Похожие на «Hockey Wives»

Осаму Томита, известный как король рамена, открыл свое заведение после восьми лет обучения у Кадзуо Ямагиси, верховного бога в сложной иерархии японской индустрии рамена. На протяжении многих лет рамен из заведения Томиты признавался лучшим в стране, очередь за ним принято занимать ещё ночью. Томита собирается отпраздновать десятилетие своего заведения приготовлением идеального рамена.

Чтобы справиться с призраками собственного прошлого, палестинский режиссёр Раед Андони собрал группу бывших заключённых израильского центра заключения «Аль-Москобиа», где он сам побывал в 18 лет. День за днём кузнец, архитектор, ассистент режиссёра строят декорации и разыгрывают свои воспоминания о том, как им удавалось выжить благодаря упорству и чувству юмора. По мере того, как растут стены камер, языки развязываются, а эмоции обостряются.

Послевоенное детство в Грузии глазами мальчика, где реальность переплетается с фантазиями. Анимированные воспоминания легендарного Резо Габриадзе, ожившие через его рисунки, — трогательная комедия о силе воображения, дружбе с библиотечной крысой и диалогах с... портретами вождей. Лауреат премий «Икар» и «Лавровая ветвь».

Фильм посвящён 20-й годовщине гибели принцессы Дианы. В нём сыновья принцессы Уэльской, Уильям и Гарри, впервые подробно и откровенно рассказывают о том роковом дне, когда узнали, что их самого близкого человека больше нет, и делятся воспоминаниями о маме. На протяжении всего фильма братья рассматривают семейный фотоальбом и вспоминают самые весёлые и трогательные моменты своего детства.

Фильм-концерт по случаю 25-летия техно-сцены, состоящий из пространных рассуждений пятерых заслуженных (иначе правда не скажешь) диджеев и музыкантов. Почему Германия? Каково это — играть в Париже ночью после атаки на редакцию Charlie Hebdo? Почему именно техно создает резонанс, который объединяет таких независимых и немного несчастных в своем одиночестве европейцев?

Картина погружает в эпоху Холодной войны, где ледовая арена стала полем боя. Через эксклюзивные интервью с легендарными игроками (включая последнее прижизненное интервью Владимира Крутова) и редкую хронику раскрывается феномен «Красной машины». Режиссёр Гейб Польски, сын советских эмигрантов, показывает не только триумфы, но и драматичную борьбу спортсменов за право играть в НХЛ, жёсткую систему подготовки Виктора Тихонова и превращение хоккеистов из национальных героев в «врагов системы». The Hollywood Reporter называет ленту «супер-динамичной смесью спорта и истории», а Variety – «потрясающим флеш-бэком в дни славы» .

Архивные кадры и игровые реконструкции погружают в жизнь Всеволода Боброва — юноши, бьющего клюшкой по банке из-под сельди, и гения, забившего «Челси». Фильм раскрывает, как слесарь стал «Шаляпиным русского футбола» и «Гагариным шайбы», единственным капитаном сборной на летних и зимних Олимпиадах. Сквозь военные эвакуации, триумфы ЦДКА, конфликты с тренерами — гипнотическая хроника человека, чья неукротимая жажда гола переписала историю спорта. В ролях: Влад Канопка (молодой Бобров), Анатолий Журавлёв, Руслан Джайбеков.

Через объектив камеры юные хоккеисты открывают жестокий и прекрасный мир профессионального спорта. В челябинской академии «Трактора» и магнитогорском «Металлурге» детям с первых тренировок внушают: поражение в дерби — вечный стыд, победа — смысл существования. Кадры ледовых баталий, слезы родителей, гул трибун и жесткие тренерские наставления сплетаются в историю о том, как спортивная вражда формирует судьбы целых городов. Режиссеры Арсений Кайдацкий и Юлия Сергина показывают, что за легендарным противостоянием стоят не только чемпионские амбиции, но и детские мечты, разбитые клюшки и недетские решения .

Центрфорвард московского «Динамо» и сборной СССР, двукратный чемпион мира, Владимир Юрзинов год за годом поднимался к вершинам тренерского искусства. За его плечами – восемь Олимпиад и девять мировых первенств; на его груди красуются правительственные ордена и медали за хоккейное золото, добытое при его непосредственном тренерском участии. Им воспитана целая плеяда звезд мирового калибра. Юрзиновские университеты прошли многие ныне известные наставники, среди которых Зинэтула Билялетдинов, Петр Воробьев, Олег Знарок.

Проект приоткрывает секреты съемок документального сериала «Российский хоккей. Сила внутри», в котором приняли участие знаменитые хоккеисты современности — Владислав Третьяк, Александр Овечкин, Илья Ковальчук, Вячеслав Фетисов. Зрители могут заглянуть на бэкстейдж и узнать больше об атмосфере на съемочной площадке, творческом процессе создания ленты, общении с героями. Авторы делятся своим отношением к хоккею с его трудностями и радостями, а хоккеисты рассказывают о месте спорта в их жизни.

2020-й год и коронавирус значительно изменили индустрию спорта. Как в новых реалиях справлялся «Трактор», почему решился на большой ребрендинг в такое непростое время, с какими сложностями столкнулся по ходу сезона и какие выводы были сделаны после вылета команды в первом раунде Кубка Гагарина — всё это в фильме о чемпионате КХЛ 20/21.

Сентябрь 1972 года. На лед выходят непобедимые канадские профессионалы и советские «любители» — но первый же матч в Монреале превращает спор в ледовый ад. Через редкую хронику и откровенные интервью легенд (Третьяк, Харламов, Михайлов, Якушев) раскрывается истинный масштаб противостояния: психологические игры, травмы за гранью фола, давление тысяч канадских болельщиков в Москве. Здесь каждый пас — вызов политическим системам, а счёт 5:3 ещё не гарантирует победу. Финал серии останется в истории спорта как образец невероятной воли и драматичной развязки.

Документальная камера фиксирует невероятное напряжение финальной серии Кубка Гагарина. В центре — стратегический поединок харизматичного тренера (Андрей Разин), чья несгибаемая воля стала легендой , и молодой команды, жаждущей триумфа. Зритель увидит не только жёсткие силовые приёмы и решающие голы (Егор Яковлев, Денис Зернов), но и «закулисье»: психологические дуэли, преодоление травм и цену каждой ошибки. Фильм раскрывает, как сталкиваются амбиции, как рождается командный дух в испытаниях, и почему этот трофей — не просто металл, а воплощение многолетних жертв . Главное сражение разворачивается не только на льду, но и в сердцах тех, кто отдал хоккею жизнь.

От времён князя Владимира до эпохи Александра I — многовековое противостояние России и Польши полнее контрастов: кровавые восстания сменялись годами хрупкого мира, а враги становились придворными. Зритель узнает, почему поляки первыми вторглись в Киевскую Русь, как Золотая Орда повлияла на судьбы народов и зачем Варшава в XVIII веке объявила войну русским на улицах. Главная интрига — Наполеон: почему поляки поддержали его поход на Москву и чем обернулось разочарование в императоре? Драматические реконструкции с участием Станислава Калласа и Анны Яшиной, редкие архивные материалы и неожиданные трактовки исторических событий держат в напряжении до финала.

Сквозь призму статистики, медиа-трендов и уличных протестов фильм исследует триггеры экспансии веганизма. Калейдоскоп фактов: от шокирующих экологических отчетов до успехов спортсменов-веганов. Режиссер Клаус Митчелл аккумулирует ключевые события года — закрытие ферм, скандалы с брендами, научные открытия — через архивные съемки и интервью с основателями движений. Упор на визуальные контрасты: кадры массовых маршей сменяет тихая работа шефов, создающих «мясо» из растений. Главная интрига: неужели это точка невозврата для индустрии?

Ричард Хэмблтон — легенда стрит-арта, экспериментатор-интеллектуал, повлиявший на несколько поколений художников, в том числе на Бэнкси. Художник исчез с арт-сцены так же неожиданно, как и появился. Когда работы его покойных ровесников Жан-Мишеля Баскиа и Кита Харинга уже стоили миллионы, Хэмблтон расплачивался своими картинами за ужин. Пережив своих знаменитых современников и наркотическую зависимость, лишившись крыши над головой, смертельно больной художник спустя 20 лет был заново открыт коллекционерами и критиками.

История художника Жана-Мишеля Баския от первых шагов в искусстве до момента продажи своей первой картины.Портрет художника в юности — заразительный жанр документалистики, особенно когда место становления — Нью-Йорк рубежа 70-х и 80-х на пороге катастрофы. В разоренном городе, где пустые дома поджигали для сбора страховых денег, гаитянский парень в свободном пальто и выбритым лбом выглядел как ещё один полубездомный художник, с которым не случится ничего хорошего.