Похожие на «С.П.А.Р.Т.А.: Территория счастья»

Экранизация реального судебного процесса 1920-1927 гг., который Франклин Рузвельт назвал самым ужасным преступлением против правосудия в ХХ веке. История двух итальянских иммигрантов, осужденных за разбой и убийства по ложному обвинению. Этот процесс, имевший оглушительный резонанс в мировом сообществе, должен был, по мнению правительства, дискредитировать и наказать «разбушевавшихся красных». Но фактически два простых итальянца (работник обувной фабрики и торговец рыбой) стали жертвами массовой истерии, охватившей все эшелоны власти, перед «засильем» красной пропаганды, профсоюзов и большевистской революции, которая уже победила на 1/6 территории земного шара.

Полуразрушенные дома с выбитыми стеклами, заброшенные шахты, ржавые канатные дороги и пустынные улицы. Город-призрак Чиатура в Западной Грузии выглядит как полномасштабная декорация постапокалиптического фильма. В советское время здесь добывали марганец и пророчили городу большое будущее. Теперь в нем воцарились серость и безысходность, у людей нет ничего. Но им ничего и не надо. Грузин не переживает, что живет в аду, потому что не чувствует себя хозяином своей земли, и граница его личного мира проходит там, где кончается он сам. По этой же причине, видимо, отпадает необходимость приводить страну в порядок, менять обстоятельства жизни: – а зачем? – ведь Бог не оставит, сбережет, прокормит и даст все необходимое. Что это, если не античная трагедия народа – трагедия рока. Но, с другой стороны, что, если не беспечность, помогает грузинскому народу выжить? Может быть поэтому всегда говорят, что главный, неиссякающий ресурс этой страны - люди.

Современный «Вишневый сад» вокруг Таллинского аэропорта. Из-за расширения взлетных полос, люди теряют землю, на которой они десятками лет выращивали сады. Огородники — бывшие работники заводов Таллина, которые закрылись в 1990-ые. Многие из них приехали в Эстонию по распределению со всех концов СССР. Сначала не стало страны, потом завода, а теперь не будет и огорода, давным-давно полученного от завода. Потери связей с землей, развитие технологического прогресса оставляет за бортом старое поколение ушедшей эпохи.

Ганина Яма – так называют в народе лес в двадцати с лишним километрах от Екатеринбурга. Когда-то здесь было 30 шахт, в которых добывали руду для Верх-Исетского завода. Здесь же в июле 1918 года с помощью огня, керосина и серной кислоты были уничтожены тела последнего российского императора Николая II, его жены, детей и последних верных поданных. Даже через 100 лет большинство историков так и не пришло к единому мнению по поводу всех обстоятельств этой трагедии, поскольку убийцы сделали все, чтобы максимально запутать и скрыть следы своего преступления.

Если сравнить нашу цивилизацию с часовым механизмом, то большинство людей знают только про его шестерёнки, как они движутся, как взаимодействуют друг с другом, при этом совершенно не догадываясь и не задумываясь о причине их движения. О пружине. В фильме рассказывается о надправительственной группе «Билдерберг». В группу входят финансовые магнаты, видные политические деятели, и прочие известные личности — пружина нашей цивилизации. Самое интересное, что «Билдерберг» решила совместить функции пружины и часовщика. Часовщика, что поставил целью вмешаться в механизм, удалить из него большую часть шестерёнок и на оставшихся соорудить нечто новое.

К началу 40-х годов прошлого века в СССР не должно было остаться ни одного действующего храма и ни одного «действующего» священника. Однако Великая Отечественная война, начавшаяся, согласно православному календарю, в День всех святых, остановила «смертельную» схватку государства и церкви. \n\nЕще в начале войны оккупационные войска пытаются использовать православную церковь, гонимую Советской властью, как аргумент в идеологическом споре с Советами. Придя в Россию, нацисты рассчитывают на помощь церкви в становлении новой власти и всячески приветствуют возрождение русского православия. Но вскоре происходят события, которые заставляют Гитлера издать директиву, в которой он категорически запрещает своим военным оказывать какое-либо содействие становлению церковной жизни на захваченных землях…

Михаил Задорнов опровергает утверждения официальной науки и предлагает новый взгляд на историю России: «Такой истории у нас ещё не было!». Кто на самом деле основал российское государство? Кто изобрел алфавит? И кто на самом деле основал европейские города? «Наш народ хочет знать правду о своём прошлом».

Центрально-Африканская республика. Здесь под сенью многоярусовых дождевых лесов живет племя самых маленьких людей на планете — пигмеев Баака. Как и сотни лет назад они охотятся и собирают дары больших деревьев. Молятся духам леса и учат своих детей уважать природу, беря от неё лишь то, что необходимо для жизни. Но постепенно их традиционный уклад жизни меняется под натиском культуры «Большого Мира».

Летом 2014 года группа актёров «Гоголь-центра» (г. Москва) и Государственного академического театра драмы им. Фёдора Волкова (г. Ярославль) во главе с Кириллом Серебренниковым отправились в экспедицию по Ярославской области. Цель экспедиции – подготовка спектакля по поэме Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо». Театр изучал жизнь, читал некрасовскую поэму вместе с жителями деревень, городов, записывал документальные монологи людей, задавал каждому человеку один из главных вопросов поэмы и сегодняшней жизни: «Кому на Руси жить хорошо?». Артист «Седьмой студии» Александр Горчилин и оператор Ксения Середа фиксировали каждую секунду этого удивительного исследования-путешествия. В результате возник документальный фильм #КОМУНАРУСИЖИТЬХОРОШО.

В августе 1991 года независимая театральная группа собралась для репетиции проекта под кодовым названием «Жанр». Основной принцип «Жанра»: сочиненный «модуль» на тему какого-либо из жанров современного театра и кино (детектив, психологический триллер, антиутопия, мелодрама, вестерн и т.д.) атакуется различными формами арт-террора. В это же время в стране начинается государственный переворот. Как остаться самим собой во времена фундаментальных перемен? Как сохранить независимость и не угодить под тяжелую поступь самой Истории?

В заброшенном поселении на юге России живёт советский учёный, кандидат наук и противоречивая личность Борис Золотов. В середине 1980-­х годов Золотов решил покинуть стены советских научно-исследовательских институтов, чтобы следовать собственным вероубеждениям. Сегодня его окружает группа людей, а будни принимают форму коллективных купальных процедур и ночных спектаклей.

Ведущие российские историки, ученые из Фонда изучения наследия П. А. Столыпина рассказывают о последних днях его жизни, о революции 1905 года, о том, зачем был создан «столыпинский вагон» и что такое «столыпинский террор». Столыпина демонизировали весь период советской официальной истории, в 90-е годы о нем упоминалось лишь как о премьере-реформаторе начала ХХ века. Теперь появилась возможность рассказать о Петре Столыпине правду.

Сибирь. Город Ачинск. 4000 км от Москвы. Лестничная площадка жилого дома, загруженные своими проблемами жители Ачинска не склонны рассуждать о предстоящих президентских выборах. Зимний город живет в ритме холода, и лишь голос радио напоминает о проходящих в столице антиправительственных митингах. Кадры дремлющего в снегах города перекликаются с кадрами работников партии Путина. За рюмкой водки, Юрий, наемный агитатор Единой России, хладнокровно объясняет свое видение системы. Мизансцена демократии превращается в театр...

Евгений Данилович Сурков (1915–1988), несомненно, был одной из самых ярких фигур в мире театра, литературы и кинематографа. Долгие годы он возглавлял журнал «Искусство кино». Привлекательный и в то же время страшный, Сурков воплотил в себе все лучшие и худшие черты русской интеллигенции, раздавленной тоталитарной идеологией. Родившийся не в свое время, он все же постоянно пытался ему соответствовать. «Запомните, то, что есть сейчас, это навсегда. Ничего другого не будет», – так Евгений Данилович наставлял Майю Туровскую, которой он, как и многим другим, открыл дорогу в критику. Эта формула определяла его жизнь.

Иран — одно из самых закрытых и обособленных государств на свете. Долгие годы страна задыхалась в средневековых оковах политического и религиозного фундаментализма. Но вот в 2009 году свершилось чудо: люди почувствовали свежий ветер перемен и пробудились. Они облачились в зеленое и вышли на улицы, чтобы поддержать на президентских выборах своего кандидата — лидера, которой мог подарить стране свободу и демократию. И вот, в день выборов, когда победа его ни у кого не вызывала сомнения, жителей Ирана ждало шокирующее открытие — выборы сфальсифицированы. Это вызвало беспрецедентную волну народного протеста, но всех инакомыслящих ждали либо безжалостная расправа, либо невыносимая горечь унижения. Вы увидите историю того страшного лета, когда у людей отняли свободу, надежду, а у многих — и саму жизнь…

В июле 2009 г. название небольшого городка Пикалево узнали все жители России — доведенные до отчаяния горожане перекрыли федеральную трассу. Через два дня в город приехал премьер-министр Путин и помог разрешить кризис. Что было причиной конфликта, как развивались события, и что происходит в Пикалево спустя два года рассказывают сами пикалевцы. В центре событий не только местные жители, но и представители власти – федеральные и местные чиновники, например, бывший в то время губернатор Ленинградской области Валерий Сердюков, заявляющий, что знает Пикалево «как свои носки».

На сей раз Алексей Пивоваров обращается к другой войне, не менее кровавой и трагической: раскулачиванию и коллективизации начала 1930-х. Это была самая настоящая гражданская война, со всеми признаками: ожесточением, беспощадностью и расколом общества на самом страшном уровне, когда брат идет на брата, а сын — на отца.

Тысячи жителей мегаполисов покидают душные города и уезжают в провинцию — на природу, на землю, в тишину. Кажется, что начался настоящий Исход.\n\nДавид, Ольга и их маленький сын Янай — обычная еврейская семьи, москвичи. Городок Кологрив, затерянный в глухом углу Костромской области, для них как другая планета. С надеждой найти здесь решение своих проблем, ступают они на эту чужую территорию. Ищут дом, знакомятся с другими “эмигрантами”. Что это за люди, с чего они начинали и к чему пришли? Это сила, способная остановить вымирание российской провинции или бегущие беженцы? Бегущие от чего? От ужасов цивилизации? От самих себя?

Однажды режиссер с немецкой фамилией Дель прочитал у Салтыкова-Шедрина, что «Скопин — это такой город, где всякому человеку жить незачем». И тогда ему пришла в голову мысль создать в этом маленьком провинциальном городке в Рязанской области, «где человеку жить незачем», настоящий театр. Для самого Владимира Деля театр — реальная жизнь и способ существования.

В современной Румынии есть старое русское село с турецким названием Сарикёй. Вот уже более 300 лет там живут русские староверы, чьи предки когда-то бежали из России, чтобы спасти свою веру от новой церковной реформы патриарха Никона во второй половине 17-го века.\n\nКак удается этим людям сохранять в себе русский дух столько веков вдали от России? Что они считают своей родиной: ту страну, где родились, или ту, которая в душе у каждого? Да и что же такое — Родина? На эти и другие темы размышляют жители села Сарикёй.

Четвертая глава уникального документального цикла запечатлела 18 героев на переломе взросления. Дети СССР, выросшие в эпоху потрясений, теперь 28-летние взрослые: кто-то бежит от войны в Аргентину, кто-то переживает личную трагедию в российской глубинке, а другой строит бизнес в Люксембурге. Через архивные кадры и исповеди перед камерой зритель видит, как детские мечты разбиваются о реальность — эмиграция не принесла счастья близнецам из Свердловска, а усыновленный американцами сирота Андрей все еще ищет душевный покой. Режиссер Сергей Мирошниченко мастерски соединяет личные драмы с историческим контекстом, создавая портрет потерянного поколения на фоне рухнувших идеалов.

История начала и расцвета отечественной вычислительной техники и кибернетики в 1950-е — 1960-е годы. Об утопии, которая чуть было не реализовалась. Автоматизацию и кибернетизацию даже записали в Третью программу КПСС в 1961 году. Ее называли «Программой построения коммунизма», и она обещала, что через 20 лет в СССР будет построено коммунистическое общество — свободное от эксплуатации, от нужды, от классовых противоречий, дающее каждому человеку все возможности для творческой самореализации, основанное на принципе «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Творцами этой утопии, носителями разумного созидательного начала были ученые и инженеры — кибернетики.

Когда в октябре 1964 года к власти в стране пришел Леонид Ильич Брежнев, никто не предполагал, что он будет руководить Советским Союзом восемнадцать лет, до самой смерти... Чем дальше уходит брежневская эпоха, тем больше становится тех, кто воспринимает Леонида Ильича как символ утерянных спокойствия и надежности, стабильности и справедливости. Может быть, те далекие времена были не так уж и плохи? Правда, через месяц после смерти Брежнева секретарь пензенского обкома Георг Мясников подвел в своем дневнике итоги, написав о шести противоречиях социализма: 'Безработицы нет, а никто не работает. Никто не работает, а планы выполняются. План выполняется, а в магазинах ничего нет. В магазинах ничего нет, а холодильники полны. Холодильники полны, а все недовольны. Все недовольны, а голосуют «за»...

Саяно-Шушенская гидроэлектростанция — самая мощная в России и шестая по мощности в мире. Она строилась во времена Советского Союза, с 1963 по 1978 год на реке Енисей в Сибири. В 2009 году на гидроэлектростанции произошла одна из крупнейших в мире техногенных катастроф, которая унесла жизни 75 человек. Пять лет и 40 миллиардов рублей потребовалось для возобновления работы станции. И хотя точная причина аварии до сих пор не установлена, обвиненные в аварии инженеры посажены в тюрьму. Авария показала, что советское наследие еще прочно сидит в головах людей, многие из которых живут прошлым и боятся будущего. Износ оборудования, отсталость технологий, коррупция, продажный суд, пропаганда, основанная на культе «обратно в СССР», предвещают новые техногенные катастрофы.

Заброшенное высотное здание банка в Каракасе — напоминание о глобальном финансовом кризисе — сегодня стало приютом доведенных до бедности семей. В центре Каракаса в небо, словно Вавилонская башня, возносится 200-метровое здание заброшенного банка. Руина из стекла и стали является постоянным напоминанием о глобальном финансовом кризисе, его причинах и последствиях. Это обветшалое здание стало приютом для 750 доведенных до бедности семей, перебравшихся сюда от отчаяния и сумевших создать свое собственное почти идеальное микрогосударство. Власти города предпочитают не замечать их, а соседи — боятся. Тем не менее, это сообщество — довольно успешная альтернатива тому миру, в котором для большинства обитателей башни не нашлось места.

Запустение деревень — трагический процесс. Еще сто лет назад 85% населения России составляли крестьяне. Полвека назад в Томской области было более 15 тысяч деревень. Сейчас осталось 600. В Костромской области треть населенных пунктов уже стали практически вымершими, а еще треть — с населением до 10 человек. Специалисты говорят, что все деревни Нечерноземья, в которых сейчас живет меньше 50 человек, исчезнут уже через 15 лет. Фильм Никиты Михалкова расскажет о подвижниках, которые, не смотря ни на что, остаются в деревне, продолжают трудиться на земле и поднимать сельское хозяйство.

Время колхозов, совхозов и… агрогородов. Идея двухэтажной сельской застройки сначала осуществилась в архитектурной мастерской Гипросельмаша. А потом воплотилась в жизнь во Владимирской области. Архитектор Георгий Заборский рассказывает, чем отличаются друг от друга агрогорода, построенные в Литве, Белоруссии, Подмосковье, и как влияют национальные особенности регионов и сельскохозяйственные условия производства на сельскую архитектуру. Жители села обсуждают проект новой застройки в совхозе «Поленово» Тульской области.

В краю, где после закрытия совхозов уже заросли березняком пахотные земли, фермер Валерий Кравцов развивает свое небольшое хозяйство. Борется за урожай с непогодой, сорняками и выходящей из строя техникой. Встает в 4 утра, чтобы в 5 уже быть на своей “фазенде”. Воспитывает сына, надеясь, что оставит хозяйство ему. И дает жителям пустеющих деревень работу и надежду.

Электро Москва — это эссеистская «электро-сказка» о России, повествующая о советской эпохе и ее последствиях. Историю открывает изобретатель, физик и музыкант Лев Термен, создатель первого в мире электронного музыкального инструментатерменвокс (1919) — одной из первых телевизионных систем, а также бесчисленного количества невероятных приборов, изобретенных им во время работы в секретных научных лабораториях КГБ. Основная линия фильма — история советской электронной музыки и аналоговых синтезаторов, созданных на военных заводах из бракованных деталей. На этих синтезаторах, собранных из отходов военной машины, невозможно было играть в традиционном смысле этого слова из-за их полной неуправляемости и непредсказуемости. Но именно это качество придавало им неповторимый шарм и толкало авангардных музыкантов на поиски нового звучания. Сопровождая героев фильма, погружаясь в повседневную жизнь музыкантов, изобретателей и художников, Россия предстаёт перед нами в очень личном и субъективном аспекте восприятия. История электронной музыки и советских синтезаторов — это аллегорическая картина жизни многих талантливых людей в России, творящих не благодаря, а вопреки политической системе своей страны. Это «электро-сказка» о свободном творческом духе, скрытом от мира за тяжелым железным занавесом.

Летом 1999 года в Екатеринбурге началось народное восстание. Доведенные до отчаяния наглостью наркобаронов и бездействием официальной власти, жители взяли город в свои руки. Горели дома наркоторговцев, разъяренные горожане линчевали на улицах грабителей-наркоманов. На стенах домов в рабочих пригородах появились огромные надписи: «НАРКОТА — ГАВНО!» Вот тогда и появился знаменитый теперь Фонд «Город без наркотиков».\n\nС тех пор прошло несколько лет. Тысячи наркоторговцев Фонд отправил за решетку. Несколько тысяч мальчишек и девчонок фондовцы стащили с иглы. Но главными и самыми упорными противниками Фонда оказались не наркобароны, а продажные милицейские генералы и чиновники.

В 60-70-е годы Григорий Померанц прошел от искушения диссидентским подпольем до знаменитой антисталинской речи, сделавшей его тогда чуть ли не пророком в глазах интеллигенции. Он числил себя в попутчиках, но так и не стал диссидентом. Дух движения он выразил так: «Я убежден, что спасение России (и всего человечества) не в толпе народа, идущей за пророком, а в каждой личности, в ее внутреннем развитии и в защите ее прав. Начало этому выходу из безличности положили диссиденты... Личность выше класса, выше партии, выше государства, выше народа, выше догматов веры. Над личностью только Бог. Но и Бог — личность».

История небольшой еврейской общины, жившей особняком в горах в небольшом городе Оми в Грузии и возводившей свою историю к XII веку. После того, как Советский Союз прекратил своё существование, буквально за считанные дни почти все её жители покинули родные земли и эмигрировали в Израиль. В городе остались лишь единицы, они продолжили ухаживать за древним кладбищем и синагогой...

Жители башкирских деревень сражаются с пьянством, чтобы выиграть в конкурсе «Трезвое село». Борьбу возглавляют главы сельских поселений, среди которых — только что избравшийся новичок Рифмир и энергичная опытная Ляйсан. Он верит в силу доброго слова, она — в эффективность жесткой дисциплины. Обоим нужно убедить земляков, что жизнь в деревне возможна и без алкоголя. В ход идут все средства: ведь главный приз конкурса — пять миллионов рублей.

На Ребалде время остановилось. Современные крепостные добывают здесь сырьё для гламура – морские водоросли. Мужчины, женщины и дети трудятся в каторжных условиях, как и почти сотню лет назад это делали заключённые Соловецких лагерей. Колючая проволока на Ребалде становится символом нового рабства, подчёркнутого печатью социального неравенства, выдавливающего «маленького» человека из современного общества. Ребалда - это не просто точка на карте, Ребалда - это Россия.

Небольшая болгарская деревня Голям-Дервент на границе с Турцией сопротивлялась иностранным захватчикам со времен Римской и Османской империй. Теперь ее население, состоящее из 38 пожилых болгар, выбирает будущее Европы. Почтальон Иван имеет прогрессивные политические взгляды. Он решает баллотироваться на пост мэра, чтобы оживить умирающую деревню, открыв ее для беженцев. Его оппоненты хотят либо закрыть на это глаза, либо закрыть границу и возродить коммунизм. Занимаясь одновременно избирательной кампанией и доставкой почты, Иван понимает, что одних благих намерений бывает недостаточно, однако даже пустячные поступки имеют значение.