Jordan Long

Сирота в викторианском Лондоне балансирует между миром нищих и надеждой на спасение. Его чистота — оружие в жестокой игре за наследство, где каждый шаг грозит гибелью. Визуально мрачная атмосфера подчеркивает контрасты эпохи.