Фильмы ужасов про оперу

В мрачном будущем, где эпидемия уничтожила 99% человечества, корпорация GeneCo спасает жизни, продавая искусственные органы. Но их условия жестоки: просрочка платежа грозит визитом Репо-мена — хладнокровного убийцы, изымающего «товар» прямо из тела. 17-летняя Шайло, запертая отцом-учёным из-за редкой болезни, случайно узнаёт о его связи с GeneCo и тёмном прошлом, связанном с её погибшей матерью. По мере погружения в кошмарный мир хирургической моды, наркотика Zydrate и оперных спектаклей смерти, ей предстоит выбор: довериться коварному главе корпорации Ротти или раскрыть правду, рискуя всем. Звездный ансамбль во главе с Энтони Стюартом Хедом и Сарой Брайтман создаёт готическую феерию, где за роскошью визуальных эффектов скрывается битва за человечность.

Молодая оперная певица случайно обнаруживает старинную партитуру, написанную таинственным Эриком Дестлером. Исполнив мелодию, она оказывается в викторианской Англии, где обезображенный маэстро провозглашает её своей музой. Под маской скрывается не только гений, продавший душу дьяволу ради искусства, но и маньяк, устраняющий всех, кто встаёт на пути его протеже. Роберт Инглунд создаёт жутко-трогательный образ Фантома, а контраст роскошных театральных декораций с мрачными подземельями усиливает готическую атмосферу. Фильм шокирует визуальными эффектами — от реалистичного грима до сцен насилия — и держит в напряжении до финальной сцены в современном Нью-Йорке.

Скромный и тихий скрипач средних лет Эрик Клодин отказывает себе во всем и тратит все сбережения на тайное спонсирование уроков пения юной Кристин Дюбуа, к которой питает тайную страсть. Та об этом не подозревает и не обращает никакого внимания на музыканта, у неё уже есть два поклонника — оперный тенор Анатоль Гаррон и Рауль Д`Обер, инспектор Сюртэ.Доведенный до отчаяния Эрик совершает убийство музыкального издателя, но в результате его лицо становится обезображенным кислотой. Теперь цель его жизни — уничтожить всех, кто окружает Кристин…

Действие происходит в Викторианской Англии девяностых годов позапрошлого века, в Лондоне, полном кэбов и газовых фонарей. Призрак в фильме Фишера — совершенно обычный, всю жизнь проживший благополучно человек, и очень милый, благовидный профессор музыки по имени Питри. Он обезображен в результате злодейских происков владельца Оперы с композиторскими амбициями — лорда д'Арси, а также кислотой и пламенем пожара в типографии, куда пришел уничтожить тираж партитуры новой оперы, написанной им и нагло присвоенной лордом.

В будапештском театре оперетты Сендор Колвин ставит знаменитого «Фауста», главную женскую партию в котором должна исполнишь его жена Елена. Но у Елены есть ненавистники, и первое же выступление было освистано купленной публикой, а продажный критик написал в газете разгромную статью.\n\nНе выдержав позора, Елена кончает жизнь самоубийством. Обезумевший Колвин начинает мстить всем, кто повинен в смерти жены. Пытаясь расправишься с продажным критиком, Сендор едва сам не погибает в пожаре.\n\nТеперь свое обезображенное лицо он прячет под маской. Тайно поселившись в оперном театре, он становится его призраком, его страшным проклятьем...

В подземном лабиринте парижской Оперы скрывается загадочный изгой, чьё существование окутано леденящими легендами. Судьба свела его с начинающей певицей — её голос пробудил в нём первобытную страсть. Теперь каждый её шаг на сцене отзывается эхом в тёмных тоннелях, где правят крысы и безумие. По мере того как их связь обретает мистическую силу, театр захлестывает волна жестоких смертей: рабочих разрывают пополам, языки вырывают с корнем, а тела насаживают на сталактиты. Юная звезда оказывается в центре любовного треугольника между эксцентричным аристократом и существом из тьмы, не ведающим пощады. Визионерская работа Дарио Ардженто сочетает барочную роскошь театральных декораций с гротескным реализмом подземелий. Джулиан Сэндс создаёт образ Призрака без масок — харизматичного и пугающего, а Азия Ардженто воплощает роковое смятение героини. Саундтрек Эннио Морриконе и операторская игра со светом свечей усиливают галлюциногенную атмосферу, где каждый аккорд может стать предсмертным криком.