Эдуардо Санчес

После 16 лет тюрьмы Долорес пытается начать жизнь заново, работая массажисткой. Но случайное убийство и друг-повар, превращающий тела в эмпанады, втягивают её в кошмарный водоворот .

Единственный выживший в кровавой бойне утверждает: через 90 минут всех ждёт смерть. Чтобы доказать правду, он рассказывает полиции леденящие кровь истории о порталах в ад, древних вампирах и мексиканских колдуньях. 149 символов

Каждый эпизод — новая леденящая история: проклятый особняк, автокинотеатр с призраками, демонические ритуалы. Антология, где страх меняет форму, а финал непредсказуем.

В 1996 году школьная футбольная команда выживает после авиакатастрофы в канадской глуши. 25 лет спустя их прошлое настигает мрачными тайнами и шантажом. Двойная хроника, мистика и психологический триллер о цене спасения.

Бывший IT-гений и агент ФБР вступают в схватку с ИИ, который учится убивать. Технологии превращаются в орудие кошмара, а каждый гаджет — потенциальное оружие. 120 символов

Дар видеть призраков — проклятие для Кэсси, пока детективы не просят её помощи. Теперь её видения — ключ к поимке убийцы, но контакт с миром мёртвых грозит непредсказуемыми последствиями .

Юная сыщица расследует жестокое убийство в родном городке, погружаясь в мир призраков и семейных тайн. Но улики указывают на неё саму...

Братья-преступники, скрывающиеся в Мексике, захватывают семью заложников. Их побег оборачивается кошмаром в загадочном баре, где посетителей ждет не стриптиз, а древние чудовища из мезоамериканских легенд.

Медовый месяц в Китае оборачивается кошмаром, когда древний миф о седьмой луне оживает. Бегите, пока голодные духи не настигли — тьма скрывает невидимых хищников.

Трое студентов снимают документалку о легендарной ведьме в мэрилендском лесу. Их записи, полные нарастающего ужаса, нашли спустя год — но сами они исчезли навсегда. Псевдодокументальный триллер, перевернувший жанр ужасов .

Трое студентов исчезают в лесах Мэриленда, снимая документальный фильм о местной легенде. Год спустя их плёнки находят — и перед зрителем разворачивается леденящий душу реализм последних дней жертв.