от которой доносится только слабое свечение. Но есть нечто большее, чего они уже не смогут передать, но продолжают чувствовать.

Это песни о любви, о тоске по дому, о войне и прощении. Но поют их не звёзды эстрады, а наркоторговцы, воры и убийцы, каждый из которых отбывает наказание в одном из почти тысячи российских исправительных лагерей или тюрем. Все они захотели поучаствовать в конкурсе песни «Калина Красная», и у каждого из примерно 700 тысяч российских заключенных есть такая возможность. Для Наталии Абашкиной, режиссера-постановщика финального концерта и души всей программы, работа с заключенными — призвание. Неустанно она путешествует по всей стране, открывая таланты, и принимая на себя заботу о своих воспитанниках. Режиссер Штефан Эберляйн отправился за ней. Его фильм даёт представление об этом параллельном мире. Герои ленты не только раскрывают личные судьбы, но и отображают социальную реальность государства, часто обвиняемого в произволе и жестокости. «Сказка о соловьях-разбойниках» также показывает, что даже в суровой реальности современной России с помощью великой силы музыки проявляют себя солидарность и человечность.

Наследник самой знаменитой американской художественной династии XX века создаёт свой живописный мир, полный поэзии и тонкого психологизма. Артистическая жизнь Нью-Йорка 1960-х, холмы Пенсильвании и скалистое побережье Мэна оживают на картинах Джейми Уайета, а героями его портретов становятся Рудольф Нуреев и Джон Ф. Кеннеди. Создатели фильма следуют за Джейми на ферму в Делавэре, где он жил с женой и музой Филлис Миллс Уайет, в мастерские его отца и деда в Пенсильвании, на острова у побережья Мэна, где он часто писал.

Один из самых значительных режиссеров Америки всего за четыре месяца до смерти откровенно рассказывает о своей судьбе. Воспоминания об иммигрантском детстве, начало карьеры в театральном кружке при Чикагском университете, комедийный дуэт с Элейн Мэй, первый успех на Бродвее, театральные постановки и плодотворное сотрудничество с драматургом Нилом Саймоном, головокружительный успех первых фильмов — «Кто боится Вирджинии Вулф?» с Элизабет Тейлор и Ричардом Бертоном и «Выпускник» с начинающим Дастином Хоффманом. Об этом и не только обладатель всех главных премий американского шоу-бизнеса Майкл Николс с обезоруживающей откровенностью и присущими ему остроумием и самоиронией делится со своим близким другом, театральным режиссером Джеком О’Брайеном.

Сквозь дым воспоминаний и архивные плёнки культовый режиссёр Абель Феррара воссоздает атмосферу самого мистического отеля Нью-Йорка. Здесь десятилетиями кипела творческая жизнь: в стенах Челси рождались шедевры под аккомпанемент джаза, скандалов и революций. Уникальный гибрид документалистики и игровых сцен (с участием Итана Хоука, Денниса Хоппера, Милоша Формана) погружает в лабиринт историй — от пьяных откровений гениев до леденящих кровь легенд о призраках. Фильм фиксирует переломный момент: под натиском новых владельцев анархичный дух последнего арт-сквота Манхэттена может исчезнуть навсегда, уступив место гламурному моллу. Что останется от мира, где творили, любили и умирали Хендрикс, Керуак и Дилан?

Завершающий фильм документальной трилогии, начатой картинами «Око земли» и «Очертания луны». Режиссер Леонард Ретель Хельмрих продолжает исследовать положение общества в современной Индонезии. Противоречия, разрывающие страну — борьбу между христианским и мусульманским мирами и между различными слоями общества — режиссер снова показывает на примере жизни одного семейства, живущего в Джакарте. Бабушка Румиджа воплощает собой прошлое страны, в то время, как ее внучка Тари и правнуки Бакти и Дви, исповедующие ислам, символизируют ее настоящее — со всеми его противоречиями, проблемами и все возрастающим влиянием глобализации на традиционное общество. Специальный приз жюри на кинофестивале Санденс Приз за лучший полнометражный документальный фильм на фестивале документального кино в Амстердаме

Что объединяет нобелевских лауреатов, рок-идолов и культовых режиссёров? Герман Васке три десятилетия задавал один вопрос — «Почему вы творческий?» — великим умам современности. Его камера ловит искренние, парадоксальные и шокирующие откровения Дэвида Боуи, Йоко Оно, Дэвида Линча, Стивена Хокинга, Марины Абрамович и десятков других визионеров. От лондонских студий до лабораторий Кембриджа, фильм исследует неочевидные связи между наукой, искусством и одержимостью созиданием. Почему гении рискуют? Как рождается идея? Грань между безумием и озарением — в уникальном диалоге с творцами эпохи .

Раиса Горбачёва, Нэнси Рейган, Жаклин Кеннеди, Маргарет Тэтчер. Их имена давно стоят в одном ряду. Фильм — попытка переосмыслить роль Раисы Горбачёвой в истории современной России. Как девочка из простого села выросла в одного из главных гуманистов XX века, совершив революцию во многих сферах жизни страны? Почему именно Раисе Максимовне мы обязаны реформам в образовании, медицине, культуре, а озвученные ей мысли и идеи актуальны до сих пор? О роли женщины в обществе, семье, культурных и духовных ценностях.

«Трапеция», «Спартак», «Сладкий запах успеха», «Бостонский душитель», «В джазе только девушки». Тони Кертис — человек, повлиявший на Элвиса Пресли и Джеймса Дина, был одним из первых тинейджеровских идолов, и одной из последних подлинных кинозвезд. «Тони Кертис: на пути в мир звезд» представляет жизнь Кертиса во всем ее многообразии — от низов неблагопулочного Бронкса, до вершин голливудской славы, от Берни Шварца к Тони Кертису. Интервью с семьей Тони, друзьями, знаменитыми партнерами по съемочной площадке — Хью Хефнером, Гарри Белафонте, Дебби Рейнолдс, Мами Ван Дорен, Пайпер Лори, Терезой Рассел, Джил Кертис — переплетаются с эксклюзивными кадрами со съемочных площадок и фрагментами сыгранных ролей. Используя этот разношерстый материал, режиссер Ян Эрс рисует удивительно живой портрет одной из самых великих голливудских знаменитостей всех времен.

Что привязывает человека к месту на земле? Что позволяет ему сказать: «Я отсюда, это моя земля'? Что устанавливает границы нашего существования? Фильм погружает нас в жизнь подмосковного посёлка, где местные старожилы бок о бок живут с иммигрантами из Таджикистана. Как возникают, разрушаются и снова возникают я заборы между культурами и между людьми?

Загадочная британская музыкантка и ирландский военный фотограф путешествуют по горячим точкам планеты — от руин Кабула до трущоб Вашингтона. Их цель: вдохнуть боль и красоту этих мест в новый альбом. Зритель погружается в лабораторию творчества: студия за стеклом в лондонском Somerset House, где публика наблюдает рождение песен, становится метафорой хрупкости искусства. Кадры разрушенных кинотеатров, молитвы афганцев и подростки с псом по кличке Деньги превращаются в звуковые ландшафты. Но этический вопрос висит в воздухе: где грань между вдохновением и присвоением? Режиссёр ловит моменты откровения артистки: её смех в студии, раздумья о стоимости босоножек в Косово, тихий ужас перед реальностью войны.

Всего в 20 км от Кремля раскинулась запретная зона — гигантская свалка, где обретаются изгои общества. Сквозь 14 лет съёмок (2000-2014) режиссёр Ханна Полак показывает удивительную историю взросления Юли: с 10 до 24 лет девочка борется за мечту о нормальной жизни среди токсичных отходов, водочного бартера и зимних вьюг. Здесь находят роскошь в выброшенных журналах, создают музыку из хлама, а в разбитых зеркалах видят отблески красоты. Поразительная операторская работа превращает фольгу и картон в визуальную поэзию, а стойкость героини заставляет поверить: даже на дне есть место отваге и свету. Это гимн человеческому упорству без прикрас — и без спойлеров о том, сбудется ли Юлина мечта.

«Форпост» — это фильм откровение. Фильм — проверка на душевную вшивость. Сумел досмотреть до финала, значит сердце еще не заросло мхом, и ты еще не окончательно отделился от мира броней ороговевшей кожи. Фильм о чуде. Реальном и абсолютно не сказочном. Фильм об исцелении совершенно больных детей и об исцелении взрослых. Уже давно, особенно в кинематографе, понятие «герой» это безжалостный и решительный комок мышц. Оказывается можно и по другому. Не скулить, не жаловаться на здоровье, а стиснув зубы делать добро. Тем более, что его сейчас так мало. Ведь мы до сих пор не знаем, что такое жизнь. Временная командировка перед погружением в вечность или пешая прогулка из пункта «А» в пункт «Б». Фильм динамичен, с хорошим текстом и совсем не скучный. Бери и смотри.

Екатеринбургские дворы 90-х становятся живым портретом эпохи, где сквозь чёрно-белую хронику и зернистые кадры с телефонной съёмки возникает образ поэта, не нашедшего места в новой России. Режиссёр Алёна ван дер Хорст ведёт нас по следам его жизни: от голубых альбомов с фотографиями друзей-охранников, ставших жертвами времени, до балконной двери — последнего пристанища. «Земная шваль: бандиты и поэты» — эта строчка Рыжего звучит рефреном, пока камера ловит дрожь решёток на окнах и лица нового поколения, повторяющего старые ошибки. Фильм-ребус, где ответ на вопрос «Почему?» скрыт в ритме трамваев, разбрызгивающих «по небу сирень», и в молчании друга-убийцы, захлопнувшего дверь перед оператором. Призёр IDFA и Эдинбургского кинофестиваля .

Вырванные гражданской войной из Судана, трое юношей — Джон, Пантеро и Дэниел — десятилетие живут в кенийском лагере беженцев. Неожиданный шанс везёт их в сюрреалистичный мир супермаркетов, лифтов и непонятных чипсов. Каждый шаг в Америке становится испытанием: от пользования плитой до социального холода. Они работают ночами, отправляя деньги на родину, но тоска по африканским закатам и близким разъедает душу. Фильм исследует не только бытовые парадоксы адаптации, но и экзистенциальную пропасть между выживанием и чувством дома, где воссоединение с матерью спустя 17 лет лишь обнажает невозвратность потерь.

Европейская женщина находится много лет в рабстве в одной из семей. Она стала одной из 45 миллионов, которые являются жертвами современного рабства. И вот во время съёмок этого фильма женщина, наконец, находит в себе смелость и силы и решает навсегда покончить несправедливостью и унижением. Она хочет стать свободной. Удастся ли ей выбраться из плена и вернуться к нормальной жизни? Что ждёт её после освобождения?

История любви, бросающая вызов нашим утопиям и поискам свободы. Теряя идеалистическую любовь всей своей жизни, режиссер Майя Борг приглашает зрителей разделить с ней поэтическое путешествие и исследовать ни на что не похожую экономическую и социальную модель 95-летнего футуриста Жака Фреско. Сколько свободы мы можем дать тем, кого любим? И как много ответственности перед обществом мы готовы взять на себя?

Бразильянка Клаудиа Лисбоа живет в Нидерландах и считает себя беженкой. «Беженка от красоты» – её фильм о себе и оставшейся в Бразилии семье: папе, маме, сестре, благополучных жителях города Бело Оризонте. Все они как минимум по разу побывали под скальпелем брата Клаудии, пластического хирурга. И саму Клаудию, с их точки зрения – блеклую никудышку, склоняют к тому же. Но что есть красота? На этот вопрос пытается ответить режиссер, базируясь на собственном и семейном опыте.

Роман норвежской актрисы Лив Ульманн и шведского режиссера Ингмара Бергмана — одна из вех ХХ века, событие-легенда. Когда Лив и Ингмар встретились на съемочной площадке «Персоны» (Persona, 1966), ей было 25, ему — 46, но это не имело никакого значения. «Я помню каждое утро, когда он приходил», «первое лето было чистым счастьем»: слово «счастье» вообще очень часто возникает в воспоминаниях Лив о тех днях, когда она, её партнерша по фильму Биби Андерссон, Бергман и оператор Свен Нюквист вели себя как дети, а вечерами болтали с духами на сеансах столоверчения. Вернувшись в Норвегию, Лив во всем призналась мужу (больше всего боялась, что расстроит свекровь), потом уехала к Ингмару на остров Форё, где они грезили наяву в только что построенном доме. Но вскоре в этом раю, отгороженном от мира стеной, стало понятно, что грезят они о разном, и счастье также мимолетно, как короткое скандинавское лето.

“Никто не знает меня на самом деле; никто не знает тех сомнений, надежд, видений, которые у меня есть” — сказал однажды Шагал. Мир оживающий на полотнах одного из самых известных представителей художественного авангарда XX века открыто обращается к иной реальности. Шагал как предвестник лучшей действительности, в которой все старое горе преодолено счастьем, летящим на крыльях любви. \n\nХудожник, родившийся под Витебском, а позже эмигрировавший во Францию, нес радость в своей душе, в творчестве и передает ее нам — зрителям. Каждый, кто попытается объяснить эти яркие цветные вселенные Шагала рискует разрушать тайну, от которой они происходят и с которой играл художник. Режиссер этого фильма Ким Эвэнс приближается к этой ауре очень аккуратно и с предостережением. Он внимательно идет по следам живописца, через его автобиографию, студию во Франции и через его картины.

“Если бы у меня был какой-нибудь запасной вариант, вроде “я – дровосек”, то я бы так и представлялся. Но у меня его нет, и приходится говорить, что я рэпер”, – сообщает про себя Ричард Семашков (Рич). Творческий союз рэпер Рич + рэпер Хаски + писатель Прилепин сложился примерно четыре года назад. Вместе они записывают агрессивные антилиберальные треки (“Пора валить”, “Черно-белый буги”), посещают Донбасс – когда развозить гуманитарную помощь, когда участвовать в рэп-фестивалях, много говорят о политике и литературе. Творческие планы каждого из них вполне могут измениться в любой момент... В этом документальном фильме эти трое встретились на одном перекрестке.

В бескрайних просторах арктической Якутии, где вместо магазинов — горы, а холодильник заменяет ручей, живёт философ-отшельник Александр. Более 20 лет он ведёт борьбу за выживание в суровом краю, общаясь лишь с оленями и редкими гостями через рацию. Но в его сердце живёт невероятная мечта — кругосветное путешествие в Италию, Австралию, Тибет. Режиссёр Алексей Головков создаёт контраст между аскетичным бытом героя и богатством его внутреннего мира, где гармония побеждает холод. Фильм-лауреат фестивалей раскрывает парадокс: как человек, выбравший изоляцию, сохраняет открытость миру? Главная интрига — сможет ли он когда-нибудь шагнуть за пределы тундры.

Главный герой картины Майкл Найт в семнадцатилетнем возрасте оставляет материнский дом в Рочестере и отправляется в Пакистан, чтобы изучать ислам. Во многом сделать подобный выбор юнца спровоцировал его отец-шизофреник. Позже Майкл подписывает манифест панков-мусульман Таквакор. Его жизнь превращается в бесконечную череду скитаний по США и Пакистану в поисках романтики и лучшей жизни.

Херцог интересен как режиссер, как человек, который пристально и безоценочно следит за тем, куда может привести человека его мечта, его устремление. Вслед за Ницше, который считал человека промежуточным звеном в эволюции, я скажу, что человек — динамичная система. Он может развиваться куда угодно. Индуистская картина мира говорит о существовании многих миров, в которых обитают самые различные существа — от примитивных до высокоразвитых, от демонических до божественных. Но только человеческая жизнь считается наиболее ценной, потому что здесь можно изменить ситуацию, отсюда можно попасть из одних миров в другие. Это своего рода перевалочная станция, транспортный узел на просторах Вселенной. Потому-то мы и не можем стоять на месте. Нас все время куда-то влечет, мы все время хотим стать кем-то. Сухопутное существо человек то хочет плавать, то летать. Как герой фильма Вернера Херцога «Белый бриллиант», который с детства хотел летать — парить над лесами, пролетать под мостами, плавно огибая строения и деревья. Он задумал построить воздушный корабль типа воздушного шара и испытать его над джунглями Южной Америки. Первая попытка оказалась неудачной. Второй попытке как раз и посвящен фильм Херцога.

Героиня фильма отправляется за любимым человеком в Голландию. В надежде обрести счастье она попадает в иной мир межличностных отношений. Через несколько лет мужчина, ради которого влюбленная женщина оставила родную страну, выучила чужой язык, изменила образ жизни, умирает. Его дети в тот же день выгоняют ее с сыном на улицу. Чувство юмора, сила воли и вера, продиктованная глубокой жизненной философией, помогают ей бороться за право остаться собой в чужой стране.