Похожие на «Breathing Earth: Susumu Shingus Traum»

Джессика, специалист по выращиванию орхидей, приезжает в Колумбию, чтобы ухаживать за сестрой, находящейся в состоянии сна. Но и сама Джессика практически теряет покой — ее преследует странный звук, похожий то ли на взрыв, то ли на мощный удар, который тревожит и лишает сна. Пытаясь понять его происхождение, героиня все больше теряет связь с тем, что принято считать реальностью.

Фильм «Ночное» — результат более чем трех лет съемок на израненных межнациональными конфликтами границах Ирака, Сирии и Ливана. В картине нет военных действий, но огнем войны и насилия опалены все герои — мужчины и женщины, дети и взрослые. Истории обычных людей, попавших в жернова истории, собираются в поэтическое полотно о страданиях, борьбе, смирении — и надежде, ростки которой обязательно всходят, когда ночь заканчивается.

Самая знаменитая работа Хокусая «Большая волна в Канагаве» растиражирована так же повсеместно как и «Мона Лиза» Леонардо да Винчи. Это произведение и «Тридцать шесть видов Фудзи» изменили мировое искусство, вдохновив европейских художников Клода Моне, Винсента Ван Гога и Пабло Пикассо на создание своих шедевров. Влияние творческого наследия Хокусая ощущается и по сей день.\n\nФильм рассказывает о творческом пути японского мастера. Крупнейшие английские исследователи рассказывают о драматичной жизни Хокусая и раскрывают тайны его творчества. О новаторстве мастера, жившего в XVIII–XIX веках в изолированной от западного мира Японии, рассуждают в фильме виднейшие художники современности.

После двух лет в тюрьме некогда блистательный писатель оказывается в парижском изгнании: больной, нищий и отвергнутый обществом. Скрывая боль за язвительными шутками, он проводит дни в попытках вернуть утраченное — но силы покидают его. Фильм-исповедь Руперта Эверетта (он же режиссёр и исполнитель главной роли) погружает в трагичный финал жизни легенды, где каждый кадр дышит меланхолией ушедшей эпохи. Смотрите, как последние искры гения противостоят мраку забвения.

Тихий океан превращается в эпицентр кошмара: необъяснимые нападения морских существ парализуют судоходство, разрушают прибрежные города и уносят жизни. Команда учёных, включая талантливого биолога и эксцентричного океанолога, обнаруживает пугающий интеллект за этими атаками. Пока политики игнорируют предупреждения, катастрофы множатся — от отравленных крабов до смертоносных китовых стай. С каждым днём угроза эволюционирует, создавая изощрённые ловушки для людей. Звёздный состав (Розабелла Лоренти Селлерс, Рюне Темте) ведёт борьбу не только с природой, но и человеческой слепотой в этом умном триллере, где апокалипсис начинается с «мелких» катастроф . Визуальные эффекты подчеркивают хрупкость цивилизации перед лицом пробудившейся бездны.

Детская травма после крушения парома зажигает в героине железную волю. Под строгим взглядом тренера и при поддержке сестры она штурмует бассейны Олимпиады-1924, но истинная цель — легендарный Ла-Манш. Преодолевая боль, гендерные барьеры и скепсис мира, где женщины «не созданы для рекордов», она бросается в ледяную пучину пролива. Захватывающие кадры борьбы со стихией, блистательная игра Дейзи Ридли и эмоциональные повороты судьбы доказывают: мечта сильнее волн. Основано на реальных событиях триумфа Гертруды Эдерле.

Через пыль архивных плёнок 1940-х оживает бунтарь Мерс Каннингем: юноша, бросивший вызов гравитации в прыжке, и хореограф, заставивший мир танцевать под хаотичный ритм игральных костей. Камера пронзает 3D-пространство его легендарных постановок — среди сосновых лесов, на крышах небоскрёбов и в подземных лабиринтах, где тела артистов становятся живыми скульптурами. Без музыки? Без сюжета? Да! Только чистое движение, рождённое в коллаборациях с Джоном Кейджем и Энди Уорхолом. Режиссёр Алла Ковган 7 лет реконструировала путь «невозможного гения»: от голодных гастролей в фургоне до триумфа в Париже, где его танцоры ужинали грибами, собранными Кейджем. Почему труппа распалась после смерти Мерса? И как русский балет повлиял на революцию в танце? История, где каждый шаг — вызов .

В период своей подростковой юности, проживая в Копенгагене, молодой Расмуссен, который впоследствии стал режиссером документальной драмы под названием "Беги", завязал дружбу с Амином - афганским беженцем того же возраста. Амин бежал из Афганистана, стремясь сохранить свою жизнь. С течением времени они стали неразлучными друзьями, поддерживая связь на протяжении многих лет.

Сын пекаря, переживший войну, взлетел на вершину оперного Олимпа, собирая стадионы и дважды попадая в Книгу рекордов Гиннесса. Фильм раскрывает не только карьеру гения, но и его человечность: дружбу с принцессой Дианой и Боно, борьбу с сомнениями, масштабную благотворительность. Режиссёр Рон Ховард ловко сплетает частные архивы, концертные записи Dolby Atmos и редкие интервью, показывая, как артист ломал барьеры между классикой и поп-культурой, неся радость миллионам. Главное чудо здесь — не только неповторимый тенор, но и неиссякаемая любовь к жизни.

В Маниле молодые сотрудники, верящие в свою миссию «очищения мира», просматривают до 25 000 постов ежедневно. За $3 в сутки они фильтруют сцены насилия, терроризма, пропаганды, стирая грань между защитой пользователей и уничтожением исторической памяти. Фильм Ханса Блока и Морица Ризивика вскрывает этическую катастрофу: как решения, принятые за секунды в угоду корпоративным алгоритмам, влияют на политические процессы и лишают мир правды? Шокирующие кадры и исповеди «чистильщиков» показывают невыносимую психологическую цену их труда — от травм до суицидов .

Молодой лейтенант прибывает на остров Лубанг в 1944-м с секретной миссией. После капитуляции Японии он, считая вести о мире вражеской пропагандой, уводит отряд в глубь джунглей. Годы превращаются в декады: под треск радио «Токио Роуз» и шелест лиан герой (Юя Эндо / Кандзи Цуда) создаёт альтернативную вселенную, где война продолжается. Режиссёр Артур Арари мастерски исследует границы долга и безумия через гипнотические пейзажи, ритуалы выживания и психологическую ловушку, захлопнувшуюся для солдата навсегда. Основано на реальных событиях 1944–1974 гг.

Молодые красавцы из мира моды оказываются среди олигархов, торговцев оружием и пьяного капитана-марксиста на шикарной яхте. Изысканные ужины сменяются хаотичным штормом, где камера виртуозно имитирует качку, а визуальные метафоры достигают апогея. После кораблекрушения группа выживших — включая русского магната и филиппинскую уборщицу — оказывается на острове, где навыки выживания важнее банковских счетов. Власть меняется, возникают шокирующие альянсы, а открытый финал оставляет вопросы без ответов. Вуди Харрельсон и Долли де Леон блистают в провокационной притче о социальном неравенстве, где даже мораль теряет устойчивость.

Английский спортсмен, погрязший в наркотиках, внезапно просыпается в аду — переполненной бангкокской тюрьме Клонг Прем. Здесь царят свои законы: языковой барьер превращает крики надзирателей в абстрактный ужас, а камеры больше напоминают саркофаги. Герой балансирует на грани безумия между изощрённой жестокностью сокамерников и наркотическим забвением, пока не обнаруживает лазейку — попасть в привилегированную «боксёрскую зону» можно только через ринг. Тренировки под свист цокающих по бетону тараканов и поединки, где каждый удар в печень грозит смертельным кровотечением, становятся его билетом к свободе. Жан-Стефан Совер снимал в деактивированной тюрьме с участием реальных заключённых, создав визуальную грозу без цифровых спецэффектов. Джо Коул (номинант BIFA) проживает роль на физиологическом уровне — от конвульсий ломки до адреналинового транса в кульминационном бою, снятом одним дублем. The Guardian предупреждает: это адский конвейер насилия, но 92% на Rotten Tomatoes доказывают — зрелище того стоит.

Отшельник, владеющий баром на краю мира, погружён в ледяное спокойствие — пока две загадочные женщины не объявляют его будущим отцом. Новость пробуждает демонов прошлого, и знакомый мир трещит по швам. Сквозь метель сознания героя проступают расстрельные рвы, оазисы с медицинскими шатрами и мистические ритуалы. В этом сюрреалистическом калейдоскопе, вдохновлённом «Красной книгой» Юнга, лишь хаски и горы — немые свидетели его распада. Уиллем Дефо ведёт зрителя через лабиринты памяти, где каждый поворот — испытание на грани безумия. Феррара снимает горы Италии, но Сибирь здесь — метафора: это географическая условность для путешествия в самые тёмные уголки души.